Читать онлайн «1612. Минин и Пожарский. Преодоление смуты». Страница 52

Русское экономическое чудо связано вовсе не с большевиками, а с общими мировыми тенденциями и одной из ведущих ролей России в мире, которую обеспечило мудрое правление русских Государей. За 20-летний период до начала Первой мировой войны производство товаров, отражающих уровень развития страны, росло невероятными темпами: с 1893 по 1913 производство чугуна увеличилось в 5 раз, стали – в 13 раз, добыча угля – в 6 раз, переработка хлопка возросла в 7 раз, производство сахара увеличилось в 4 раза, производительность труда в промышленности выросла в 4 раза. Темпы роста производства промышленной продукции составляли в предвоенный период в среднем 9 % в год. Общая доля в мировом производстве (совокупно промышленном и сельском) составила 7 %. Во время Первой мировой войны Россия показала невиданные масштабы мобилизации промышленности, увеличив производство винтовок в 24 раза, пулеметов в 25 раз, производство артиллерийских орудий в 1915–1916 выросло в 2,5 раза, производство 3-х дюймовых снарядов с 1914 по 1915 увеличилось в 4 раза, производство патронов – в 3 раза, производство взрывчатых веществ – в 16 раз. При этом качество вооружений не уступало лучшим мировым образцам или превосходило их.

Ключевой показатель развития России – рост численности населения, который за 20 лет составил 32 %. Россия по численности населения была третей страной мира, уступая только Индии и Китаю и прирастая в среднем на 3,3 млн. человек ежегодно. Расчеты показывали, что к 1985 году в России будет жить около 400 млн человек, причем более 2/3 это будут русские – великороссы, малорусы, белорусы. Результат оказался на треть ниже (недостача в основном за счет снижения числа детей и молодежи), а после либерального переворота постаревшая нация (прежде всего, русские) перестала воспроизводить себя.

Да, индустриализация России до 1913 года еще не достигла тех высот, которые позволяли говорить о ее первенсте в мире. Доля в мировом промышленном производстве почти вдвое уступала доле в населении мира (10,2 %), а прорыв в подушевом исчислении показывали лишь отдельные отрасли (17,8 % мировой добычи нефти, 10,2 % производства сахара). Вместе с тем, подушевое производство в целом находилось на уровне Италии и Испании (что в современной России кажется уже совершенно недостижимым), а темпы роста производства обещали, что Россия подтянется к лидирующим державам (США, Великобритания, Германия) к середине XX века. Для грядущего технологического рывка Российской Имперей был обеспечен надежный базис – научные и инженерные кадры, высокий уровень грамотности подрастающего поколения и молодежи, сеть железных дорог и самообеспечение железнодорожной техникой, необходимые объемы производства стали и добычи нефти. Рывок произошел, но уже при другом политическом режиме, который с огромными издержками реализовал потенции, которые были заложены в период правления Николая II. Еще раз подчеркнем, что замораживание индустиализации на 15–20 лет по политическим причинам так и не было компенсировано в XX веке.

Большевистская индустриализация подгонялась под догму: якобы, новый строй позволяет многократно увеличить производительность труда. Именно поэтому на первую пятилетку планировались фантастические темпы роста, которые не были реализованы и близко. В сельском хозяйстве и связанными с ним отраслях промылшенности, напротив, произошел спад, обширные районы страны поразил беспрецедентный голод. Чтобы скрыть провал своих планов, большевики пошли на фальсификацию статистики (чем и теперь занимаются уже либеральные манипуляторы общественным сознанием). В реальности рост ВВП в 30-е годы в СССР находися на уровне Германии и Японии, опережая только те страны, которые наиболее сильно пострадали от Великой депрессии.

Нельзя пренебрегать огромным трудовым вкладом предшествующих поколений, которые в процессе индустриализации создали основу жизни нашей страны. Отдавая должное трудовым подвигам наших предков в 30-е годы, не стоит забывать, что без труда подданных Российской Империи промышленное могущество нашей страны не могло быть обеспечено никакими идеологическими фантазиями.

Представим первоначально контрастно-жесткую позицию, которую может занять русский человек по отношению к сталинскому периоду правления, и который весь есть Смута – помутнение народного самосознания, лишь отчасти прояснившегося во время войны.

Итак,

• Сталин прославился как типичный большевик, которому в «этой стране» ничего не жалко. Ему никогда и никого не было жалко. Особенно русских. Больше, чем Сталин, поубивал русских только Гитлер. Он вырос из живодерской и русофобской среды большевиков.

• Сталин – инородец по духу и марксист до мозга костей. Сталинизм – это марксизм плюс азиатчина. В ближайшем окружении Сталина всегда было полно евреев. Евреи Сталиным не уничтожались, а спасались. Партаппарат ими был набит до отказа. Лучше, чем в СССР евреи нигде не жили. Именно Сталин дал им Израиль. Чеченцы Сталиным не были уничтожены. Напротив, были избавлены от призыва в воюющую армию и сохранены от войны путем тотального вывоза в Казахстан.

• Сталиным массово уничтожались, прежде всего, русские люди. Русских Сталин ненавидел как инородец и марксист. Сталин никогда не боролся с русофобией. Никогда! Потому что сам был стопроцентным русофобом – помесью инородческой крови и марксистским чужебесием. Сталин был активным соучастником обрушения Империи. Сталин – один из злейших врагов русского народа. Целиком и полностью действовавший по программе Ленина и Троцкого. Добавив в нее свою животную инородческую натуру.

• Сталина нельзя противопоставлять Троцкому. Это все равно что выбирать между таджикским и чеченским уголовником. Сталин и Троцкий состояли в одной партии и исходили из одной и той же идеологической доктрины. Оба хуже. Две фракции живодеров дрались, пока одна не сожрала другую. Марксистом Сталин был всегда – достаточно взглянуть на прижизненное собрание сочинений. Сталин хотел не только быть, но и выглядеть твердокаменным марксистом и ленинцем.

• Что было бы без большевиков (а значит, и без Сталина), вполне ясно. Скорее всего, войны просто не было бы. А если бы была, то победа пришла бы вдвое быстрее и немцы не стояли бы под Москвой. Накануне и во время войны его риторика изменилась, поскольку мобилизовать народ против агрессора лозунгами интернационализма и классовой солидарности было невозможно. На крови русских Сталин учился основам военного искусства. Учился долго – почти два года. Миллионы русских за это время легли костьми в землю. Победа не может компенсировать этих потерь, не может служить поводом для оправдания грубых стратегических просчетов и примитивного идиотизма, которые оплачены жизнями миллионов русских. После Сталина осталась страна, разоренная войной, идиотизмом коммунистической бюрократии, с русофобами во главе.

• Приписывать Сталину заслуги нашего народа – верх недальновидности. Это выдумка, в которой наш злейший враг превращается чуть ли не в символ нации. После Сталина осталась держава большевиков – русофобская в своей основе, открыто декларировавшая русофобию, репрессировавшая все проявления русскости. Даже в рамках собственной партийной среды (Ленинградское дело).

• Русским мстят потомки жертв сталинских репрессий. Мстят не за один только 1937 год, а вообще за всю историю. 1937-й год – удобный предлог, как будто именно в нем и проявилось глубинное естество русской натуры. Есть и другие предлоги, но этот – самый удобный, потому что самый подлый. Его выдвигают русофобы как раз, чтобы русские по принципу «от противного» сами себе на голову призвали «ремейк» живодерства и очередную Смуту.

Это позиция крайняя, и не отражающая сложности эпохи. Но это позиция верная. Нюансы – удел исторических исследований, в которых Сталина нельзя вырывать из исторического контекста. Многие его действия были объективно обусловлены – прежде всего состоявшимся захватом власти большевиками и крахом Империи. Можно погрузиться в причинно-следственные связи еще глубже, увидеть, что XX век во многом был предопределен предшествующими тремя столетиями. Если углубиться во все это, то эпоха большевистской Смуты можно не только проклясть, но и понять. Вопрос в последовательности. Скорее всего, проклясть придется раньше, чем понять.

К Сталину сегодня многие относятся как к божеству. Они ждут его пришествия. И повторения всего, что с ним связано. Молят о каре от какого-то нового Сталина. Мечтают, что сказочный персонаж материализуется из грез и покарает всех наших обидчиков – и наших личных врагов, и врагов Отечества. При этом забывают, что исключить себя из мироустройства, о котором мечтаешь, можно лишь мысленно. Реальность для всех общая. С точки зрения сталинизма она такова:

• все партии, кроме одной, запрещены,