Читать онлайн «Латвия под игом нацизма. Сборник архивных документов». Страница 42

Условия призыва были следующие: тех, у которых рост начиная со 170 см, зачисляют в легион, а меньшего роста – в военную промышленность и в услужение немецкой армии. Однако во многих комиссиях спрашивали, куда хотят, и в таких случаях на рост не обращали внимания.

До комиссии ко всем обращались с агитацией: фрицы – за вступление в услужение /помощники/ немецкой армии, латышские офицеры – за вступление в легион, примерно следующими словами: «Мы все будем бороться в пользу великой Германии, но все-таки лучше вступить в легион, ибо тогда мы сможем что-нибудь сделать в пользу своей родины».

После мобилизации на фронт отправили и многих из тех, которые были мобилизованы в военную промышленность.

1. До мобилизации 23 февраля провели перепись населения, чтобы узнать, сколько людей можно мобилизовать.

2. Провели регистрацию всех офицеров, заместителей офицеров и инструкторов /младших командиров/ и мобилизовали их уже в конце февраля и начале марта.

Теперь готовят новую мобилизацию. Во второй половине апреля регистрируют всех 1912, 1913, 1914, 1915, 1916, 1917, 1918 годов рождения.

Во время мобилизации было много случаев бегства. Имеются сведения, что по домам и в лесах скрывается много людей. Мы стали искать этих людей.

О том, что более выгодный выход из мобилизации это бегство, думают и шуцманы /полицейские/. Так, один хозяин – шуцман в волости Малпилс сказал: «Скоро будет весна, и тогда каждый кустик будет скрывать легионеров от войны». Так это сейчас начинается.

В Зилупе и в других местах мобилизованные пели советские песни. В Лудзе мобилизованные имели столкновения с полицией. Но о более значительных фактах я уже Вам сообщил по рации.

Из 4 латгальских уездов около 500 мобилизованных в помощь немецкой армии отвезли в Даугавпилс и одели в форму. До 10 апреля, когда их с эшелоном отправили в Ригу, успели убежать свыше 70 чел., 4 из них прибежали к нам. По дороге у Крустпилса еще убежало 30 чел. В Риге оставшимся дали опять другие мундиры и говорили, что пошлют в Псков.

Никто из этих помощников не хотел ехать. Если кто-нибудь из них высказывался в пользу немцев, то его самого добровольцы избивали. Многих из этих помощников полиция после комиссии насильно отвезла в Даугавпилс, так как они намеревались убежать.

Мы стараемся установить связь с убежавшими или их взять к себе. Но это не так легко. Однако мало-помалу люди являются к нам, хотя и с большими трудностями.

Характеризуя политическую ориентацию населения, нет возможности полностью редуцировать разные ориентации к разным классам, социальным группам или к тому, на какой работе у немцев. Здесь играют большую роль еще разные другие обстоятельства.

Если мы берем полицейских и батальоны полицейских /картибас саргу/, которые составляются из разных социальных групп, выходцев из «айзсаргов», бывших полицейских, из бывших воинов латвийской армии или из людей, раньше никогда нигде не организованных, то необходимо сказать, что они все еще определенно борются против нас, и притом борются со злостью. Если батальоны полицейских посылают в карательную экспедицию против партизан, то они лезут во все леса. Полицейские из группы «СС», если их зовут ловить партизан, проявляют при этом большую активность. И так как по волостям очень много полицейских групп «СС», то именно из-за них чрезвычайно трудно передвигаться по Латвии и где-нибудь расположиться. Если бы в Латвии не было бы этих полицейских и батальонов полицейских, то при небольших немецких гарнизонах можно было бы сорганизовать целые партизанские округа. Сейчас партизаны смогут в Латвии оперировать более или менее свободно тогда, когда удастся эту военную силу разложить более основательно изнутри. Это не невозможное дело. Нужно сказать, что ни полицейских, ни находящихся в батальонах полицейских нельзя рассматривать как определенно настроенных на Гитлера. Насколько можно судить из взаимных разговоров полицейских и «добровольцев», из того, как они себя ведут, а также из писем, то нужно сказать, что среди них довольно сильны противонемецкие настроения. Многие из них думают о самостоятельности Латвии в ее прежнем значении и ожидают помощи Швеции. Имеются указания, что в батальонах полицейских ведет работу так называемое объединение патриотов. Полицейские и «добровольцы» более-менее знакомы с сообщениями Советского Информбюро, и нет сведений, что относились бы к ним отрицательно.

Все эти настроения еще сильней проявляются в остальном народе. Мало кто верит немецким военным сообщениям. Но довольно широко слушают Советское радио и верят этим сообщениям. Мы знаем даже полицейского в Видземе, который слушает Советское радио и зовет слушать своего сельхозработника.

Настоящих гитлеровцев немного. Большинство народа не верит, что немцы останутся в Латвии. Те слои, которые были недовольны Советской властью, надеются на возвращение старой Латвии. Каким путем это случится – на то имеются разные мнения. Так называемая английская ориентация в этом вопросе, сколько нам известно, не очень широко распространена. Это, возможно, последствия немецкой агитации, которая англичан выдает за большевиков, говоря, что англичане Латвию продали большевикам и т. д. Более широко распространена шведская ориентация. Выразители этой мысли говорят, что в войне все государства станут слабыми и к концу войны Швеция высадит в Латвии десант и поможет установить старую Латвию. Имеются еще такие, которые говорят, что теперь другой 1918 год и сейчас необходимо бороться как с большевиками, так и с немцами. Эти люди частично думают, что может помочь Швеция, но больше склоняются к тому, что это сделает легион и добровольцы. При этом, когда в Риге было столкновение между легионерами и немцами, они выразились, что легионеры начали борьбу слишком рано, так как не все еще вооружены.

Имеются еще такие люди, которые ожидают возвращение Ульманиса. Они рассказывают, что Ульманис живой и находится в Англии.

Имеется довольно много указаний на то, что существует организация латышских патриотов, которая выпускает и свою газету «Латвиетис» /латыш/. Некоторые говорят, что эта газета выпускается в фотографированном виде. В наши руки попало одно письмо, которое по своему содержанию очень подозрительно в том отношении, что свидетельствует о существовании какой-то патриотической организации. Имеются еще такие указания, что участники этой организации носят на груди маленькую брошку в виде ромба с национальными красками; носят кольца с головками в национальных красках и пластиночки в национальных красках на цепочки часов.

В Рижской центральной тюрьме также заключены люди как будто за принадлежность к этой организации, среди которых как будто имеется много офицеров, даже полковников.

Как бы мы ни старались, пока нам не удалось что-нибудь поближе узнать о работе и программе этой организации. Также не получили связи с ними. Однако мы продолжаем поиски связей с этой организацией и надеемся связаться. У нас нет сведений о существовании какой-то настоящей латышской националистической организации.

Имеются указания, что в Риге и Даугавпилсе существуют противонемецкие организации польских патриотов. Некоторые из них заключены в Рижской центральной тюрьме. Об арестованных в Даугавпилсе поляках я уже сообщил по рации. О работе этой организации что-нибудь поближе нам неизвестно.

Со всеми этими различными организациями больше всего связаны интеллигенция и зажиточные слои, несмотря даже на то, что многие из них служат у немцев.

Насколько можно судить, простой народ – крестьяне и рабочие все больше и больше ожидают Красную Армию и стоят за Советский строй, ибо тогда можно было бы легче жить. Это настроение возрастает в связи с достижениями Красной Армии, в связи с тем, что немцы многое отбирают и даже путем мобилизации гонят на войну и в Германию.

Большое впечатление оставляет и партизанская борьба. Даже один волостной староста сказал: «Теперь я понимаю. Партизаны это не бандиты, а люди, которые борются за свою родину».

О возрастающих симпатиях в народе по отношению к Советской власти можно судить по следующим фактам:

1. По многим зафиксированным разговорам, в которых высказываются за Советскую власть и радуются достижениям Красной Армии.

2. По плакатам, которые нарисованы в виде карикатур, которые дело рук самого народа. Например, во время мобилизации появился какой-то плакат, нарисованный рукою, и в Риге, и в Латгалии. На этом плакате был нарисован портрет СТАЛИНА, играющего «Широка страна моя родная», и под скамейкой нарисован тощий и согнувшийся Гитлер, играющий «Последний нынешний денечек». Этот плакат был наклеен и на «Памятнике Свободы» в Риге.

3. По тому, как население держит себя по отношению к партизанам.