Читать онлайн «Хождение по катынским мифам». Страница 77

Надо отметить, что современный этап восточной политики начат с 1989 года, поскольку выход из советской сферы влияния позволил этой стране впервые за несколько десятилетий приступить к формированию самостоятельной политики в отношении СССР, а вскоре и государств, возникших на его обломках.

После предательского развала СССР и ликвидации Варшавского оборонительного блока Польша первой запросилась в НАТО и в Евросоюз и попыталась гонорово заявить о себе: мол, прислушивайтесь, господа, к нашим «мыслям». Но ей, желающей играть заметную роль в кругу государств западной цивилизации и активно участвовать в североатлантических структурах, «европейцы» указали — не забывайся, панёнка, и садись на тот шесток, на котором ты сидела и должна сидеть.

При этом у Польши создалась уникальна ситуация — её соседями впервые стали независимые Белоруссия и Украина. В их лице образовался своеобразный буфер между Польшей и Россией.

Вхождение Польши в западные структуры было оформлено вступлением в НАТО в 1999 году, а в Европейский союз (ЕС) — в 2004 году. Через некоторое время после вступления в ЕС на восточном направлении произошел перелом — на Украине начались массовые волнения, приведшие к «оранжевой революции».

Автор присутствовал на Майдане и был свидетелем «оранжевого» шабаша. Он даже написал цикл коротеньких стихотворений на эту тему. Вот одно из них.

Приходилось видеть, встречаться и разговаривать с обитателями палаточного городка. Многие из них говорили об огромной поддержке «померанчевости» со стороны США, Ватикана и Польши. Активное участие польских государственных структур и общественности в «революции» позволило некоторым говорить, что современная польская, восточная политика, наконец, начала приносить плоды.

Заговорили об историческом примирении и налаживании добрососедских отношений с литовцами, белорусами и украинцами, призывая польское общество осознать, что именно они, а не Россия являются восточными соседями Польши.

Но вскоре стало ясно, что «революция» не только не перекинулась на Минск и Москву, что пророчили некоторые политологи и публицисты, но начала менять вектор и на самой Украине, где пришли новые «антиоранжевые» силы в лице «Партии регионов». Облом польских политических амбиций в Белоруссии, России и в самой Украине болезненно ударил по политике президента Леха Качиньского.

С его приходом к власти набор претензий Польши к России с каждым годом стал расти, как снежный ком. А последнее время перед его трагической гибелью эти отношения можно было охарактеризовать как открыто враждебные. После этого руководители стран свели до минимума политические контакты.

Сегодня, мне так кажется, основная проблема, которой касаются все польские внешние политические доктрины, — это положение поляков «между русскими и немцами». Эта проблема сегодня снова серьёзно заявила о себе после победы Лукашенко в Белоруссии и Януковича в Украине.

Политические дрязги ни к чему простым людям, которые хотят жить в мире и дружбе, ездить беспрепятственно друг к другу в гости, торговать, исповедовать свободы слова, митингов и демонстраций, взаимно обогащаться культурными достижениями соседей. Но, увы, недальновидные политики мешали этим благородным порывам. Может, с новым руководством Польши, более трезвым и прагматичным, удастся растопить лёд недоверия и искусственной вражды.

Во всяком случае, есть основания верить в это чудо!

Десятилетия катынская земля хранила в могилах жертвы войны. И вот гробокопатели от политики решили вновь потревожить их вечный сон — эксгумировать не только ненависть одного народа к другому, но и создать прецедент. А смысл его таков — историю можно, если так надо, переписать в угоду конъюнктурным соображениям.

Мы жили в оценке событий в Катыни, начиная с середины пятидесятых, штампами сталиноненавистника Хрущева. Как рождался катынский миф, говорилось выше. Много сделали для поддержания его «перестройщики» и «реформаторы». У людей моего поколения создался уже стереотип многослойной хрущевской «правды».

Упрямство, как правило, — это результат ограниченности нашего ума. Мы неохотно верим тому, что выходит за пределы нашего кругозора. Сказали люмень, значит, — люмень. Много ли писателей и журналистов подпускали к архивам в хрущевские времена, тем более искать правду с ответами на эту скользкую для нового вождя тему? На вопросы дюже любознательных надевали шоры да намордники «антисоветчиков», а тем временем шло причесывание материалов в угоду непонятной «оттепели», когда шли беспрецедентные по накалу бои на полях «холодной войны».

У многих в оценке катынских событий возникли сомнения. Так что же мешает обеим сторонам — польской и российской смело пойти друг другу навстречу, выложить все материалы (я подчеркиваю — все!). Пригласить международных, независимых экспертов и ждать их заключения. А потом суд вынес бы вердикт, который был бы обязательным для сторон и обрезал бы всякие сомнения как с той, так и с другой стороны. Но на этом Суде нужно обязательно рассмотреть вопрос по существу казни более 60 000 наших военнопленных — красноармейцев и командиров в польских концлагерях в период 1920–1921 годов.

Да, на похоронах всем больше всего мешает покойник, но без него на этом печальном событии трудно обойтись. Думаю, таким «покойником» могли бы быть материалы с результатами работы Чрезвычайной Государственной Комиссии под руководством академика Н.Н. Бурденко, члены которой занимались эксгумацией останков. Но где они, эти материалы? О них в последнее время никто не вспоминает. А может, их уже нет? Если они уничтожены, то надо разобраться, кто к этому акту варварства и вандализма причастен, когда это случилось и по чьему указанию?

А может, и не надо было этого делать. Мудрые старики всегда говорили, что покой мертвых нарушать ни в коей мере нельзя. Древние китайцы хорошо это понимали и за вскрытие могил карали смертной казнью. Какой бы важной не казалась живущим цель эксгумации, все равно трогать покойников не стоит — иначе беду можно навлечь. За своё поругание дух покойника, а если их много, ещё опасней, — будет мстить. Так что и немцы, и советские гробокопатели грешили, фашисты, чтобы придумать пакость, приправленную фальшью, мы, чтобы её опровергнуть.

Если не разобраться в катынских хитросплетениях юридическими методами, то бодаться с поляками нам придется ещё долго, несмотря на «признания» российской стороной расстрела польских офицеров по приказу Сталина.

Нашим «признаниям» поляки, конечно, верят, ещё бы — выигрышное дело обтяпано! А вот правового суда, суда международного масштаба, боятся — однозначно всплывёт след Геббельса и Гиммлера, а затем может взорваться ещё более мощная мина замедленного действия образца двадцатых годов. Но им нужна только их правда. А ведь половина правды не только есть ложь, но даже хуже лжи. Вот почему они спешат и будут это делать, чтобы поскорее предъявить миллиардные иски правопреемнице СССР — России, а это значит, нам — налогоплательщикам.

Руководство нашей страны о жертвах двадцатых годов на территории Польши почему-то молчит.

Главной бедой России, как писал Максим Калашников, было то, что много веков мы жили в мире, законы которого писали не мы. Нам все время приходилось насиловать себя, примеряясь к этим чужим законам. Нам всё время приходилось кому-то подражать — то Константинополю, то Древнему Риму, то Парижу, то Америке. Поэтому мы всегда проигрывали.

И если посмотреть на русскую историю без пропагандистских шор, то нельзя не заметить того, что нас все время кто-то использовал в своих интересах, а по-простонародному — играл с нами в дурку. Когда же мы надеялись только на себя — приходил успех, появлялась удача, возникали подвижки. Примерами могут быть Великая Отечественная война и её заслуженная Победа и первые послевоенные годы. Эпохальным и сурово величественным был год 1947-й в истории нашей Родины. В тот год были залечены первые раны, оставленные войной на теле Отчизны. Осенью уровень промышленного производства достиг довоенного — и это за два года после такой опустошительной войны!!!

За сухими и точными строчками ЦСУ крылся гигантский труд народа по восстановлению сметенного и разрушенного войной на западе традиционной территории России, где и разыгрались исполинские сражения Великой Сечи.

Страна — её руководители и народ были одержимы одним порывом — скорее сделать жизнь лучше. Отсюда люди ждали после очередного Нового года снижения цен, и они его получали, пускай копеечного снижения, но оно было, было, было!!! как бы ни злобствовали и ни хихикали нынешние либералы.