Читать онлайн «Арийский миф III рейха». Страница 81

«ЛЕБЕНСБОРН» КАК ПОПЕЧИТЕЛЬСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

С формальной точки зрения «Источник жизни» был попечительской организацией СС, некоей составной частью общей благотворительной деятельности, которая в Третьем рейхе была сосредоточена главным образом в руках «Национал-социалистского народного вспомоществования», являвшегося одним из союзов НСДАП. Социальная помощь при национал-социалистском режиме была оформлена так, что нуждающиеся в поддержке были вынуждены прибегать к услугам благотворительных организаций, так как установленные законами нормы финансового содействия, которое предоставлялось всем без разбора, были настолько невелики, что часто не позволяли даже дотянуться до прожиточного минимума. Практика социальной благотворительности уходила своими корнями еще во времена Веймарской республики. Однако после унификации нацистами всех социальных организаций она оказалась в руках НСВ, предводитель которой Эрих Хильгенфельд подчеркивал, что возглавляемая им организация предоставляла помощь «без каких-либо законодательных ограничений и предписаний, ориентируясь лишь на мировоззренческие установки целенаправленно помогать наследственно здоровым и ценным для народа товарищам». Между тем национал-социалистское руководство изыскало возможность подчинить собственным идеологическим целям и эту область социальной политики.

Принимая во внимание эти предпосылки, «Лебенсборн» поил свою работу по образцу входившей в НСВ благотворительной организации «Мать и дитя»» которая, по большому счету, была Стержнем национал-социалистской благотворительности, а также отчасти по примеру проекта НСВ «Помощь молодежи», который занимался борьбой с беспризорностью. Но в отличие от организаций вспомоществования, которые делали акцент в своей деятельности на предупредительное воспитание, «Источник жизни» был учреждением родовспоможения с соответствующим оборудованием и уходом.

Каждый из родильных домов «Лебенсборна» имел в своем штате врача из состава СС. Ему помогали старшая медицинская сестра, управляющий домом и секретарь. Уход за роженицами и детьми вменялся в обязанность медицинским сестрам, которым в этом деле помогал дополнительный медицинский персонал. Приготовление пищи и уборка дома возлагались на подсобных работниц; охрана домов и работы в саду велись мужчинами, которые в большинстве случаев были эсэсовцами. В 1939 году в шести находящихся в распоряжении «Лебенсборна» родильных домах было задействовано около 40 работников (мужчин и женщин). Стоит отметить, что большинство врачей принималось на работу без каких-либо проверок на предмет квалификации в области акушерства, гинекологии и педиатрии. Как мы помним, даже сам Эбнер был врачом общей практики. До начала Второй мировой войны профессионально-медицинский уход за посетительницами родильных домов «Источника» выполнялся так, что приходилось привлекать на внештатной основе практикующего по соседству детского врача, который должен был обследовать новорожденных каждые четыре недели. Более того, он предоставлял для этих обследований еще и собственный медицинский персонал. Кроме этого, каждый месяц из родильных домов «Лебенсборна» на адрес профессора Гюнтера Шульце, специализировавшегося в области гинекологии, направлялись клинические отчеты. Шульце должен был заочно консультировать врачей «Источника». В случае если в родильном доме «Лебенсборна» неожиданно увеличивалась детская смертность, он попадал под особый медицинский контроль. В итоге в 1940 году было решено создать для всего «Лебенсборна» специальный медицинский совет, в который вошли оберштурмфюрер СС профессор Йозеф Беккер, специализировавшийся на детских болезнях, специалист по гигиене штурмбанфюрер СС профессор Вильгельм Пфанненштиль и доктор-акушер Макенродт, обладавший чином унтерштурмфюрера СС. Некоторое время спустя в качестве консультанта стал привлекаться штурмбанфюрер СС Эрнст-Гюнтер Шенк, который специализировался на вопросах питания. Деятельность этого медицинского совета была общественной, то есть внештатной и неоплачиваемой. Все врачи, входившие в этот совет, подчинялись доктору Эбнеру. Вместе с Эбнером как минимум дважды в год они должны были вместе инспектировать все родильные дома «Лебенсборна». Во время ежегодных совещаний они обобщали опыт, который был наработан за год каждым родильным домом, и готовили итоговый отчет. Кроме этого, они вели статистику, которая строилась на основе отчетов и сообщений заведующих родильными домами «Источника»,

Уже при учреждении первого дома «Лебенсборна» в Штайнхёринге руководство СС прибегло к помощи национал-социалистских сестер. «Источник жизни» заключил договор с «Национал-социалистским вспомоществованием», согласно которому сестры предоставлялись во все родильные дома. Но так как Национал-социалистское сестринство не обладало достаточным количеством дипломированных специалистов, то «Лебенсборн» приглашал на работу медицинских сестер со стороны. Однако при этом старшая медицинская сестра в каждом доме была обязательно служащей СС. Работа по уходу за матерями во всех домах неизбежно была связана со множеством проблем, в первую очередь личного характера. Однажды сам Гиммлер заметил, что либо врачи и медицинские сестры не подходили для работы в особых условиях «Источника жизни», либо имелись работники, которых удавалось заполучить с большим трудом. Особенно эта проблема стала актуальной в годы войны. Если бы Гиммлер не проявлял живого интереса к деятельности «Лебенсборна», то после начала Второй мировой войны Эбнер, наверное, вообще не смог бы получить никакого персонала.

Неожиданно национал-социалистские сестры преподнесли Эбнеру неприятный сюрприз. В 1940 году в своем секретном докладе он писала сожалением, что медицинские сестры слишком часто менялись — была огромная текучка кадров. Не успели они только войти в курс дела, свыкнуться с обстановкой в домах «Лебенсборна», как тут же по собственному желанию оставляли работу в организации. Нередко медицинские сестры были слишком молоды, чтобы иметь подходящие навыки и практический опыт. Но в большинстве случаев Эбнер был возмущен тем, что сестры не были морально готовы к работе в «Лебенсборне», у них не было правильных установок. Во многом это было связано с тем, что старшие медицинские сестры и санитарки скептически относились к внебрачному материнству. Они пытались дистанцироваться от матерей-одиночек, а потому и речи не могло быть о подлинно товарищеских отношениях между персоналом и роженицами. А идея «Лебенсборна» предполагала именно такую обстановку - психологический климат в ее родильных домах быть дружеским.

Более того, в Национал-социалистском сестринстве существовала установка, что девушки, родившие вне брака, должны были покинуть ряды этой организации. В связи с этим большинство медицинских сестер считало внебрачное материнство «чем-то аморальным и постыдным». Тем не менее Эбнер недвусмысленно намекал, что «коричневые» национал-социалистские сестры выигрывали на фоне «синих» обычных медицинских сестер, которые в большинстве своем были воспитаны в церковных традициях.

По этой причине было решено трудоустраивать в «Лебенсборне» бывших пациенток этого заведения, предварительно дав им соответствующее образование. Так, в 1942 году при помощи имперского руководителя здравоохранения Конти удалось превратить два крупнейших дома «Лебенсборна» («Хохланд» и «Померания») в детские больницы. Начинающие медицинские сестры получали медицинское образование прямо в «Лебенсборне». При этом им не требовалось проходить обязательную для будущих медицинских работников практику в больнице. Чтобы сэкономить на персонале, в годы войны в «Лебенсборн» была направлена группа «Толковательниц Библии» (немецкое название «Свидетелей Иеговы») в количестве 35 немок и 20 голландок, которые, судя по всему, были принудительно вывезены на работу в Германию.

Так как «Источник жизни» в первую очередь должен был заботиться о незамужних беременных женщинах, то стоит задаться вопросом, какова была их доля от общего числа посетительниц «Лебенсборна». В январе 1939 года Эбнер указывал на то, что приблизительно половина рожениц не состояла в браке, Несмотря на то что документов о деятельности «Источника» до нас дошло не так уж много, его высказывание можно подкорректировать. Сам Эбнер в своем отчете о первых годах деятельности «Лебенсборна» указывал, что из 1145 матерей только 613 (42,4%) состояли в браке. Вне всякого сомнения, с началом войны количество незамужних рожениц значительно возросло.

Согласно статистическим данным, их доля в период с ] ноября 1941 года по 31 мая 1942 года составляла 64,3%. О росте количества незамужних рожениц говорят и данные дома «Померания». Если в 1938 году только 47% матерей не состояли в браке, то 1939 году их доля составила 56%. В 1940 году произошел некоторый спад (51%), который сменился резким скачком в 1941 — 1942 годах (58 и 71% соответственно). Однако, кажется, к концу наметилось кардинальное изменение. В мае 1944 года Эбнер докладывал о том, что в родильных домах оказывалось больше замужних женшин, чем не со-