Читать онлайн «Циклы и волны глобальной истории». Страница 26

Таким образом в эпохи, соответствующие волнам интеграции, мир в политическом, экономическом и культурном отношениях становится более связанным, более единым. Именно в эти эпохи возникают великие торговые пути, транспортные и информационные сети, которые объединяют мир. В период античной волны интеграции возник Великий шелковый путь, долгое время игравший роль моста между Китаем, Индией, Центральной Азией и Средиземноморьем. В период средневековой волны интеграции возник Великий торговый путь из варяг в греки, соединивший Западную Европу через Киевскую Русь с Византией. Тогда же возник торговый путь по Волге и Каспийскому морю, примы–кавший к Великому шелковому пути и к другим караванным торговым путям, связывавшим Ближний Восток с другими регионами. Наконец, в период волны интеграции Нового времени (XIX — начало XXI вв.) возникла мировая сеть железных и автомобильных дорог, сеть воздушного сообщения, наконец — глобальная информационная сеть Интернет. Мир стал, как никогда, интегрированным, но оборотная сторона этой интеграции, уязвимость и хрупкость современного сообщества цивилизаций. Если. раньше гибель Западной Римской или Византийской империи была хотя и крупным событием, но все же не угрожавшим существованию тогдашнего мира, то теперь в эпоху ядерного оружия и глобального экологического кризиса крушение одного крупного государства, одной великой державы сопряжено с опасностью уничтожения всей мировой цивилизации. Поэтому заключительная», третья фаза волны интеграции, к которой приближается мир, является во многих отношениях критической: ее протекание может, привести к различным исходам, в том числе катастрофическим. Как бы то ни было, налицо приближение критической, бифуркационной фазы мирового развития, связанной с волнообразной динамикой глобализации.

В главе 1 (п. 1.4.) уже кратко говорилось о гипотезе, объясняющей чередование волн дифференциации и интеграции. Суть этой гипотезы состоит в следующем. В ходе каждого цикла дифференциации — интеграции происходит становление и развитие определенного способа производства вместе с определенными формами социально–политической организации, которые соответствуют доминирующим в данную эпоху мировоззрению, технике и технологиям. При этом зарождение и первоначальное локальное развитие нового способа производства и новых форм происходит на протяжении благоприятствующей этим процессам волны дифференциации, а глобальное распространение возникшего способа производства и соответствующих форм социально–политической организации — во время последующей волны интеграции. Переход от волны дифференциации к волне интеграции происходит за счет внутренних механизмов развития глобальной системы: одно из государств, вырвавшихся в лидеры, начинает осуществлять обширную экспансию и становится мировой империей. Точно так же переход от волны интеграции к волне дифференциации нового цикла совершается за счет исчерпания ресурсов внутреннего развития мировой империи или нескольких мировых империй. Тем самым каждому циклу дифференциации — интеграции соответствует полный «жизненный цикл» данного способа производства и связанных с ним форм социально–политической организации. Так, первому (античному) циклу соответствует становление, развитие, распространение и исчерпание античного способа производства вместе с полисной формой социально–политической организации; второму (средневековому) циклу соответствует «жизненный путь» феодально–крепостнического (государственно–крепостнического) способа производства как доминирующей основы, «стержня» материально–экономической жизни вместе с развитием и исчерпанием отношений личной зависимости, сословной организации общества и средневековых феодально–теократических монархий; наконец, третьему циклу (Новое время) соответствует становление и развитие капиталистического способа производства вместе с динамичной классовой организацией общества, современными нациями–государствами и их региональными экономическими и политическими союзами.

Говоря более конкретно, в ходе волны дифференциации в результате нарастания децентрализации и полицентричности экономической, политической, социальной и культурной жизни, которые делают поиски нового более успешными и эффективными, постепенно возникает новый способ производства и вместе с ним — новые формы социальной, экономической и политической организации. В то же время после возникновения и первоначально локального развития этих новых форм экономической и социально–политической жизни оказывается необходимыми их утверждение, стабилизация и распространение, которые не могут про–изойти в условиях доминирования процессов дифференциации; эпоха (волна) дифференциации как бы «изживает» себя и сменяется эпохой (волной) интеграции. Для эпох интеграции, сменяющих эпохи дифференциации, характерно преобладание тенденций интеграции и централизации, проявляющихся в формировании относительно устойчивых мировых империй или универсалистских государств, осуществляющих экономическую и политическую экспансию и тем самым максимально широко распространяющих ] возникшие в предшествующую эпоху дифференциации формы экономической, политической и социальной организации. Эти формы, однако, рано или поздно исчерпывают свои возможности, и тогда наступает период кризиса существующих империй или других интеграционных образований, не способных к радикальным я реформам и внутренним изменениям, которые необходимы для утверждения новых форм; эпоха интеграции закономерно сменяется эпохой дифференциации. С наступлением эпохи, соответствующей новой волне дифференциации, открывающей новый циюм глобализации, начинают преобладать процессы изменения во всех сферах жизни человека и общества; резко активизируются поиски, осуществляемые в рамках различных обществ. В результате подобных поисков происходит смена доминирующего способа производства и связанных с ним форм социально–политической организации, а прежние империи или универсалистские государства уступают место новым политическим образованиям; все это вместе взятое ведет к ломке, радикальному изменению мирового порядка.

При этом чередование эпох или волн вовсе не означает возвращения к одному и тому же состоянию мира, а скорее представляет собой своеобразный механизм эволюции и усложнения как международной экономической и политической системы, так и отдельных государственно–экономических систем. Действительно, восточные деспотии, античные империи, средневековые теократические «универсальные государства» и современные союзы наций–государств представляют собой существенно различные и усложняющиеся с течением времени формы политической интеграции. Подчеркнем также, что речь идет не о чередовании «бурных» и «спокойных» эпох (в истории все эпохи богаты событиями), а о чередовании эпох, в которых доминируют процессы и изменения разного типа и различной направленности.

Важно еще раз подчеркнуть, что дифференциация и интеграция представляют собой две стороны, две составляющие единого процесса глобализации. Волна дифференциации приводит к расширению мира, а волна интеграции — к повышению степени его связности, взаимодействия его частей друг с другом. Пределы глобализации всякий раз определяются не только культурой [Акопян, 2002], но и самим механизмом глобализационных процессов, который предполагает их «самоотрицание» через чередование волн дифференциации и интеграции. Иными словами, максимальное для данной эпохи расширение мира, которое достигается в конце эпохи дифференциации, закономерно сменяется повышением связности и интегрированности его частей; в свою очередь, максимальная для данной эпохи унификация мира, которая достигается в конце волны интеграции, столь же закономерно сменяется новым ростом разнообразия. Однако само наличие циклов глобализации, предполагающее чередование периодов доминирования процессов дифференциации (роста культурного, социально–экономического, политического разнообразия) и периодов доминирования процессов интеграции (усиления взаимодействия и взаимовлияния культур, определенной унификации в сфере экономики, права и политики), в итоге ведет к более глубокому и универсальному развитию глобализации, чем это было бы в случае ее линейного развития.

В этой связи становится понятной уже упоминавшаяся важная закономерность, которая красной нитью проходит через мировую историю: преобладание одних только процессов интеграции рано или поздно из двигателя глобализации становится тормозом ее развития. Это связано прежде всего с тем, что всякий раз, будь то Античность, Средние века или Новое время (включая и современную глобализацию), интеграция осуществляется на ограниченной основе — на базе доминирующего способа производства, а также доминирующих политических, социальных и культурных форм, потенциал развития которых оказывается принципиально ограниченным. В результате ограниченной оказывается и сама глобализация, оборачивающаяся унификацией и разрушением необходимых культурных, социальных, политических различий, обеспечивающих эволюцию. Выход из этой ситуации, необходимый для дальнейшего развития глобализации и глобальных процессов, происходит через наступление новой волны социальной, экономической, политической и культурной дифференциации. Отсюда, в частности, следует, что одностороннее преобладание интеграционных процессов над процессами экономической, политической и культурной дифференциации, характерное для современной эпохи, с необходимостью приведет к глобальному кризису и глобальным потрясениям, которые будут сопровождаться новым усилением дифференциации.