Читать онлайн «ФБР. Правдивая история». Страница 29

ФБР знало, что нужно вести охоту на нацистов. Но оно не знало, где охотиться и как.

«Объем разведывательной информации от каждого агента в начале и в течение некоторого времени был совсем небольшим и не представлял большой ценности, — гласит секретная история СРС. — Агенты были, конечно, в большей или меньшей степени незнакомы со странами, в которых они пытались действовать, и обычно им недоставало знания языка. На то, чтобы добиться стоящего успеха в смысле ориентации на месте и получения ценных осведомителей и источников информации, требовалось значительное количество времени. Тем временем, разумеется, агент, который обычно находился один в той стране, куда он был отправлен, уже был слабо мотивирован для ведения нелегальных операций… Тяжелый опыт научил Бюро, что фактически любая информация, направленная дипломату Госдепа, офицеру армии или военно-морского флота… неизменно приведет к разоблачению как информации, так и ее источника».

Гувер почувствовал, что в этом деле он потерпел неудачу. 15 марта 1941 года он попытался избавиться от Специальной разведывательной службы.

Гувер сказал министру юстиции Джексону, что СРС должна быть передана армейской или военно-морской разведке. Но Гувер не нашел желающих контролировать обе Америки. Армия и военно-морской флот были заняты тем, что пытались разгадать намерения и оценить возможности немцев в Европе и Атлантическом океане, а японцев — в Азии и Тихом океане. Он повторил свою рекомендацию три недели спустя, сказав, что «Бюро топчется на месте в смысле расширения сферы своих действий в Латинской Америке»[155].

Распространение советского коммунизма в Соединенных Штатах оставалось самой большой заботой Гувера. В постоянно растущем списке его обязанностей стояло прослушивание телефонных переговоров русских дипломатических представительств в США, включая Амторг — советское экономико-торговое учреждение в Нью-Йорке, которое тратило миллионы долларов на покупку американских технологий.

В апреле 1941 года ФБР, движимое предупреждением со стороны британской разведки, начало сбор шпионской информации об Амторге. Двадцатидевятилетний американец по имени Тайлер Кент, выбывший из Принстона, отработал шесть лет сотрудником американских посольств в Москве и Лондоне. Англичане, следившие за подозреваемым нацистским агентом, довели свой объект до лондонской квартиры Кента. Когда они проникли в квартиру и обыскали ее, нашли копии 1500 американских дипломатических телеграмм, коды и шифры. За время своей карьеры Кент уносил с работы зашифрованные сообщения и передавал их агентам советской разведки или разведки стран оси. Благодаря его работе Москва и Берлин смогли расшифровать американский дипломатический код, используемый для связи между Лондоном и Вашингтоном.

Среди документов, украденных Кентом, было разведывательное донесение англичан о советских разведчиках, работающих на главу офиса Амторга в Нью-Йорке Гайка Бадаловича Овакимяна, сорокалетнего инженера-химика. 5 мая 1941 года ФБР арестовало Овакимяна по обвинению в нарушении Закона о регистрации иностранных агентов, который требовал, чтобы люди, представляющие интересы иностранных государств в Соединенных Штатах, регистрировались в министерстве юстиции. Но прежде чем у ФБР появилась возможность допросить его, он был освобожден под залог в размере 25 тысяч долларов и передан советскому генеральному консулу в Нью-Йорке. Десять недель спустя, после вторжения Гитлера в Советский Союз, Госдепартамент распорядился снять обвинение как дипломатический жест в отношении Москвы. Овакимян покинул Нью-Йорк и больше не вернулся.

В Москве он стал руководителем советских разведывательных операций против Соединенных Штатов.

Успешный допрос и предъявление обвинения Овакимяну изменили бы ход истории. Лишь в конце этого десятилетия ФБР поняло, что он был главным советским разведчиком в Нью-Йорке и руководителем советской разведки в Северной Америке с 1933 года, создал в Америке шпионские сети конспиративных квартир, вербовщиков и курьеров, что его разведгруппы действовали на всей территории Соединенных Штатов, Мексики и Канады. И хотя сталинские чистки подорвали советскую разведку в 1930-х годах, Овакимян их пережил.

Но это был не единственный утраченный шанс выследить и поймать в ловушку руководителей советской шпионской сети в Америке. Незадолго до ареста Овакимяна ФБР «довело» его на встречу с Якобом Голосом — агентом бюро путешествий средних лет, который в 1930-х годах рекламировал путешествия в Россию. Всего лишь за четырнадцать месяцев до этой встречи Голос был осужден за подделку паспорта и нарушение закона о регистрации иностранцев. Он был приговорен к штрафу в размере 500 долларов с отсрочкой в исполнении приговора. В ФБР не знали и долго еще не узнают, что Голос был одним из высокопоставленных членов коммунистической партии в Америке и незаменимым звеном, связывавшим советскую разведку с американским коммунистическим подпольем.

Перед возвращением в Москву Овакимян передал управление своей сетью американских агентов и курьеров другим людям. Их имена в один прекрасный день прогремят на весь мир.

5 мая 1941 года, в день ареста Овакимяна, посол Японии в Вашингтоне Кичисабуро Номура — давний друг президента Рузвельта — получил из министерства иностранных дел в Токио короткое информационное сообщение: «Почти нет сомнений в том, что правительство Соединенных Штатов читает ваши шифрованные сообщения»[156].

Эти поразительные сведения были получены от немцев. На протяжении шести месяцев армия и военно-морской флот занимались дешифровкой и декодированием японских дипломатических телеграмм, зашифрованных в системе, которая называлась «Пурпур». Разведданные, полученные благодаря дешифровке, получили кодовое название «Магия».

20 мая посол Японии подтвердил, что Соединенные Штаты действительно читают «некоторые наши коды». Но он не знал, какие именно. Неосторожно и необъяснимо японцы продолжали пользоваться системой «Пурпур». Дешифровки продолжались. Читать их могли лишь несколько американцев. Среди тех, кто имел доступ к чтению «Магии», были президент, министр обороны, госсекретарь и начальники армейской и военно-морской разведки. Среди не допущенных к чтению этих секретных материалов были контр-адмирал Хазбенд Дж. Киммель, командующий Тихоокеанским флотом, генерал-лейтенант Уолтер Дж. Шорт, командующий армией на Гавайях, и Дж. Эдгар Гувер.

Неспособность проанализировать сообщения «Магии» и превратить их секретную информацию в план действий окажется роковой. Сбор разведывательных данных был одним делом. Их согласование — соединение точек воедино — совсем другим. Армейская разведка не сообщала разведке военно-морского флота то, что ей было известно, и наоборот. Ни те ни другие ничего не сообщали Гуверу.

Рузвельт говорил, что хочет, чтобы разведывательное поле было поделено. Оно было поделено и таким оставалось на протяжении многих лет.

К маю 1941 года расшифрованные сообщения «Магии» открыли, что японцы начали создавать тщательно разработанную разведывательную сеть в Западном полушарии в ожидании мировой войны. Приказы, посланные из Токио в Вашингтон, требовали приложения всех усилий к тому, чтобы собирать политические, экономические и военные разведсведения, используя «американских граждан иностранного происхождения (не японцев), иностранцев (не японцев), коммунистов, негров, членов профсоюзов и антисемитов», имеющих доступ к американским правительственным, научным, производственным и транспортным центрам.

«В случае участия Соединенных Штатов в войне наша разведывательная сеть будет перемещена в Мексику, и эта страна станет руководящим центром нашей разведывательной сети. В ожидании такой возможности подготавливайте здания для международной разведывательной сети США — Мексика… которая будет охватывать Бразилию, Аргентину, Чили и Перу». Донесения, отправленные в Токио от японских шпионов и тайных агентов в Америке в течение мая 1941 года, охватывали перемещения американских кораблей и самолетов через Тихий океан, планы внедрения на военные заводы и попытки сделать шпионов из представителей второго поколения американцев японского происхождения, которые служили в армии США. К концу лета Токио попытался достать разведданные о соотношении американских вооруженных сил на Тихом океане, включая местонахождение американских боевых кораблей и авианосцев, базирующихся в Пёрл-Харборе.

ФБР, армия и флот владели кусочками этой разведывательной мозаики. Никто из них не сложил их вместе. Никто из них не предвидел нападение на американские военные базы в Тихом океане. Их глаза были устремлены в противоположном направлении.

27 мая 1941 года президент Рузвельт объявил «бессрочное чрезвычайное положение в стране», основываясь во многом на угрозе нанесения ударов нацистами по обеим Америкам. Он говорил из Белого дома, окруженный послами и министрами со всего Западного полушария.