Читать онлайн «Нюрнбергский процесс, сборник документов (Приложения)». Страница 252

14 марта 1933 г. подсудимый Фрик заявил:

«Когда рейхстаг соберется 21 марта, коммунисты не будут допущены к участию в заседании, так как они будут заняты «необходимым» трудом в другом месте. В концентрационных лагерях они будут перевоспитаны для производительного труда. Мы знаем, как воздействовать на те низшие существа, которые не желают поддаваться перевоспитанию».

В течение этого периода, воспользовавшись декретом, отменившим конституционные гарантии и свободы, большое количество коммунистов, включая партийных руководителей и депутатов рейхстага и в меньшей мере социал-демократических деятелей и депутатов, были подвергнуты превентивному заключению.

23 марта 1933 г. Гитлер заявил в рейхстаге: «Теперь ваше дело, господа, принять решение и тогда будет мир или война».

24 марта 1933 г. присутствовали только 535 депутатов из 747. Отсутствие некоторых из них было необъяснимо, т.к. они были в превентивном заключении в концентрационных лагерях.

Подвергнутый такому нацистскому нажиму и террору рейхстаг провел закон «О защите народа и государства» большинством в 441 голос против 94. Этот закон означал действительный захват заговорщиками политического контроля. В 1-й статье говорилось, что имперские законы могут издаваться имперским кабинетом; во 2-й — что законы нации, изданные имперским кабинетом, могут иметь отклонение от конституции. В 3-й статье говорилось, что эти законы издаются имперским кабинетом, подготавливаются канцлером и публикуются в имперских ведомостях. В 4-й говорилось, что при подписании международных договоров, которые могут затронуть вопросы национального законодательства, не требуется согласия тех партий, которые принимают участие в нормотворчестве. Имперский кабинет облечен властью издавать все необходимые законы для того, чтобы проводить в жизнь эти договоры. Получив, таким образом, абсолютную политическую власть, нацисты полностью освободились от ограничений Веймарской конституции.

Я предлагаю вашему вниманию документы, подтверждающие те факты, о которых я сейчас говорил. Я также представлю для облегчения работы суда и защиты доказательства, охватывающие эту часть обвинения...

Получив полный политический контроль, нацистские заговорщики начали укреплять эту власть.

Первым шагом гитлеровцев к укреплению власти были жестокое преследование политических противников, заключение их в концентрационные лагеря или убийство. Концентрационные лагеря появились впервые в 1933 году и были сначала использованы как средство для того, чтобы исключать политических противников нацистов из общественной жизни посредством так называемого «превентивного заключения». Система концентрационных лагерей росла и ширилась внутри Германии.

Письменные показания, данные под присягой Раймондом Гейстом — бывшим американским консулом и первым секретарем посольства США в Берлине с 1929 до 1938 года, гласят:

«...В 1933 году немедленно были созданы концентрационные лагеря, которые были отданы в ведение гестапо. В концентрационных лагерях держали только политических заключенных».

Первая волна террористических актов началась в марте 1933 года и приняла особенно интенсивную форму с 6 по 13 марта 1933 г., сопровождаясь необычным массовым насилием. Когда нацистская партия выиграла «выборы» в марте 1933 года, начался повсеместный разгул преследований коммунистов, евреев и других лиц. Толпы людей из СА появлялись на улицах, издеваясь, калеча и даже убивая людей. Немцы, которые попадали в руки гестапо, становились жертвами жестокости и террора, и их были сотни тысяч по всей Германии.

30 июня и 1—2 июля 1934 г. заговорщики начали ликвидацию оппозиции в своих собственных рядах путем массовых убийств. Говоря о чистке, подсудимый Фрик заявил в своем показании, данном под присягой от 19 ноября 1945 г. в присутствии своего защитника, о следующем (это документ ПС-2950, который еще не был представлен в качестве доказательства):

«Гиммлер в июне 1934 года сумел убедить Гитлера, что Рем хочет начать путч. Фюрер приказал Гиммлеру подавить путч, который должен был произойти в Тегернзее, где должны были собраться все лидеры СА. В Северной Германии фюрер приказал подавить путч Герингу».

Далее Фрик заявляет:

«По этому приказу множество людей были арестованы и около 100 и, возможно, больше даже казнены по обвинению в государственной измене. Они просто их убивали на месте. Много было убито, я не знаю сколько, но убивали даже тех, кто никакого отношения не имел к путчу. Это люди, которых просто не любили, например Шлейхер, бывший имперский канцлер. Его жена тоже была убита. Затем Грегор Штрассер, который был руководителем имперской организации и был вторым в партии после Гитлера. Но в то время Штрассер не принимал активного участия в политической жизни. Он отдалился от фюрера в ноябре или декабре 1932 года».

Фрик продолжает: «Эсэсовцы были использованы Гиммлером для проведения этого приказа для того, чтобы подавить путч».

В течение этого периода заговорщики при помощи серии декретов имперского кабинета совершили целый ряд новых политических преступлений. Каждое действие или заявление против нацистской партии считалось предательством и соответственно наказывалось.

Организации партии — СА, СС, так же как СД и гестапо, — были зловещими инструментами, употреблявшимися для истребления любой оппозиции, действительно существующей или потенциальной.

Подсудимый Геринг сказал 24 июля 1933 г. (я обращаюсь к документу ПС-2494, который будет представлен как доказательство):

«Кто бы в будущем ни поднял руку на представителя национал-социалистского движения или государства, тот должен знать, что он будет уничтожен в самый короткий срок. Более того, будет совершенно достаточно, если будет доказано, что он намеревался принять участие в таком акте и даже если этот акт будет иметь своим результатом не смерть, а только какое-нибудь увечье».

Подсудимый Франк заявил в журнале «Академия германского права» в 1936 году (документ ПС-2533) следующее:

«Мир порицает нас снова и снова за концентрационные лагеря. Нас спрашивают, почему вы арестовываете без ордера на арест? Я говорю: поставьте себя на место нашей нации. Не забывайте, что великий и до сих пор нетронутый мир большевизма не может забыть, что здесь, на германской земле, мы сделали для них полную победу в Европе невозможной».

Раймонд Гейст (на показания которого я уже ссылался, ПС-1759) говорит:

«Немецкий народ был хорошо знаком с тем, что творилось в концентрационных лагерях, было хорошо известно, что каждый, кто активно протестует против любого пункта нацистской программы, был обречен на страдания. И действительно, гитлеровский режим в течение первых нескольких месяцев хорошо стал известен каждой семье в Германии, они уже знали о жестокостях, которые творились в концентрационных лагерях, от своих друзей или родственников, которые отбывали наказание, и страх перед этими лагерями был активным средством, чтобы сломить оппозицию».

В 1934 году подсудимый Геринг сказал (я цитирую документ ПС-2344, который будет представлен в качестве доказательства):

«Против врагов государства мы должны действовать безжалостно, поэтому были созданы концлагеря, куда мы прежде всего заключали коммунистов и социал-демократов».

В добавление к безжалостному преследованию всех политических противников нацистские заговорщики еще более укрепляли свое положение, продолжая истреблять все другие политические партии.

21 марта 1933 г. подсудимый Фрик заявил, что коммунисты не будут допущены к участию в заседании рейхстага, что и было достигнуто тем, что их подвергли «превентивному» заключению в концлагерях.

26 мая 1933 г. имперский кабинет издал указ, подписанный Гитлером и Фриком, о конфискации собственности коммунистов.

22 июня 1933 г. социал-демократическая партия Пруссии была ликвидирована, а прежде она была уже ослаблена тем, что многие из ее членов были брошены в концлагеря. В соответствии с имперским указом от 7 июля 1933 г. социал-демократы были исключены из рейхстага и других местных правительственных учреждений. 14 июля 1933 г. указом имперского кабинета собственность социал-демократов была конфискована; нацистская партия была признана единственной политической партией в Германии, и с тех пор стало незаконным существование других политических партий. Таким образом, Гитлер имел все основания сказать меньше, чем через пять месяцев после того, как он стал канцлером (я цитирую): «Партия стала государством». Нацистские заговорщики немедленно оформили это утверждение законодательным актом: 1 декабря 1933 г. имперский кабинет издал закон «Об обеспечении единства партии и государства», подписанный Гитлером и Фриком. Первый его пункт гласил (§1), что нацистская партия...