Читать онлайн «Правда о Великой Отечественной войне (сборник статей)». Страница 50

Всего из 1150 тыс. военнослужащих, погибших и умерших в ходе гражданской войны, около 663 тыс. приходится на регулярную Красную Армию, а около 229 тыс. - на регулярные войска белой гвардии.

В приведенную выше цифру в 5,75 млн. человек безвозвратных потерь России-СССР в гражданской войне входят также потери советских войск и противостоявших им формирований, понесенные в 1921-1922 гг., когда боевые действия продолжались на Дальнем Востоке, в Забайкалье, Монголии, в Средней Азии, а также на территории Белоруссии, Украины и в ряде российских губерний (антоновское восстание на Тамбовщине и ряд других крестьянских восстаний). В этих боях потери Красной Армии убитыми составили, по неполным данным, 23,9 тыс. и 1,7 тыс. погибшими в результате несчастных случаев, самоубийств и расстрелянные по приговорам трибуналов, если такое же соотношение между боевыми и небоевыми безвозвратными потерями в Красной Армии и войсках белой гвардии существовало в 1918-1920 гг., то небоевые безвозвратные потери Красной Армии в гражданской войне можно оценить в 11 тыс. человек, а в белых армиях в 5 тыс. человек. Потери внутренних войск и ЧОНа, игравшие все более заметную роль в боевых действиях в этот период, мы оцениваем в половину потерь Красной Армии, т. е. в 12,3 тыс. погибших. Кроме того, было ранено 10,7 тыс. красноармейцев, что при 10% летальности дает около 1 тыс. умерших от ран. Заболело 113,2 тыс. человек, что при 6% летальности дает около 6,8 тыс. умерших от ран. Превышение числа убитых над числом раненых вызвано, вероятно, истреблением значительной части попавших в плен красноармейцев, а возможно, также и тем, что многие из пропавших без вести на самом деле дезертировали или перешли на сторону противника (пропавших без вести было 14,5 тыс. человек). Число умерших от ран и болезней во внутренних войсках и ЧОНе мы оцениваем в 3,9 тыс. человек.

В 1921-1922 гг. боевые действия вели также войска Дальневосточной республики, потерявшие убитыми около 0,8 тыс. человек, ранеными - 1,4 тыс. и погибшими в результате несчастных случаев, самоубийств и по другим небоевым причинам - 2,2 тыс. человек. Больных было 3,5 тыс. человек. Общие безвозвратные потери армии Дальневосточной республики, включая умерших от ран и болезней, мы оцениваем в 3,7 тыс., а с добавлением потерь в ходе ряда неучтенных операций, в частности, Приморской операции в октябре 1922 г., - в 5 тыс. человек.

Таким образом, общие потери советских войск в 1921-1922 гг. погибшими и умершими можно оценить в 54,5 тыс. Приняв такими же потери противостоявших им формирований, получим общие безвозвратные потери всех воюющих сторон в тот период примерно в 110 тыс. человек. Таким образом, потери мирного населения России-СССР в ходе боевых действий в 1918-1920 гг. можно оценить путем вычитания из 5,75 млн. общих безвозвратных потерь 1150 тыс. и 110 тыс. потерь вооруженных сил всех сторон в 4,5 млн. человек. Очень трудно сказать, какая именно часть из них пала жертвой красного, белого или "зеленого" террора, а кто стал жертвой голода и эпидемий. В свое время созданная А. Деникиным комиссия по расследованию деяний большевиков оценила число жертв красного террора в 1918-1919 гг. в 1,7 млн. человек. Нам эта цифра кажется значительно преувеличенной, даже если включить в нее жертвы 1920 г., часть военнослужащих белых армий и других антисоветских формирований, уничтоженных после сдачи в плен (так были, например, уничтожены тысячи военнослужащих врангелевской армии, оставшиеся в Крыму). Не вызывает только сомнения, что жертв красного террора было значительно больше, чем число уничтоженных мирных жителей военнослужащими и карательными органами других властей на территории бывшей Российской империи в ходе гражданской войны. Только советское правительство провозгласило террор средством государственной политики, тогда как у правительств Колчака, Деникина, Врангеля, Петлюры и др. террор был следствием эксцессов подчиненных командиров, на которые закрывало глаза или которые даже поощряло вышестоящее командование, а не результатом целенаправленной политики. Не практиковали они в широких масштабах и заложничества, столь распространенного при Советской власти. Наконец, размер территорий и численность вооруженных сил и карательных органов этих правительств были несопоставимы с численностью советских войск и мощью ЧК. И все же мы полагаем, что жертв террора было примерно вдвое меньше, чем жертв голода и эпидемий, причем здесь речь идет лишь об избыточной по сравнению с довоенным 1913 г. смертности от этих причин, а не обо всех погибших от голода и болезней. Ведь и до войны смертность в России была очень высока, достигая 3% населения в год, так что и в условиях мира от эпидемий и недоедания умирало немало жителей России. Избыточную смертность от голода и болезней, главным образом инфекционных, вроде тифа, мы оцениваем в 3 млн. человек, а число жертв террора - в 1,5 млн. человек, из которых примерно 1 млн. приходится на красный террор, и примерно 0,5 млн. - на террор всех других сил: белых, "зеленых", петлюровцев и др.

Общее число мобилизованных в Красную Армию с учетом ее максимальной численности и разных видов потерь можно оценить в годы гражданской войны в 6,4 млн. человек (без учета дезертиров), из которых погибшие составили 10,3%. Число мобилизованных в белые и иные антисоветские формирования установить не представляется возможным. Характерной особенностью гражданской войны 1918-1920 гг. стало то, что потери гражданского населения почти вчетверо превысили потери вооруженных сил. Косвенные потери за счет падения рождаемости в 1918-1920 гг. оцениваются нами в 6 млн. человек в границах 1926 г.

После гражданской войны и до Великой Отечественной Красная Армия участвовала в целом ряде военных конфликтов, о потерях в которых имеются официальные советские (и скорее всего заниженные) данные, которые мы и приведем далее.

В борьбе с басмаческим движением в Средней Азии с октября 1922 г. по июнь 1931 г. советские войска, по неполным данным, потеряли 516 убитых, 14 пропавших без вести и 44 пленных, а также 867 раненых и больных, что с учетом умерших от ран и болезней дает около 580 погибших. Достоверных данных о потерях басмачей не имеется.

В ходе советско-китайского конфликта 1929 г. потери составили 147 убитыми и пропавшими без вести и 665 ранеными. С учетом умерших от ран число погибших, возможно, превысило 200 человек. Потери китайских войск многократно превышали советские. Китайская армия, по сравнению с советскими войсками, была армией колониальной державы, противостоявшей армией с европейской организацией и уровнем вооружения.

В 1929 г. советские войска численностью около 1 тыс. человек предприняли интервенцию в Афганистан, чтобы помочь Аммануле-хану, против которого началось восстание. По свидетельству чекиста-перебежчика Г. С. Агабекова, потери Красной Армии составили около 120 убитых и раненых, потери же афганцев (как солдат, так и мирных жителей) превысили 8 тыс. человек.

В 1936-1939 гг. на стороне правительства Испанской республики сражалось около 3 тыс. советских добровольцев, из которых погибло 158 человек.

В 1937-1939 гг. на стороне Китая против Японии сражалось около 3,7 тыс. советских военных советников и специалистов, из которых погибло 195 человек.

В ходе советско-японского военного конфликта в районе озера Хасан в 1938 г. советские войска потеряли убитыми и пропавшими без вести 792 человека, ранеными - 2752 человека и больными - 527 человек. С учетом умерших от ран и болезней число погибших красноармейцев (при 6% летальности) достигло, вероятно, 1000 человек. Японские потери были меньше - около 900 раненых и около 500 убитых и умерших от ран и болезней, что было в два с лишним раза меньше советских потерь. В боях участвовало более 23 тыс. красноармейцев.

В ходе советско-японского конфликта у реки Халхин-Гол в Монголии в 1939 г. советские войска потеряли 6831 убитыми и 1143 пропавшими без вести. Раненых было 15251, а больных - 701. С учетом умерших от ран и болезней общее число погибших можно оценить в 9 тыс. Японские потери были значительно больше около 61 тыс. убитыми, ранеными и пленными, в том числе около 25 тыс. убитыми и умершими: от ран, что почти втрое больше советских потерь. Среднемесячная численность советских войск в ходе конфликта составила около 70 тыс. человек.

Советско-финляндская война 1939-1940 гг. была наиболее крупным конфликтом, в котором участвовала Красная Армия в период между гражданской и Великой Отечественной войнами. Потери в нем советских войск, выступавших в роли агрессора, согласно составленным в послевоенные годы книгам поименного учета безвозвратных потерь РККА, в советско-финляндской войне составили 131,5 тыс. погибших.[3] Сюда не вошли умершие от ран и болезней в тыловых госпиталях. Кроме того, ряд погибших в ходе войны так и не был учтен поименно, а документы ряда частей и соединений о потерях были утрачены. Финские источники оценивают потери Красной Армии примерно в 200 тыс. погибших. К этой оценке близка и оценка германской разведки 1942 г., основанная на советском агентурном источнике. Согласно этой оценке, потери РККА в войне с Финляндией оценивались в 430 тыс. погибших и инвалидов (на погибших здесь приходится, вероятно, несколько меньше половины). Мы оцениваем общее число погибших красноармейцев в "зимней войне" как среднее между данными советского поименного учета (скорее всего, неполного) и финской оценкой (скорее всего, завышенной), т. е. в 166 тыс. погибших. В плен попало около 6000 бойцов и командиров РККА, из которых примерно 5770 вернулись на родину, а около 200 человек предпочли остаться в Финляндии. Точных данных о числе раненых и больных военнослужащих нет. По неполным данным российских военных архивов общее число раненых и заболевших превышало 248 тыс. человек, но в свете даже минимальной оценки общего числа погибших такое число раненых и больных выглядит явно заниженным.