Читать онлайн «Вечное движение (О жизни и о себе)». Страница 38

Шли годы второй пятилетки, происходил громадный рост культурного уровня нашего народа. В августе 1934 года под руководством А. М. Горького прошел I Всесоюзный съезд советских писателей. Все мы зачитывались такими книгами, как "Петр I" А. Толстого, "Жизнь Клима Самгина" М. Горького, "Как закалялась сталь" Н. Островского.

Образ Ленина в изображении Б. В. Щукина покорил и потряс миллионы людей. С восхищением смотрели мы такие знаменитые кинофильмы, как "Ленин в Октябре" и "Человек с ружьем". Василий Иванович Чапаев то на коне в крылатой черной бурке, сверкая шашкой, то на железной тачанке, грозя пулеметом, скакал, живой и неудержимый, на экранах всех городов и деревень страны. Фильм "Мы из Кронштадта" также произвел на всех нас глубокое впечатление.

В декабре 1936 года Чрезвычайный Всесоюзный съезд Советов принял новую Конституцию СССР - конституцию победившего социализма.

Громадные задачи стояли перед нашим сельским хозяйством. После починов А. Стаханова на Донбассе, П. Кривоноса на железнодорожном транспорте, А. Бусыгина на Горьковском автозаводе, ткачих Евдокии и Марии Виноградовых движение новаторов перебросилось и на сельское хозяйство. Здесь заблистали имена М. Демченко, М. Гнатенко, П. Ангелиной, К. Борина, Ф. Колесова. В ноябре 1935 года в Кремле состоялось первое совещание стахановцев страны. В феврале 1935 года проходил II Всесоюзный съезд колхозников-ударников. В 1935-1936 годах состоялся целый ряд совещаний передовиков сельского хозяйства.

Партия требовала внимания к жизни, к прямым задачам строительства социализма.

Строительство науки в Советской России было многоплановым. Мы находились, так сказать, на фланге ее фундаментальных теоретических работ. Одновременно я с величайшим интересом следил за ее внедрением в практику, полагая, что и мы выполняем полезную работу, исследуя экспериментальные и методологические проблемы генетики.

В генетику пришла эпоха дискуссий, где во многом смешались добрые намерения с плохими последствиями. Резко был поставлен вопрос: какая же наука нам нужна? Каковы формы ее связи с практикой? Какова роль фундаментальных исследований и как для них трактовать принцип партийности науки? Завязавшись в генетике, эта дискуссия касалась всех отраслей науки в нашей стране.

* * *

В те годы жизнь кипела вокруг и била в нас ключом. Мы работали, влюблялись, дружили, чувствовали биение пульса страны, жили ее радостями и невзгодами. В эти годы ко мне пришла необычайная любовь. Она благоухала и была расцвечена всеми бликами мира. В свете этой любви мир вставал в его прозрачной чистоте. Это была любовь к Александру Пушкину, умному, страстному другу.

Кто не отдал несколько лет жизни опьяняющей любви к Пушкину, не светлел над его стихами, не входил вместе с ним в душу народа и в сердце природы России! Кто не помнит его гибели, часов его смерти!

Добро и зло мы не получаем от своих родителей как свойства, записанные в генах. Они создаются в то время, когда в человеческом дитяти просыпается сознание и влияние хорошего и дурного извне незримыми путями воспитывает его. Как громадна та дорога, которую проделывает ребенок от рождения до момента, когда он начинает отражать в сознании тот мир, куда он пришел, и до того времени, когда он начинает влиять на этот мир. Дитя человека, физически развиваясь по генетической программе, полученной им от родителей, одновременно сложными, пока мало понятными нам путями, приобретает огромный внутренний, духовный мир.

Что такое человек? Как возникает его духовная личность? Исторический человек - это результат эволюции, он потомок животных. Однако он ушел от них в новую, неведомую животным область жизни. Он принес с собою, после того как он стал человеком, новый, неведомый ранее для земли особый мир. Это мир разума и сознания. Посмотрите, как безуспешно сотни раз оса, попавшая на окно, начинает жужжать и стремиться улететь сквозь стекло, упершись в него головой, в то время как за спиной обезумевшего насекомого дверь открыта в цветущий, благоухающий мир. Поведение осы - это прямая реакция на свет, ее мир расчленен на реакции, сущность которых записана в ее генетической программе. Перед человеком в свете его сознания, которое развивается и преобразуется от форм его труда, от общения с людьми и миром, вселенная встает во всех ее связях. Человеку доступно понимание того, как движется материя в целом.

Благодаря сознанию, человек кроме физических черт, записанных в его генетической программе, из поколения в поколение стал передавать опыт, который люди приобретали в труде, в общении друг с другом, в борьбе с силами природы, в своих размышлениях над тайнами мира. Эта передача опыта не записана в его генах, она осуществляется благодаря прямому общению поколений, через воспитание детей. Воспитание, наряду с генетической программой, тоже своя особая программа, это эстафета сознательной жизни людей всех поколений, но это тоже программа для развития личности. В результате социальное и генетическое наследование, сливаясь воедино, ведут развитие личности. Уникальность генетических программ и неповторимость трудноуловимых черт воспитания и самовоспитания создают такие условия, что каждый человек развивается в неповторимую личность.

А. В. Луначарский, вспоминая о выступлении В. И. Ленина на первом съезде просвещенцев привел его фразу о том, что "победы революции может закрепить только школа".

"Я тогда заметил Владимиру Ильичу,- пишет А. В. Луначарский,- "Уж очень вы крепко насчет школы сказали, пожалуй, чересчур".- И получил ответ: "Я хотел этим сказать, что воспитанием будущих поколений закрепляется все, что завоевано революцией" ".

Воспитание в устах В. И. Ленина - это и есть социальная программа, по которой опыт революционного поколения должен быть передан как эстафета общественной жизни их детям и всем последующим поколениям. Ломка сознания, связанная с таким гигантским всемирно-историческим событием, как Великая Октябрьская социалистическая революция, вызвала к жизни новую грандиозную социальную программу, которая изменила основы школы и воспитания будущего человека в семье и в обществе.

Добро и зло не записаны в генах человека, они суть сложный компонент при социальном наследовании. Их соотношение дозируется воспитанием, по-разному воспринимаемым людьми с разной генетической программой. Однако примат в развитии личности всегда за воспитанием, за теми социальными условиями, в которых растет и живет человек. Вспомним, во что было превращено при гитлеризме множество людей в условиях фашистского воспитания. Человечество содрогается, вспоминая их поступки.

Трогательными, заботливыми, нежными, исполненными любви прикосновениями к нашему тельцу мать вызывает неясный проблеск добра, которое, словно ласкающий, трепетный свет, входит в нас из неведомого еще нам мира жизни. Первая улыбка матери, которую мы сознаем,- это как вестник того великого добра, которое приветствует и ждет нас в этом мире. Мать своей великой любовью закладывает в нас ростки добра и затем много лет любовь растит их.

Но вот мы выросли. Мы уже знаем, что такое зло. Оно пустило свои корни - где больше, где меньше. Мир во всех его противоречиях пророс в нас и одел в свои разноликие одежды, сотканные из добра и зла. Зло все настойчивее пытается захватить нас. Борьба за лучший мир для человека, за идеалы социализма, труд, наука, прекрасные книги, любовь, музыка, природа, искусство - все влечет нас к добру. Иногда мы испытываем потрясения, и новые дали добра открываются перед нами.

Когда к тебе приходит понимание Пушкина, словно бы снопы света заливают душу ярким, прекрасным, звучным добром. Словно бы божество добра, трепетное, созвучное всему прекрасному, в вечном, торжествующем свете, поселилось в тебе. Эта жизнь в добре слишком трудна, сложна и возвышенна, ты не в состоянии выдержать ее долго. Страстная, всепоглощающая любовь к пушкинскому сердцу ослабевает, ты, о увы, теряешь накал этой страсти, но навсегда остаются в тебе родники добра, пробитые этой любовью. Сердце уже в плену, оно всю жизнь возвращается к нему, к солнцу нашей поэзии, к солнцу добра - к Пушкину. Он сопровождает тебя всю жизнь. В обычном течении твоей жизни и в ее роковые минуты Пушкин с тобой, и, когда ты решаешь, как быть, ты знаешь: Пушкин здесь, он смотрит, судит, он в твоей жизни. Ты ненавидишь Дантеса и в свете его подлости меряешь тех, кого осуждаешь.

В разные годы жизни ты возвращаешься к Пушкину, и каждый раз новые чувства будят в тебе, казалось бы, знакомые, но ранее по-другому понятые стихи.

Вновь и вновь природа России, которую ты любишь безмерно, находит свое дивное понимание и выражение у Пушкина, и ты готов без конца впитывать в себя ее образы и ее неизъяснимую жизнь через пленительную вязь и блеск пушкинских стихов. Наступает весна, и мы читаем про себя:

Улыбкой ясною природа