Читать онлайн «Муссолини». Страница 26

После большевистской революции Анжелика Балабанова осталась в России. Ленин назначил ее одной из помощниц Зиновьева, первого Генерального секретаря Коминтерна. Анжелика не любила Зиновьева. Ее шокировали его методы: он намеренно дискредитировал и стремился погубить тех коммунистов и социалистов, чьи взгляды расходились с его собственными, или тех, кто не нравился ему лично… Впоследствии она писала, что, за исключением Муссолини, ей не встречалось личности более отвратительной, чем Зиновьев. Особенно ее возмущало, как Зиновьев и Коминтерн раскололи Итальянскую социалистическую партию, разделив ее на пробольшевистскую часть, ставшую Итальянской коммунистической партией, и официальную Социалистическую партию Турати и Тревеса.

Муссолини в «Иль пополо д'Италия» призывал итальянский народ сопротивляться большевизму и его централизованной тирании. На митинге в Кремоне 5 сентября 1920 года он говорил, что фашисты — не противники социализма, за исключением тех случаев, когда он рядится в личину большевизма, превратившего Россию в огромную тюрьму. Спустя две недели он вновь писал в «Иль пополо д'Италия», что если в Италии Социалистическая партия придет к власти, итальянцами будут управлять из Московского Кремля и должны будут подчиняться указам его величества Ленина Первого.

Рост большевизма привел антибольшевистски настроенных политиков и журналистов к некоторой его переоценке. Трудно было представить большевиков германскими агентами, когда они продолжали действовать и после военного поражения Германии, а также содействовали развитиюреволюции в этой стране. Пропагандисты правых решили, что большевики, несомненно, агенты, но не германского высшего командования, а международного еврейства, и усилили нападки и обвинения в адрес «большевиков-евреев» во всех странах Европы и в Америке.

В Британии Уинстон Черчилль, военный министр, проанализировал роль евреев в международном коммунистическом движении в статье «Сионизм против большевизма», опубликованной в феврале 1920 года. На него произвели большое впечатление теории миссис Несты Вебстер, проследившей истоки Французской революции 1789 года от заговоров «Иллюминатов», группы, созданной в 1776 году немецким евреем Адамом Вейсхауптом. Черчилль считал, что евреев можно разделить по их мировоззрению на три категории. Есть «национальные» евреи, то есть патриоты и верные граждане той страны, в которой они живут. Есть евреи-сионисты, мечтающие создать свой дом для евреев в Палестине. Однако наряду с этими категориями достойных восхищения евреев есть третья, «абсолютно разрушительная». Это евреи «интернациональные», от Вейсхаупта в XVIII веке и Карла Маркса в XIX до интернационального еврея наших дней. Примерами являются Троцкий в России, Бела Кун в Венгрии, Роза Люксембург в Германии и Эмма Гольдман в Соединенных Штатах. Это «лидеры мирового заговора по уничтожению цивилизации». Так, Черчилль считал, что дворянин Чичерин был номинальным министром иностранных дел России, а в действительности контролировал международную политику большевиков его подчиненный, еврей Максим Литвинов.

Муссолини также интересовался связью между евреями и большевизмом, но у него был иной, чем у Черчилля, подход. 4 июня 1919 года, когда у власти в Венгрии все еще были коммунисты, он опубликовал в «Иль пополо д'Италия» статью о большевизме, в которой задавался вопросом о природе большевистской революции в России. Согласно Марксу, пролетарская революция, которая принесет социализм, станетпоследующей исторической ступенью после буржуазной революции, которая установит капитализм. А буржуазная революция в России еще не произошла. Поэтому он отвергал данное утверждение коммунистов.

Но если большевистская революция не является пролетарской социалистической, то какова же она? Муссолини считал, что было бы неверно называть ее германо-еврейской революцией, возглавляемой еврейскими агентами Германии. Это революция, инициированная международным еврейством как акт «еврейского мщения христианству». Восемьдесят процентов русских коммунистических лидеров являются евреями, в Будапеште семнадцать из двадцати двух руководителей коммунистической Венгрии были евреями. Большевизм финансировался банкирскими домами Ротшильда, Варбурга, Шисса и Гугенхейма, людьми той же крови, что и правители Петрограда и Будапешта. «Раса не предает расу… Международная плутократия защищает большевизм». Это еврейские финансы, а не русский, французский и итальянский пролетариат поддерживают большевизм. Существует опасность, что дворяне могут ответить на эту еврейскую революцию «погромом катастрофического масштаба».

Муссолини недолго придерживался этой антисемитской линии. Несколько богатых промышленников-евреев стали финансировать фашистскую партию, и они — а может быть, Маргерита Сарфатти — посоветовали Муссолини изменить свои взгляды на антисемитизм. Возможно также, он осознал, что антисемитизм вряд ли найдет существенную поддержку в его стране. Италия относилась к тем немногим европейским странам, где антисемитизма почти не было. В 1911 году среди 34 600 000 населения Италии евреев было 32 825 человек. Это были большей частью сефарды, то есть потомки евреев, бежавших в конце XV века из испанского королевства Неаполь, где испанская инквизиция преследовала их гораздо свирепее, чем в Риме и других итальянских государствах.

Итальянские евреи подвергались грабительским налогам и в XIX столетии, но это было религиозное, а не расовоепреследование. В реальной жизни, как и в шекспировском «Венецианском купце», итальянцы, плевавшие на еврейские одежды Шейлока, тепло приветствовали его дочь Джессику, когда та отреклась от иудаизма и приняла католическое христианство. С религиозным антисемитизмом покончило либеральное Рисорджименто, которое смело все антисемитские законы. После 1860 года лишь небольшое число иезуитов и экстремистов оставались антисемитами, так как религиозные преследования евреев связывались с противниками Рисорджименто, то есть объединения Италии, и тех принципов, на которых было основано новое королевство Италия.

Присоединение в 1918 году Триеста добавило к числу итальянских евреев еще 6000 евреев-ашкенази. Эти евреи Триеста по законам Австрийской империи были такими же процветающими и ассимилированными, как и итальянские евреи-сефарды. И после перехода под власть Италии их положение не изменилось. На Италию не оказал влияния приток малообразованных евреев-ашкенази из стран Восточной Европы в конце XIX — начале XX века. А в Германии, Австрии, Франции и, в меньшей степени, в Британии он привел к вспышке антисемитизма.

19 октября 1920 года Муссолини написал статью в «Иль пополо д'Италия», в которой четко и ясно опровергал идею о том, что большевизм — это еврейский феномен. Его статья была вызвана принятием в Венгрии закона, лишавшего евреев права участия в парламентских выборах, обучения в высшей школе и занятия свободными профессиями. Муссолини писал, что такой закон объясняется тем, что руководителем коммунистического правительства Венгрии за год до этого был еврей Бела Кун, как и пятеро из шести руководящих комиссаров. Однако подобный антисемитизм несправедлив, так как еврейские банкиры не финансируют и не поддерживают большевизм. Напротив, для евреев России большевизм имел ужасающие последствия.

Муссолини иногда писал в «Иль пополо д'Италия» заметки и статьи о событиях в других странах. Он восхвалял движение Шин фейн в Ирландии и борьбу за ирландскую независимость. Когда лорд-мэр Корка, Теренс Максуини, объявил в английской тюрьме голодовку в знак протеста против британской политики подавления Ирландии, Муссолини присоединил свой голос к требованиям его освобождения из тюрьмы. Он писал, что итальянцы мало знают о движении за независимость Ирландии, но речь идет о справедливости в отношении ирландского народа. «Максуини находится на пороге смерти. Да здравствует Ирландская Республика!» Британское правительство отказалось от уступок, и лорд-мэр Корка продолжал голодовку, пока не умер.

Муссолини писал также о событиях в Германии, где группы правых, состоявшие в основном из бывших фронтовиков, боролись плечом к плечу с полицией и регулярной армией против коммунистов, попытавшихся взять в свои руки власть в Берлине, Мюнхене и других немецких городах. Эти организации бывших фронтовиков, обычно антисемитские, захватывая в плен коммунистов и социалистов, часто их убивали. Так, они убили Карла Либкнехта, Розу Люксембург, Лео Йогишеса и Ойгена Левина, а также социал-демократа, министра финансов Маттиаса Эрцбергера. Их настроения и поступки не слишком отличались от настроения и действий ардити и муссолиниевских фашистских сквадристов в Италии. Однако Муссолини не испытывал симпатии к немецким антибольшевистским убийцам. Он сурово осудил их на страницах своей газеты как германских варваров, типичных для жестокой нации, пытавшейся во время войны подчинить себе Европу; нации, которой никогда нельзя позволять вновь подняться и второй раз стать угрозой Италии и другим державам.