Читать онлайн «Орден госпитальеров». Страница 107

Интересно, что и само название острова — Мальта, имеет несколько вариантов происхождения. Одни считают, что оно имеет финикийские корни. Слово «малат» — переводится как убежище, тихая гавань. Другие, что оно образовалось от латинского «мелита» — «медовый». По преданию некогда на острове жили особые пчелы, приносившие особый, необыкновенно ароматный мед, который высоко ценился среди окружавших народов. Существует еще и третья версия происхождения названия острова. «Мальта» по-арабски означает «непокрытая». И действительно большая часть острова представляет собой голое каменистое (известняк) пространство, и лишь небольшие его участки выстланы плодородной привозной почвой[630].

Существует еще одно весьма интересное свидетельство. Оно принадлежит Григорию Краевскому, первому русскому путешественнику XVIII в., который составил топографическое и историческое описание Мальты. Ему удалось собрать на месте немало интересный сведений о всех трех островах. Краевский подтвердил, что даже в его время остров славился своим медом, который считался самым лучшим в те времена. Интересно, что и само название острова — Мальта, многие производят от греческого слова цеАотаг — пчелы. В древние времена остров назывался Мелитою,

Огигиею[631]. Г. Краевский сообщил, что африканцы называют остров Малтеа, а жители Сицилии — Маута»[632].

На Мальте до этого проживало небольшое количество аборигенного населения — мальтийцев, которые считали себя выходцами из Ливана — потомками мореходов-финикийцев. Но финикийские колонии появились только в XIII в. до н. э., в то время как археологические раскопки свидетельствуют, что первые поселения на Мальте появились свыше 5 тысяч лет до н. э. После финикийцев островом владели греки, затем римляне, византийцы, которых сменили арабы. Будучи мусульманами, эти последние по времени правители Мальты терпимо относились к коренным жителям, исповедующим христианство. Ведь по преданию они получили крещение от самого апостола Павла, корабль, на котором ему везли, потерпел крушение недалеко от острова[633].

В «Деяниях Апостолов» повествуется о том, как апостол Павел был отправлен на суд императора в Рим. Его посадили на судно, вместе с ним отправилось в плавание свыше семидесяти человек, среди которых так же везли нескольких узников. Их сопровождал офицер и несколько солдат. Это описание путешествия апостола Павла в Рим считается одним из самых ярких древних изображений морского плавания. Корабль был застигнуть бурею, они пытались пристать к южному побережью Крита, но северо-восточный ветер, дувший с берега, уносил их обратно в море, где было труднее бороться с большими волнами. Поднявшийся сильный ветер четырнадцать дней и ночей носил судно по морю, пока, наконец, не попали на какую-то косу «и корабль сел на мель. Нос увяз и остался недвижим, а корма разбивалась силою волн. Воины согласились было умертвить узников, чтобы кто-нибудь, выплыв не убежал. Но сотник, желая спасти Павла, удержал их от сего намерения, и велел умеющим плавать, первым броситься и выйти на землю. Прочим же спасаться, кому на досках, а кому на чем-нибудь от корабля; и таким образом все спаслись, добравшись до земли. Спасшись же, бывшие с Павлом узнали, что остров называется Мелит» (Ап. 27, 42–44; 28, 1).

На острове с Павлом произошло событие, которое сохранилось в тексте «Деяний апостолов». Местные жители приютили спасшихся людей, но поскольку шел дождь, все собрались в пещере, где разложили костер. «Когда же Павел набрал множество хвороста и клал на огонь, тогда ехидна, вышедши от жара, повисла на руке его… Но он стряхнув змею в огонь, не потерпел никакого вреда» (Ап. 28, 3, 5). Это занимательное свидетельство до сих бытует на Мальте, где показывают пещеру св. Павла и объясняют туристам, что именно по этой причине змеи на Мальте не ядовитые.

В 1090 г. Мальта была завоевана графом Роже Норманским, обосновавшимся до этого в Сицилии. Он освободил местное население от арабов, но не изменил систему правления, организованную ранее. Только в 1127 году, после повторного завоевания, на Мальту был назначен норманнский наместник и размещены военные гарнизоны. Последний норманнский король умер бездетным, и на Мальте последовательно правили династии: Швабская (1194 г.), Анжуйская (1268 г.), Арагонская (1283 г.) и Кастильская (1410 г.). Этот последний период характеризуется ростом и расцветом мальтийского дворянства, тесно связанного с Сицилией, особенно после присоединения к Сицилийскому королевству[634].

Несмотря на многовековую свободу от арабов, именно они оставили Мальте язык[635]. Впоследствии в нем оказалось много заимствований из итальянского, а после XVIII века и из английского языка.

Наконец, 24 марта 1530 года Карл V подписал в Кастель де Франко дарственную грамоту о передаче ордену на правах суверенного лена новых территорий. Полный текст этой грамоты публикуется впервые после более чем 200-летней ее неизвестности:

Божиею милостию Мы, Карл V, Император Римский, всегда августейший, Иоанна, мать его, и оный же Карл, Божией Милостию Король и Королева Кастильские, Арагонские, обеих Сицилий, Иерусалимские, Леонские, Наварские, Гренадские, Толедские, Валенцские, Галлицские, Майоркские, Севильские, Сардинские, Кордуанские, Индийских, твердой земли и Океана, Эрцгерцог австрийский, герцог Бургундский, Брабантский и пр., Герцог Афинский, Неопатрийский, граф Русильонский и Серданский, Маркиз Орипонский, Гочианский благородным рыцарям святого Иоанна Иерусалимского наше благоволение и дружелюбие.

В поправление и восстановление монастыря, гостиницы и ордена Св. Иоанна Иерусалимского, и дабы почтеннейший великий Магистр и возлюбленные сыны Наши Приоры, Бальи, Командоры и Кавалеры помянутого Ордена, по потере Родоса, быв выгнаны из оного силою турецкою

после страшной осады, и ныне странствуя многие годы, могли утвердить постоянно себе жилище, спокойно отправлять службу звания своего на общую пользу Христианской республики, и употреблять силы свои и оружие противу вероломных врагов святой веры, из особенного Нашего благоволения к сему ордену восхотели Мы добровольно дать им убежище, где бы они могли обрести постоянное себе пребывание и не были бы принуждены скитаться из одной страны в другую.

Того ради силою и властию настоящей грамоты Нашей, с ведома Нашего и с Нашей Королевской воли данной, по зрелом рассуждении и по собственному Нашему побуждению, уступили Мы и добровольно даровали за Себя и за Своих преемников и наследников Королевств Наших, на вечные времена помянутому честнейшему великому Магистру того ордена и помянутому ордену Св. Иоанна Иерусалимского в ленное благородное, вольное и свободное владение город Триполь и острова Мальту и Гоццо с замками, местечками и со всеми землями ведомства их, со всеми правами собственности, господствия и владычества во отправление верховного суда, с правом жизни и смерти над жителями мужеска и женска пола, ныне обретающими, или кои впредь обитать там будут, на вечные времена, какого бы чина, звания и состояния они не были, со всеми прочими обстоятельствами, принадлежностями, изъятиями, привилегиями, доходами и другими правами и вольностями.

С условием однако ж, чтобы они и впредь признавали сии владения за ленные короны Нашей Сицилийской, и преемников Наших в сем Королевстве, сколько оных будет, не обязуясь ни к какой другой повинности, кроме присылки в день всех Святых сокола, которого должны они чрез поверенных своих с добрым препоручительством представлять ежегодно Вицерою[636], или Президенту, или кто тогда управлять сим королевством будет, в знак признания их сих островов за ленные Наши. По учинении чего они пребудут свободны от всякой Нам службы военной и другой, какою ленные владельцы повинны главным владетелям. С условием также, чтобы при каждой перемене Короля, они присылали послов к преемнику его, для требования и получения от него на помянутые острова инвеституры, как-то обычай есть в таковых случаях.

Тот, кто будет тогда великим Магистром, обязан также при получении инвеституры дать от своего имени и от имени всего Ордена присягу в том, что они не попустят в помянутых городах, замках, местечках и островах приключиться какому-либо вреду, ущербу или оскорблению Нас, Наших владений, королевств и государств, ни Наших и преемников Наших подданных, как на море, так и на сухом пути. Напротив того, будут подавать помощь противу всех, кто бы причинил, или кто бы захотел причинить им вред. Есть ли же кто из подданных Королевства Сицилийского убежит на который либо из помянутых жалуемых островов, то по первому требованию Вицероя, Президента или первого гражданского чиновника того Королевства должны они выслать таких беглецов; а тех, кои обвиняемы будут в оскорблении Величества, или в преступлениях еретических, выдать по требованию Вицероя в его руки.