Читать онлайн «Забытая история Московии. От основания Москвы до Раскола». Страница 94

От своего воцарения и почти до конца XVII века Московия Романовых воевала с Польшей за Белую Русь = Литву; не исключено, что в историографии часть этой войны отнесена к XVI веку, как война Иоанна Грозного с «Литвой». В борьбе с Польшей-Литвой во второй половине XVII века активно использовался мотив борьбы за православие против униатов. И Москва, и Варшава безуспешно пытались либо единолично покорить Белую Русь («Древнюю Русь»), либо разделить ее между собой. В результате этой войны за бывшие ордынские (= византийские) области, к 1676 году тульские и рязанско-воронежские земли остались за православной Москвой, а земли к западу от Воронежа (Слободская Окраина = Великороссия) – за православной же Белой Русью. Естественно, что при этом мотив борьбы «православных» с «униатами» выдохся.

Поясним ситуацию с принадлежностью ордынских земель, в их связи с династическим вопросом.

С какого-то момента – дату назвать невозможно – властные слои всей Евразии признавали старшинство византийского владыки. Это не было империей в сегодняшнем понимании слова; ни «византийским», ни «императором» никто человека, держащего власть в Царьграде, не называл. Можно сказать так: существовала структура владык, территориально зачастую весьма отдаленных друг от друга и связанных в основном матримониальными отношениями, то есть узами родства и свойства. Старший («византийский император») выполнял не более, как судебные функции, то есть рассуживал династические споры, не вмешиваясь в территориальные.

Но одновременно, и значительно быстрее, эволюционировала религиозная структура, причем не столько как система верований, сколько как церковная организация. Глава церкви осуществлял помазание на власть нового светского владыки, после смерти предыдущего; так (но не только так) церковная структура влияла на властную. Одновременно же развивались и другие, среди которых надо прежде всего назвать торговую и армейскую структуры. Первая обеспечивала перераспределение денег и вообще материальных ресурсов, вторая давала силовую поддержку всем: власти, церкви и торговле. Эти четыре основные структуры имели общий ресурс, а именно людей и деньги, но различные интересы в отношении друг друга. Разумеется, такая система в принципе не может быть равновесной.

Согласно традиционной истории, в 1054 году единая христианская церковь распалась на две: восточную, с прежним центром в Царьграде, и западную. Но согласно той же истории, к этому времени существовал уже и третий религиозный центр, агарянский, будущий Ислам. Естественно, появились и три светских центра власти, которые между тем состояли из тех же, связанных родственными узами, людей. Это были императоры Римской (Ромейской, Византийской) империи на Востоке, Священной Римской империи в Западной Европе и халиф Багдадский. Отсветы этих событий Средних веков (включая церковные расколы) тянутся в прошлое от «Оттона I» и «Карла Великого», деливших мир с Византией, и до мифического «Древнего Рима», делившего тот же самый мир с еще более древней «Древней Грецией».

В 1096 году начались войны, названные впоследствии «Крестовыми». На протяжении всего XII века войска, посланные европейскими монархами по приглашению византийского императора, отвоевывали для него земли, отпавшие под власть агарян (ранних мусульман). Очевидно, что он оставался для европейской знати высшим авторитетом. Но сто лет – срок большой. Происходило активное перемешивание интересов различных общественных структур; военное усиление самой Европы; рождение наследников и замена властвующих лиц. Наконец, в Европе созрела идея, что «Рим» теперь не на Босфоре, а у них. В 1204 году крестоносцы штурмом взяли Царьград, а высшее властное лицо планеты, император, бежал в Никею и, насколько теперь можно судить, призвал к своей поддержке представителей «третьей силы», а именно агарянских владык Востока.

И уже вскоре появилась подозрительно веротерпимая «Орда». Дальше традиционная история рассказывает о чем угодно: о безродном конокраде Чингисе (кстати, почему-то многие великие родоначальники начинали с конюхов-конюших: пророк Мухаммед, польский Пяст, Годунов, Романов-Кобыла и пр.), которого самые знатные непонятно почему признают владыкой мира; о могущественном Тимуре, которого по непонятной причине европейцы зовут не больше, чем князем (беком); об Александре Невском, коий, побив шведского «ярла Биргера», спешит с покаяниями к хану скотоводов… Одного только нет в истории: какие действия предпринимали во всю эту эпоху византийские императоры, чтобы подтвердить свое место и свою честь.

В первой половине ХХ века Н. А. Морозов высказал идею, что Ордой на Руси называли крестоносный орден. В последней четверти того же века А. Т. Фоменко и Г. В. Носовский изложили версию, что Ордой изначально была сама Русь. И лишь в 2001 году вышла книга «Другая история искусства» А. М. Жабинского, в которой показано, что это византийский император, собирая силы для отпора крестоносцам, создал Орду и сам возглавил ее. Орда – это союз земель, оставшихся верными императорам Византии или включенных в этот союз насильно. Нет сомнений, что императоры имели родичей среди мусульманских правителей этих земель. Также понятно, что им требовались средства для ведения войны, почему и были обложены налогом территории, входящие в Орду.

В августе 1261 года император вернул себе Царьград, но многие его владения, в том числе Греция и Балканы, оставались за латинянами Европы. И Орда продолжала свое существование до захвата власти в Царьграде турками в 1453 году, и даже позже, пока турки не выгнали латинян с этих земель! И все эти столетия Русь входила в ее состав.

В 1472 году Великий князь Московский Иоанн III взял в жены Софью, племянницу последнего византийского императора Константина Х Палеолога. Вскоре монах Филофей обосновал тезис о Москве, как Третьем Риме. Внук Иоанна и Софьи, Иоанн IV, человек в вопросах родословий и места очень щепетильный, заявлял, что род свой ведет от римского императора Августа. Сторонники традиционной истории могут хихикать над его заявлением, сколько угодно, но это как раз может быть правдой. Во-первых, в роду рюриковичей были прямые родственники императоров Византии (Ромеи, Рима), например, Владимир II Всеволодович Мономах (1053–1125), внук Константина IX Мономаха. Во-вторых, и без этого, если от Константина Х не оставалось прямых потомков, то внук его племянницы Иоанн IV – по праву наследник византийских (римских) императоров и повелитель Орды. Судя по результатам, он сумел убедить в этом многих князей земных.

Романовым было труднее обосновать свой род, как продолжающий династию Иоанна IV, со всеми исходящими из этого последствиями, вроде права владения землями Орды. Но все же родная тетка Филарета (и бабка Михаила) Анастасия Романовна была женою Грозного, матерью царя Федора Иоанновича. Хотя прямых родственников не осталось, Филарет был двоюродным братом последнего царя-Рюриковича. Кого и как он убеждал в своей правоте, сказать трудно, – европейских монархов он так и не убедил, – но на титульном листе сохранившейся книги «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей» (1647) приведен полный титул его внука, Алексея Михайловича. Между словами «Царь Сибирский» и «Государь Псковский» стоит: «… и великий обладатель злоче… (окончание слова трудно разобрать) поганских властей Золотые Орды». Мы видим здесь подтверждение перехода к Москве власти над прежними ордынскими территориями, подтверждение за Москвой прав Орды = Византии.

Полностью же присоединить к России принадлежащие ей, как наследнице Орды, земли удалось только во второй половине XVIII века, причем даже и не Романовой по происхождению, а бывшей ангальт-цербстской принцессе «Фике», императрице Екатерине II.

Слово царь происходит от латинского caesar; этим словом титуловались римские (византийские) императоры. На Руси царями было принято величать и ордынских (татарских, как обычно говорят) ханов, и турецких султанов. Завоевание Москвой в 1550-х Астраханского и Казанского царств стало одним из аргументов, которые приводили наши дипломаты за границей в обоснование нового титула Иоанна Грозного, венчанного на царство в 1547 году. Однако утвержден он был царем только в 1561 году грамотой цареградского патриарха.

Определение же «самодержец» в формуле «царь и самодержец» первоначально означало независимость от назначения более высокой («ордынской») властью и то, что государь никому не платит дани, а отнюдь не безграничную личную и тем более не абсолютную власть. А термин «самодержавие» в более позднем значении – изобретение Филарета Романова, он введен в 1625 году.