Читать онлайн «Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения)». Страница 258

Направляемая экономика, которую мы имеем сейчас в области сельского хозяйства, торговли и промышленности, является не только осуществлением современных принципов государственности, но в то же время является экономикой обороны страны».

Эта программа проводилась не без цели. Она была тщательно разработана и проведена в обеспечение средств, необходимых для осуществления плана заговорщиков, т.е. агрессивной войны.

В сентябре 1934 года Шахт открыто признал в разговоре с американским послом в Берлине, что партия Гитлера полностью посвятила себя вопросам войны... Это подтверждается выдержкой из дневника посла Додда, страница 176 документа ПС-2832.

В то же время подсудимый Шахт обнародовал свой новый план контроля над импортом и экспортом, подчиняя их интересам перевооружения.

Через год[234] совершенно секретным декретом, на который я уже ссылался, Шахт был назначен уполномоченным по вопросам военной экономики.

В сентябре 1936 года на совещании, на котором присутствовали Шахт и другие, Геринг заявил, что Гитлер на основании того, что столкновение с Россией неизбежно, дал имперскому министру соответствующие указания, а затем Геринг добавил, что необходимо предпринять все меры, как, если бы мы на самом деле стояли сейчас перед непосредственной угрозой войны.

Я обращаю внимание суда на документ ЕС-416. Перед тем как цитировать этот документ, я хочу указать, что это протокол совещания кабинета, состоявшегося в 12 часов дня 4 сентября 1936 г. На совещании присутствовали подсудимые Геринг, Шахт, фон Бломберг и другие. На странице 2 этого документа приводятся слова Геринга:

«Столкновение с Россией неизбежно. То, чего Россия достигла в плане реконструкции, можем достичь и мы... Необходимо предпринять такие меры, какие должны быть предприняты, в случае надвигающейся угрозы войны...»

В том же месяце было создано управление по четырехлетнему плану, целью которого было сделать Германию в течение четырех лет экономически независимой для ведения войны (ЕС-408). Члены нацистского правительства обеспечили руководство подготовкой Германии к войне. Они получили всемерную поддержку германских промышленников.

Роль, которую играли промышленники в переводе германской экономики на военные рельсы, была решающей, и я вкратце остановлюсь на этом.

По приглашению Геринга около двадцати пяти виднейших промышленников Германии и Шахт встретились 20 февраля 1933 г. на совещании в Берлине, которое состоялось накануне выборов, назначенных на 5 марта 1933 г. На этом совещании Гитлер заявил, что целью заговорщиков является установление тоталитарного контроля над Германией, разрушение парламентской системы, уничтожение всякой оппозиции и восстановление вооруженных сил Германии.

Среди присутствовавших на совещании в феврале 1933 года в Берлине были: Густав Крупп — глава огромной фирмы по производству вооружения, четыре видных руководителя заводов «И.Г. Фарбениндустри» — одного из величайших химических концернов, а также Шахт. Там был также Альберт Феглер — глава объединения сталелитейных заводов Германии. Присутствовали также другие ведущие промышленники.

Чтобы подтвердить свое утверждение о том, что это совещание имело место именно в то время и в том месте, как я указал, я предлагаю вашему вниманию документ ЕС-439 — письменные показания фон Шницлера, данные под присягой, которые гласят:

«Я, Георг фон Шницлер, член правления «И.Г. Фарбениндустри», даю под присягой следующие показания:

«В конце февраля 1933 года четыре члена правления «Фарбениндустри», в том числе и председатель правления доктор Бош и я, были приглашены секретариатом президента рейхстага на совещание, происходившее у него на дому, причем в уведомлении не было указано, по какому именно вопросу. Я не помню двух других коллег, которые также были приглашены. По моему я получил это приглашение во время одной из моих деловых поездок в Берлин. Я пришел на это совещание. На нем присутствовало около двадцати человек, большинство из которых, я думаю, были ведущие промышленники Рура. Среди присутствовавших на этом совещании я помню доктора Шахта, который тогда еще не был председателем Рейхсбанка и министром экономики, Круппа фон Болен, который в начале 1933 года был председателем имперского объединения, ставшего потом полуофициальной организацией «Рейхсгруппениндустри», доктора Альберта Феглера, одного из руководителей объединенных сталелитейных предприятий, фон Левенфельда — представителя промышленного предприятия в Эссене, доктора Штейна — главу профессионального союза на шахте «Августа Виктория», которая тоже принадлежала к «И.Г. Фарбениндустри». В то время Штейн был активным членом германской народной партии.

Я помню, что доктор Шахт вел себя, как хозяин. Я ожидал появления Геринга, но в комнату вошел Гитлер, пожал всем руки и сел за стол. В своей длинной речи он говорил главным образом об опасности коммунизма и делал это так, будто уже одержал над ним решительную победу. Затем он говорил относительно союза, который создала его партия с народной партией Германии. Эта партия была реорганизована фон Папеном. В конце речи он перешел к вопросу, который, как мне казалось, был целью этого совещания. Гитлер подчеркнул, насколько важно, чтобы две вышеупомянутые партии завоевали большинство на предстоящих выборах в рейхстаг. После того как Крупп фон Болен поблагодарил Гитлера за произнесенную им речь и Гитлер покинул комнату, доктор Шахт внес предложение о создании фонда, если я не ошибаюсь, в 3 миллиона рейхсмарок для проведения избирательной кампании. Эта сумма должна была быть распределена между двумя «союзниками» в соответствии с их значимостью в тот период»...

Геринг сказал, что пожертвования, о которых идет речь, будут тем менее обременительны для промышленников, чем более уяснится тот факт, что выборы 5-го марта будут последними в предстоящие 10, если даже не 100 лет.

В меморандуме от 22 февраля 1933 г. (Д-204)[235] Густав Крупп вкратце описал это совещание и отметил, что он выразил Гитлеру признательность промышленников, которые присутствовали на совещании...

В апреле 1933 года, после того как Гитлер укрепил свою власть, Густав Крупп в качестве председателя имперской ассоциации германских промышленников, которая являлась крупнейшей ассоциацией германских промышленников, предложил Гитлеру план этой ассоциации, предусматривавший реорганизацию германской промышленности, поставив таким образом ассоциацию на службу заговорщикам и превратив ее в действенное орудие проведения в жизнь нацистской политики.

В сопроводительном письме Крупп писал, что план реорганизации, который он представляет от имени ассоциации промышленников, характеризуется желанием координировать экономические мероприятия с политической необходимостью, принимая принцип «фюрерства» в новом германском государстве (Д-157).

В самом плане реорганизации Крупп заявил:

«Ход политических событий полностью соответствует желаниям, которые лично я и члены правления вынашивали в течение долгого времени. В реорганизации имперской ассоциации германской промышленности я буду руководствоваться идеей согласования деятельности новой организации с политическими целями имперского правительства».

Мысли, высказанные Круппом от имени членов имперской ассоциации германской промышленности о введении принципа «фюрерства» в промышленность, впоследствии были приняты.

Согласно декрету, вводившему принцип «фюрерства» в промышленность, каждая промышленная группа должна была иметь своего руководителя, работающего без вознаграждения. Эти руководители назначались и могли быть смещены министром экономики. Устав каждой группы утверждался руководителем, который обязан был руководить своей группой в соответствии с принципами национал-социалистского государства.

Я думаю, что здесь уместно сказать о том, что введение принципа «фюрерства» в организацию экономически позволило обеспечить ее централизацию и гарантировало эффективное выполнение приказов правительства промышленниками в интересах развития военной экономики.

О том, какую огромную поддержку германские промышленники оказали нацистской военной программе, можно судить по речи, подготовленной Густавом Круппом в январе 1944 года для выступления в Берлинском университете (Д-317).

Я не хочу утомлять суд оглашением всего документа, но я желал бы зачитать из него некоторые выдержки, не отрывая их, однако, от контекста. Эти выдержки начинаются в третьем и четвертом абзацах, на странице первой.

«Военные материалы жизненно необходимы для любого народа, и тот, кто занят в этой области, может гордиться этим. В данном случае предприятие полностью оправдывает свое существование. Это выразилось особенно ясно в период «междуцарствия» в 1919—1933 гг., когда Германия лежала поверженная и обезоруженная...»