Читать онлайн «Империя Карла Великого и Арабский халифат. Конец античного мира». Страница 21

3. Торговля во внутренних районах

Мы конечно же не можем утверждать, что восточные торговцы, будь то евреи или кто-то еще, только лишь завозили товар с Востока на Запад по Средиземному морю. Безусловно, их суда возвращались с Запада на Восток также полные груза. Главным товаром, который везли с запада, были рабы. Известно, что и после V в. рабов активно использовали в домашнем и в сельском хозяйстве. Я лично склоняюсь к точке зрения, что германские вторжения лишь активизировали работорговлю, вновь сделав ее очень прибыльным занятием. Институт рабства был германцам знаком, и они наверняка привели с собой в пределы Римской империи немало рабов. А войны, которые они вели с варварскими племенами, жившими за Рейном, а также с лангобардами, лишь увеличили приток рабов.

С другой стороны, хотя церковь допустила рабов к церковным таинствам и разрешила им заключать брак, точнее сказать, обязала их к этому, что конечно же несколько облегчило их положение, но в то же время она не выступила против института рабства как такового и не подвергла его критике. Рабство было повсеместно распространенным явлением, рабы использовались не только в крупных имениях, но всеми, кому достаток позволял их приобретать. Отпуск рабов на свободу нисколько не сократил их количество; рабы по-прежнему использовались повсюду, и их число только росло благодаря постоянному новому притоку[92].

Значительным источником рабов были варварские племена. Как отмечает Псевдо-Фредегар, Само пришел в страну вендов (древнейшее наименование славянских племен, скорее всего их западной ветви) с отрядами авантюристов-работорговцев; в 623—624 гг. он наверняка занимался работорговлей[93].

Работорговцы приходили на территорию, где проживали венды, «за товаром»; аналогично тому, как варяги в IX в. приходили на Русь, чтобы увести в рабство славян; они при этом также брали и мех (в IX—XI вв. многие варяжские воины служили у русских князей, а варяжские купцы торговали на пути «из варяг в греки»: из Варяжского (Балтийского) моря по реке Неве в Ладожское озеро, затем по реке Волхов в Ильменское озеро, далее по реке Ловать, оттуда волоком к Днепру. С юга по этому пути, связанному с другими водными путями, везли: из Византии — вино, пряности, ювелирные и стеклянные изделия, дорогие ткани, иконы, книги; из Киева — хлеб, различные ремесленные и художественные изделия, серебро в монетах и т. д.; с Волыни — шиферные пряслица. С севера возили: из Скандинавских стран — некоторые виды оружия и изделия художественных ремесел; из Северной Руси — лес, мех, мед, воск; из Прибалтики — янтарь). Венды были язычниками, поэтому продавать и покупать их можно было без всякого смущения, поскольку городские советы на территории варварских королевств препятствовали продаже за пределы королевств только рабов-христиан; последнее подтверждает тот факт, что рабов продавали иностранцам[94].

Само отнюдь не был единственным работорговцем; став правителем государства западных славян, он уничтожил нескольких франкских работорговцев, что привело к войне между ним и королем франков Дагобертом. Он был убежденным приверженцем монархической формы правления, как и варяги. С другой стороны, можно предположить, что он сам активно продавал оружие варварским племенам, как и торговцы-контрабандисты, несмотря на многочисленные официальные запреты. Что же касается торговли другими товарами, то, хотя Псевдо-Фредегар и называет Само и его подручных крупными оптовыми торговцами, мы не можем считать его профессиональным торговцем; однако не вызывает сомнения, что и он, и его «партнеры» были отъявленными авантюристами.

Кроме того, в Галлии продавались и рабы-мавры; других рабов привозили из Тюрингии, а также из Британии[95].

На рынке в Марселе продавалось много рабов из Британии; именно здесь папа Григорий Великий купил некоторых из них, чтобы отправить в Рим и крестить. Возможно, это были военнопленные, попавшие в плен в ходе войн между бриттами и саксами, проданные в рабство и отправленные в Галлию. Может быть, среди рабов, выкупленных св. Аманом (ум. 674 или 675) в Галлии, были люди и отсюда. Безусловно, рабы, привезенные каким-то работорговцем из окрестностей Камбре, о которых упоминается в Житии св. Гаугериха, также были по происхождению из северных районов, возможно в том числе и из Британии.

Рабов можно было купить в любой части страны. Григорий Турский пишет о рабах-саксах, принадлежавших работорговцу из Орлеана.

Псевдо-Фредегар свидетельствует о том, что Билигильда, ставшая женой короля франков Теодеберта, была куплена у оптового работорговца матерью короля Брунгильдой, которую, без сомнения, привлекла красота девушки.

С работорговцев взимался налог за выставление товара на рынке и перевозку товара в Аррасе и Турне. Таким образом, можно сделать вывод о том, что через эти города проходили маршруты работорговцев, которые и платили за это пошлину[96].

Всех рабов, захваченных во время налетов[97] работорговцами, такими как Само, а также привезенных из Британии, отправляли в средиземноморские порты[98]. Мы узнаем, что многих рабов выставляли для продажи в Нарбонне. Упоминается и о продаже рабов в Неаполе, куда они, вне всякого сомнения, попадали из Марселя, который представлял собой огромный невольничий рынок[99].

Работорговлей занимались многие торговцы[100]. В основном этим видом торговли занимались евреи. Городской совет Макона разрешил в 583 г. христианам выкупать рабов у евреев за 12 солидов и либо отпускать их на свободу, либо использовать в хозяйстве. Есть упоминания о работорговцах-евреях, действовавших в Нарбонне и Неаполе[101].

Мы можем сделать вывод, что на побережье Тирренского моря велась существенная по объему и значению торговля рабами; нет никаких сомнений, что суда, привозившие с Востока на Запад пряности, шелк и папирус, назад везли рабов.

Следует отметить в этой связи, что из Галлии на Восток везли не только рабов, но также одежду, ткани, строительную древесину и, возможно, красильную марену — растение, из корней которого делали краску, в частности для тканей. Григорий Великий покупал одежду в Марселе и Арле и направлял в Александрию древесину, купленную в Галлии[102].

В любом случае, исходя из активного оборота золота, можно утверждать, что экспорт с Запада на Восток был весьма значителен.

Помимо внешней торговли, которая практически полностью контролировалась иностранными купцами, большую роль в экономике западной части империи играла внутренняя торговля. И здесь картина уже была иная. Конечно, как мы уже могли убедиться, и здесь большую роль играли евреи, а также сирийцы, постоянно обосновавшиеся в западных районах, в частности в Галлии, о которых мы уже говорили выше. Однако, несмотря на присутствие упомянутых иностранцев, на переднем плане во внутренней торговле все же были местные уроженцы. Причем является очевидным фактом то, что они были не просто владельцами торговых лавок, но настоящими профессиональными торговцами[103].

Анекдотическая история с торговцами Вердена, рассказанная Григорием Турским, очень характерна в этой связи: когда в первой половине VI в. город буквально умирал от бедности и жители жестоко страдали, бывший в то время городским епископом Дезидарий одолжил у короля Теодеберта 7 тыс. ауров (золотых червонцев; 1 аур равнялся 100 серебряным монетам — сестерциям; позднее ауры были заменены уже упоминавшимися солидами) и распределил их среди жителей города, «чтобы они могли вложить их в торговлю, занятие которой уже сегодня дает большой доход и обеспечивает богатство». Здесь мы видим явное подтверждение того, что торговля развивалась очень активно[104].

И весьма примечательно, что епископ обратился к королю, чтобы содействовать оживлению торговли в городе, позволяющей вернуть долги и нажить добро; из этого можно сделать вывод, что хорошо развитая торговля была характерна для всех городов того времени.

Григорий Турский, помимо прочего, приводит следующий эпизод, который весьма показателен и позволяет лучше понять, как развивалась торговля в то время: «Во время, когда образовался дефицит товаров, торговец Кристофор из Тура узнал о прибытии в Орлеан судна, груженного вином. Он немедленно одолжил деньги у своего тестя, который, безусловно, сам был торговцем, купил всю партию и разместил вино на нескольких лодках. Затем он отправился верхом назад в Тур, но был убит сопровождавшими его двумя рабами-саксами». Здесь мы видим типичный пример корыстной спекуляции, которая не имеет ничего общего с практикой Средних веков. Этот Кристофор был наверняка крупным торговцем, то есть оптовым, и откровенно хотел «провернуть дельце», «ухватив» все имевшееся на рынке вино и таким образом монополизировав рынок. Важно отметить то, что действовал он в одиночку. В этой операции нет ничего, напоминающего деятельность торговых гильдий или обычный торговый оборот; это были сугубо индивидуальные действия торговца-одиночки римского типа1. И, как отмечает Григорий Турский, другие торговцы также занимались аналогичными спекулятивными операциями.