Читать онлайн «Русь - Дорога из глубин тысячелетий, Когда оживают легенды». Страница 103

Глава 35

ВАРЯГИ И КИЕВ

Согласно "Повести временных лет", где-то в 864 г. двое бояр Рюрика, Аскольд и Дир, отправились на юг, в Константинополь, искать счастья. А по дороге заняли подвластный хазарам Киев, где и утвердились. Совершили набег на Византию, но неудачный, и вернулись на Русь. А в 882 г., после смерти Рюрика, его воевода Олег с малолетним князем Игорем предпринял поход на Киев, обманом выманил на берег Аскольда и Дира, заявил им, указывая на Игоря:

"Вы не князья и не знаменитого роду… Вот сын Рюриков!" — и казнил обоих. И началась Киевская Русь, династия Рюриковичей.

Эта история с самого начала трещит по швам. Потому что все византийские источники указывают другую дату похода Аскольда на Константинополь — 860 г. И упоминание это не единичное. О данном событии говорится в двух проповедях патриарха Фотия, биографии патриарха Игнатия, письме папы Николая Первого императору Михаилу Третьему, хрониках Симеона Логофета, Иоанна Скилицы, Иоанна Зонары, Михаила Глики, Льва Грамматика, Иоанна Дьякона, в "Слове на положение ризы Богородицы во Влахернах". Так что дата набега зафиксирована очень четко, вплоть до дней:

18-25 июня 860 г. Причем описывается тот же самый набег, о котором рассказывает Нестор под 864–866 гг., когда император Михаил III был в походе против сарацин, и его столицу спасло лишь чудо с ризой Влахернской Богоматери, вызвавшей бурю, разметавшую корабли неприятеля.

Русские летописи умалчивают и о том, что после неудачи Аскольд с Диром начали укреплять связи с Византией, приняли крещение, и в 866–867 гг. на Русь отправились церковные учителя, образовав в Киеве первую христианскую общину. Такой пропуск, конечно, легко объясним, иначе Аскольд и Дир выглядели бы христианскими мучениками, а языческие предки правящих князем — их палачами. Но и «боярами» они тоже никак не могли быть, появившись под стенами Константинополя за два года до прихода Рюрика в Новгород. Добавьте еще несколько лет на то, чтобы освоиться в Киеве, построить корабли и собрать войско из славян. То есть обосновались они там где-то в 850-х годах.

На основании данного несоответствия некоторые современные исследователи даже склонны были считать их исконными славянскими князьями, убитыми варягом-узурпатором, а польский историк XV века Я. Длугош вообще пытался доказать, что Аскольд и Дир — родные братья, сыновья Кия, Щека и Хорива… Но все остальные средневековые источники сходятся на том, что они были все-таки самозванцами-варягами. Например, Аскольд известен и в скандинавских сагах как Хаскульд. О том же косвенно свидетельствует и легкость, с которой Олегу удалось потом совершить переворот. Хотя на Русь они попали независимо от Рюрика — об этом, кстати, говорят и летописи, утверждающие, что они были "не племени его". Может быть, Аскольд с Диром имели какое-то отношение к тем датчанам, которых новгородцы изгнали в 852 г., а может и нет. Ведь в данный период многие викинги осваивали новые края самостоятельно, выискивая, где подвернется удача или возможность поживиться.

Видимо, и Аскольд с Диром были из таких же вольных искателей удачи. "Велесова Книга" сообщает, что "Аскольд был варягом оружным, который купцов эллинских охранял, ходивших до Днепра-реки" (III, 29). Там же Дир почему-то назван «греческим». Однако имя его не христианское, каковые носили все византийцы. То есть и он, по всей вероятности, был наемником неопределенной национальности, тем же «варягом». Киев наверняка показался пришельцам лакомой добычей — торговый я ремесленный город, контролирующий важный речной путь (о том, что он был уже не "маленьким городком", каковым представлен у Нестора, неоднократно свидетельствуют арабские источники и археологические данные), удобная база для организации дальнейших набегов на юг, плюс зависимость от хазар, дающая возможность выступить в качестве освободителей и привлечь на свою сторону часть местного населения.

Согласно "Велесовой Книге", захват власти был далеко не бескровным. "В то время пришли в Киев варяги с купцами и побили хазар" (II, 4s). "Варяги пришли и землю взяли под руку свою от хазар, которым мы дань отрабатывали" (II, 2а). Но и со славянами произошли столкновения. "И тут первые варяги пришли на Русь, Аскольд силой погромил князя нашего и растоптал его. Аскольд после Дира уселся на нас как непрошеный князь, и начал княжить над нами, и пребывал вождем от самого Огнебога, очаги хранящего" (II, 6е), "Аскольд злой пришел на нас, и согнулся мой народ от длани его" (II; 7 г). Сообщается, что часть славян бежала к ильмерам-финнам из Киева, так как "там уселись варяги, которые суть хищники, повесившие Свентояричей" — потомков борусского князя Свентояра (II, 46). Трудно сказать, было ли это преднамеренным истреблением славянской верхушки или одновременно с хазарами побили и зависимых от них местных правителей. А может, жестокость и насилия выплеснулись в ходе обычного для викингов разбоя при взятии города.

Но основной целью варягов, как и их собратьев в Западной Европе, захватывавших себе ту или иную базу и даже основывавших там собственные-"герцогства", оставались дальнейшие грабежи. И в данном случае пиратов манила богатая Византия. В качестве правителей полян они имели возможность собрать для этого достаточное войско. Поэтому "Аскольд пришел со своими варягами к нам, и Аскольд враг наш, говорил, что пришел защитить нас и лгал, что он враг только грекам" (III, 29). Кого-то он, возможно, мобилизовал силой, но наверняка нашел и добровольцев — походы на Византию, у славян всегда считались делом стоящим. Заодно война против "общего врага" помогла бы примирить население с узурпаторами. Надо полагать, желающих среди славян набралось немало — не мог же Аскольд в походе окружать себя подневольной и заведомо враждебной вооруженной массой. Следовательно, многих он просто обольстил, играя на старых противоречиях и соблазняя богатой добычей.

"Велесова Книга" упоминает и о каком-то конфликте между Аскольдом и Диром: "И Аскольд одолел Дира и занял один это место" (т. е. княжеский престол; III, 29). Об этом свидетельствует и фрагмент текста, что "Аскольд после Дира уселся на нас…". А Масуди, описывая сильное государство славян, говорит о "царстве ад-Дира" (хотя форма написания в арабском тексте такова, что позволяет предположить не личное имя, а топоним или этноним, поэтому ряд исследователей склонны относить эту информацию к княжеству тиверцев на «Тире» — Днестре, либо считать искаженной формой слова "древляне"). Однако можно предположить, что сначала номинальным главой государства считался Дир. Кто знает, Дир мог действительно быть огречившимся или оваряжившимся славянином, что обеспечивало бы власти какую-то видимость легитимности. Хотя не исключено и то, что он просто был «головой» задуманного предприятия, поэтому при "распределении портфелей" сперва получил первую роль. Но затем Аскольд, в руках которого была реальная сила варяжской дружины, решил отбросить условности и начал править единолично, отодвинув Дира на задний план. Конечно, для народа они могли придумать любые легенды: и о том, что являются потомками Кия, как утверждал Я. Длугош, и о том, что правят по воле богов.

Старались они подмять под себя и соседние славянские племена. "Велесова Книга" рассказывает, что "варяги пошли к Воронежцу и взяли его, и так Русь стала — отгороженной от запада Солнца" (II, 4в), то есть была война с северянами, поскольку Воронежец прикрывал с запада Северскую Русь. Но само это сильное племя они так и не покорили.

"Велесова Книга" — единственный источник, который говорит о том, что и Рюрик побывал в южной Руси и встречался там с Аскольдом. Она сообщает, что он "как лис ходил хитростью в степи и бил купцов, которые ему доверялись" (III, 8/1), а также о том, что "Аскольд и Рюрик по Днепру ходили и людей. наших звали на воину" (III, 8/1), призывая "Рюрика отразите от земли нашей" (III, l4) — очевидно, опять имеется в виду земля северян, исходя из племенной принадлежности автора. Можно предположить, что на юг Рюрик пошел в ходе борьбы с хазарами после присоединения к своему княжеству Мурома. Тогда и убийства купцов приобретают целенаправленное значение: ранее говорилось, какую важную роль играли в каганате купцы-рахдониты, служившие разведчиками, дипломатами и колониальными чиновниками. Но понятно и то, что войну Рюрик вел по привычным ему пиратским правилам, где и грабеж играл не последнюю роль. И если по степным кодексам чести, священным даже у татаро-монголов, убийство доверившегося считалось несмываемым преступлением, то по западным меркам подобные поступки оценивались как обычная военная хитрость.

Взаимоотношения между Рюриком и Аскольдом остаются, к сожалению, неясными. То ли Аскольд и Дир признали себя вассалами князя — тогда они действительно какое-то время могли числиться его «боярами» и править от лица "самого Огнебога" (очевидно, именем Огнебога-Семаргла, инкарнацией которого был сокол Рарог, правил и сам Рюрик). В этом случае, они звали славян на какую-то внешнюю войну — против хазар пли, скорее всего, замышляя совместный поход на Византию. Но не исключено и другое; они собирали войска друг против друга, и в итоге Рюрик заставил Аскольда очистить Днепр и уйти на поиски удачи в чужие края. "Велесова Книга" сообщает, что после встречи с Рюриком "Аскольд воинов своих посадил на ладьи и пошел грабить иных, и стало, что пошел он на греков, чтобы уничтожать их города и жертвы богам приносить в землях греческих" (III, 8/1).