Читать онлайн «Остановить танки!». Страница 25

Для усиления волховского направления из 54-й армии в район Волхова удалось перебросить 3-ю гвардейскую стрелковую дивизию со своей штатной артиллерией и 881-й корпусной артиллерийский полк. Одновременно под Волховом были задержаны два дивизиона 122-го артиллерийского полка 44-й дивизии, направлявшиеся к Тихвину.

В результате проведенного маневра группировка нашей артиллерии на волховском направлении значительно усилилась. Здесь действовали 881 кап, второй дивизион 855 ап 311 сд, 835 ап 285 сд, 565 ап 3 гв. сд, два дивизиона 122 ап 44 сд, 860 ап 310 сд, артиллерийский дивизион 6-й морской бригады и второй дивизион 5-го гвардейского минометного полка. 13 ноября группа войск, действовавшая в районе Волхова, была включена в состав 54-й армии Ленинградского фронта.

На «Невском пятачке» с новой силой разгорелись бои. С беспримерным мужеством сражались бойцы и командиры стрелковых дивизий: 86-й — полковника A.M. Андреева, 20-й — полковника А.ГІ. Иванова, 168-й — полковника Л.A. Бондарева, 10-й — полковника И.Д. Романцова и 177-й — полковника Г.И. Вехина.

Пример бесстрашия показывали добровольцы из сформированных в ноябре трех ударных полков. Первый из этих полков атаковал противника 9 ноября, второй — 11 ноября и, наконец, третий, которым командовал генерал-майор П.А. Зайцев, — 13 ноября. Прорвать вражескую оборону, однако, не удалось. Противник значительно укрепил свои позиции, а часть наступавших войск вводилась в бой в разное время. Кроме того, артиллерия не сумела подавить вражескую огневую систему.

В боях на «Невском пятачке» проявились высокие и благородные качества защитников города Ленина. Доблестно сражались они за каждый метр родной земли. Здесь на самых трудных участках всегда впереди воины видели своих командиров. Одним из них был полковой комиссар Н.Д, Афанасьев, сын старого большевика, участника революции 1905 года, помощник начальника политуправления фронта по комсомольской работе. При формировании ударных полков Н.Д. Афанасьев стал военным комиссаром одного из них. На переправе и плацдарме он действовал как храбрый воин и пал смертью храбрых. За проявленное мужество Н.Д. Афанасьев был посмертно награжден орденом Ленина.

В те дни немало подвигов совершили и бойцы соединений 55-й армии: 70, 85, 90, 125-й и 268-й стрелковых дивизий. Особенно ожесточенные бои развернулись на подступах к поселку Ивановский, прикрывающему дорогу к Мге и Синявину. Здесь отважно дрался 84-й отдельный танковый батальон, которым командовал майор К.П. Ушаков. Отважный командир, любимец танкистов, погиб в этих боях. Его имя было присвоено батальону, который он сформировал и бесстрашно водил в атаки на врага.

Войскам 55-й и 8-й армий не удалось, однако, в силу обстоятельств, вызванных вражеским наступлением на Тихвин и Волхов, успешно завершить операцию по прорыву блокады. Но своими активными действиями они лишили группу «Север» свободы маневра, сковали значительные вражеские силы.

16 ноября командующий группой армий «Север» генерал-фельдмаршал фон Лееб докладывал главному штабу командования сухопутных войск: бои в районе между озерами Ильмень и Ладожским развиваются крайне неудачно для немецкой армии. В районе Тихвина в ближайшее время можно ожидать угрозы прорыва противника[18].

За три недели боев тихвинская группировка противника, встречая упорное сопротивление советских войск, по существу, исчерпала свои наступательные возможности.

9 ноября командование 4-й отдельной армией принял генерал армии К.А. Мерецков. Почти одновременно с ним из 7-й отдельной армии прибыли на тихвинское направление группа генералов и офицеров управления, 46-я танковая бригада генерал-майора В.А. Копцова, стрелковый и артиллерийский полки 272-й стрелковой дивизии полковника З.Н. Алексеева.

Во что бы то ни стало требовалось остановить врага, перехватить инициативу, решительно поднять боевой дух войск. И это было сделано. Как ни цеплялся противник за рубежи к северу от Тихвина, ему не удалось удержаться. 1061-й полк 372-й дивизии и части 44-й дивизии, взаимодействуя с 46-й танковой бригадой, теснили врага.

Восточнее Тихвина, вдоль дороги на Неболчи, наступали части 191-й дивизии, 305-й полк 44-й дивизии и только что прибывшие два отдельных танковых батальона. Немецкие части откатились, заняв оборону в 6 километрах от Тихвина.

Недостаток сил и необходимость их перегруппировки заставили 4-ю отдельную армию приостановить наступление. Германское командование расценило это как переход советских войск к обороне, перебросило часть сил 8-й и 12-й танковых дивизий на волховское направление, где 21-й пехотной дивизии противника удалось приблизиться к Волхову на расстояние орудийного выстрела. Ответственность за оборону этого важного узла железных и шоссейных дорог Ставка возложила на 54-ю армию. Как уже сообщалось, ей подчинили правофланговые войска 4-й отдельной армии.

На направление главного удара немецкой группировки спешно были выдвинуты 3-я гвардейская стрелковая дивизия полковника H.A. Гагена, 16-я танковая бригада полковника И.Н. Барышникова и батареи зенитной артиллерии. Командующий Ладожской военной флотилией капитан 1-го ранга B.C. Чероков направил в стрелковые подразделения моряков с пулеметами, снятыми с боевых кораблей.

Дивизии 1-го немецкого армейского корпуса, усиленные танками 8-й и 12-й танковых дивизий, рвались к Волхову. Но на большинстве участков враг натолкнулся на организованное сопротивление и вынужден был спешно производить перегруппировку. К 24 ноября немецкое наступление было остановлено.

Командование 16-й немецкой армии избрало местом очередного удара участок в направлении станций Войбокало, Шум. В наступление здесь были брошены пехотные дивизии, усиленные танковыми подразделениями. Нашей пехоты в этом районе почти не было. Здесь врага остановили героически действовавшие артиллеристы первого дивизиона 855 ап 311 сд, а также зенитного дивизиона 311 сд и 253-го зенитного дивизиона ПВО страны, прикрывавших станцию Войбокало от ударов вражеской авиации. Огнем с закрытых позиций, прямой наводкой и из личного оружия артиллеристы на двое суток задержали противника, пока не подошла пехота из 311-й стрелковой дивизии. Несколько дней немецкие войска яростно рвались вперед, но ничего не добились. Геройски действовали западнее Войбокало, в районе Поречье, полки 286-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник Е.В. Козик.

К концу ноября стало очевидно, что хотя немецкое командование добилось некоторых территориальных успехов, заняло Тихвин и приблизились к Волхову, однако своей главной цели оно не достигло: ему не удалось полностью замкнуть кольцо блокады Ленинграда. Неосуществленными оказались и планы наступления через Малую Вишеру на Бологое, навстречу войскам левого крыла группы армий «Центр».

Удары противника были парализованы главным образом за счет гибкого маневра и непрерывного взаимодействия между войсками Ленинградского фронта и подчиненными непосредственно Ставке 4, 52-й и 7-й отдельными армиями. Бои под Тихвином, на волховских рубежах и на Неве явились звеньями единой оборонительной операции.

Вопреки расчетам, вражескому командованию не удалось высвободить силы под Ленинградом и заметно сократить численность своих войск на северном крыле советско-германского фронта. Если в августе — сентябре 1941 года в группу армий «Север» входило 30–32 дивизии, то в ноябре их было 34. С конца ноября и здесь противник вынужден был отказаться от наступательных операций.

Контрнаступление советских войск в районе Тихвина началось в тот момент, когда достигла высшего напряжения битва за Москву и шли упорные бои на юге — под Ростовом. Советское Верховное главнокомандование, естественно, не могло направить на северо-запад значительных сил. В составе армий, действовавших под Тихвином и Волховом, было 154,5 тысяч человек, 2120 орудий и минометов, а также 200 танков. Противник же имел до 130 тысяч человек, 2200 орудий и минометов и около 250 танков.

Мощная группировка танковых сил РККА была сосредоточена в полосе действий 54-й армии Ленинградского фронта. В ее состав входили 16-я и 122-я танковые бригады, а позднее 119-й отдельный танковый батальон, которые были укомплектованы в основном только легкими и средними танками. Это было обусловлено невозможностью переправлять танки KB по льду Ладожского озера из-за большого веса танка. На реке Нева в конце ноября при толщине естественного льда 40 см стали проводить эксперименты по транспортировке танков KB по бревенчатому настилу, специально уложенному на льду. Когда танк KB проехал по импровизированному мосту несколько метров, лед под ним с хрустом начал вдавливаться и стало ясно, что тяжелый танк вот-вот провалится в воду. Но танкисты не растерялись и буксиром буквально «выдернули» танк на берег. По результатам подобных экспериментов было принято два решения. Первое — транспортировка танков KB своим ходом по льду Ладожского озера (протяженность маршрута 32 км) невозможна. Поэтому штаб специальной танковой переправы, занимавшейся переброской танков KB и Т-34 через реку Нева в районе Невская Дубровка по воде (в ноябре были переправлены 23 KB и 11 Т-34), начал разработку проекта по переброске танков KB по льду Ладожского озера. Инженерные подразделения стали строить «ледяной паром» — громадные сани, которые должны были буксировать 2 артиллерийских тяжелых тягача «Ворошиловец». На сани в зависимости от температуры воздуха устанавливался или весь танк KB в сборе (температура воздуха -20–30 °C) или танк без башни и боеукладки (температура воздуха -30–12 °C), а затем боевая машина буксировалась тягачами к месту назначения. Но подобную переправу запустили только 15 января 1942 года. Второе решение заключалось в переброске легких танков своим ходом через Ладожское озеро только в декабре — январе, когда лед на Ладоге будет достаточно прочен и надежен. Уже в декабре в состав 54-й армии по льду своим ходом были переброшены 7 однобашенных танков Т-26 и 3 Т-26 САУ (76,2-мм орудие образца 1927 года, установленное в полуоткрытой рубке, на базе танка Т-26).