Читать онлайн «Россия и ее колонии. Как Грузия, Украина, Молдавия, Прибалтика и Средняя Азия вошли в состав России». Страница 49

Подлинник подписан собственною Е. И. В. рукою так:

В Санкт-Петербурге сентября 30 дня 1783 г.

ЦГВИА, ф. 52. Г. А. Потемкин-Таврический, оп. 2, № 28, лл. 27 (копия).

30 сентября 1783 г.

Божиею милостию Мы, Екатерина II, Императрица и Самодержица Всероссийская и проч., Нашему генералу, Военной коллегии вице-президенту, Астраханскому, Екатеринославскому и Саратовскому генералу-губернатору князю Потемкину.

С возвращением полковника Томары доставляем Мы вам императорскую Нашу ратификацию на трактат, постановленный с Карталинским и Кахетинским Царем Ираклием о признании верховной власти и покровительства Нашего и преемников престола Нашего императорского над Царями Карталинскими и Кахетинскими и над всеми их владениями. Отправляя оную к генералу-порутчику Потемкину для размены, вы отошлите к нему и пожалованные от Нас, как полномочным при заключении сего договора бывшим, так и министрам Царя Ираклия, по делу сему трудившимся, деньги и вещи в приложенной при сем росписи означенные,[85] предоставляя вам или же по усмотрению вашему генералу-порутчику Потемкину, ежели кому надобно еще сделать какую-либо дачу, употребить на то из вещей у вас и у него имеющихся.

В какой силе ответствовали Мы Царю Ираклию на его письмо, от вас с полковником Томарою присланное, вы усмотрите из списка грамоты Нашей к нему при сем же и в оригинале сообщаемой. В новое доказательство Нашего к Нему, дому и народу его благоволения соизволяем Мы, чтоб сын Его ныне уже в монашеском звании находящийся, для посвященья его в сан епископский[86] в престольный наш город Москву прислан был, которому жалуемые от Нас при сем случае крест и панагию мы к вам посылаем вместе с крестом, пожалованным от нас их католикосу, или первенствующему архиепископу, для употребления на обыкновенном его клобуке.

Вящим же опытом императорского Нашего к Царю Карталинскому благоволения имеют служить первое, жалуемая от Нас ему сверх прочих знаков инвеституры в трактат положенных царская корона, теперь же отправляемая, о чем и особый дополнительный артикул при сем прилагается.[87] Второе, приписание титула высочества даже в собственной Нашей грамоте к нему употребленное и, наконец, третье, позволение Царям Карталинским бить монету с их изображением и на обороте гербом царств Картал инскаго и Кахетинскаго, над коим только изображен будет орел двуглавый в знак покровительства и верховной власти Всероссийских Императоров над сими владетелями и Их подданными. О всем сем поручая вам известить помянутого Царя, пребываем вам императорскою Нашею милостию всегда благосклонны.

Дан в Санкт-Петербурге, сентября 30-го дня 1783 г.

ЦГВИА, ф. 52. Г. А. Потемкин-Таврический, оп. 2, № 28, л. 25–25 а.

13 октября 1783 г.

Всемилостивейшая Государыня!

Имею счастие поднести у сего Вашему И. В. описание торжества,[88] с которым народ грузинской восприял объявление высочайшего над ними Вашего И. В. покровительства. Полковник Бурнашов, в Грузии находящийся, уведомляет меня, что возвращение послов грузинских из крепости Георгиевской по заключении там с генерал-порутчиком и кавалером Потемкиным трактата принесло несказанную радость и удовольствие Царю Ираклию, что знатные земли сей ласкают себя при сем случае видами частными; народ же благословляет десницу Вашего И. В., утверждающую общее их спокойство и благоденствие.

Царь Соломон, пол уча уведомление от генерал-порутчика и кавалера Потемкина о вступлении Царя Ираклия под высочайшую Вашего И. В. протекцию, возобновляет просьбу о равномерном принятии и его под верховную власть Вашего И. В. Из подносимого при сем перевода с письма его к помянутому генерал-порутчику[89] Ваше И. В. усмотреть изволите, сколь усердно желает он сего счастия. Я предписал генерал-порутчику Потемкину, продолжая с ним переписку, стараться содержать его в непременном к России расположении, дабы при первой удобности оным воспользоваться.

Царь Соломон прислал и ко мне письмо, но оное состоит только в просьбе его об исходатайствовании находящемуся при нем лекарю Николаю фон Виттенборгу[90] чина надворного советника. Я приемлю смелость о сем прошении царском всеподданнейше доложить Вашему И. В.

Вашего И. В. верновсеподданнейший раб князь Потемкин. Октября 13-го дня 1783 года. Чернигов.

ЦГВИА, ф. 52. Г. А. Потемкин-Таврический, оп. 2,№ 29, л. 33–33 об. (подлинник).

Опубл.: Вопросы истории. — 1983. — № 7. — С. 118.

23 июня 1784 г.

Всемилостивейшая Государыня!

Получаемые мною известия из-за Кавказа подтверждают то сильное уважение, которым все тамо живущие народы преисполнены к высочайшему Вашего И. В. имени.

Многие владельцы персидские и главнейший между ими Али-Мурад хан Испаганский[91] продолжают оказывать усерднейшее свое желание удостоиться высочайшего Вашего И. В. благоволения и ожидают с некоторою взаимною ревностию, что благоугодно будет Вашему И. В. высочайше повелеть на письма их и представления, чрез чиновников своих ими чинимые.

Имеретинцы, последуя достохвальному наставлению умирающего Государя своего,[92] стараются изъявить при всех случаях усердие и ревность к высочайшему Вашего И. В. престолу. Бывший при покойном Соломоне штаб-лекарь Виттенберг ими удержан для советов. Католикос Имеретинский Максим,[93] по причине бывших в Имеретии раздоров удалившийся в Грузию, возвращается во отечество с усердным намерением успокоить народ и утвердить в непоколебимой верности и преданности к Вашему И. В. Между тем турки по смерти Соломоновой прислали вскоре в Кутаис одного агу, склоняя имеретинцев поддаться Порте. Не известно еще об учиненном ему ответе. Но как приказано от меня полковнику Бурнашову переехать из Тифлиса в Кутаис и способами благопристойными сохранить ненарушимую к Вашему И. В. преданность, то и не могут турки много там предуспеть.

Армения при умножающемся ныне притеснении ея простирает руки свои к освященному Вашего И. В. престолу, прося избавления от ига агарянскаго, под коим она стенает.

Полковник Бурнашов доносит о явшемся[94] у него в Тифлисе одном ассирианине, сыне бывшего начальника потомков сей нации, рассеянных в землях владения хана Урумийскаго.[95]

Число деревень их тамо простирается до ста. А сверх того внутри границ турецких считается их семей до двадцати тысяч, которые все, будучи исповедания несторианскаго и имея собственного епископа, ищут избавления от ига настоящего в сильной деснице Вашего И. В. Я требую достовернейшего об оных сведения.

Отправленные в Россию два Царевича Грузинские, дети Ираклиевы,[96] прибыли в лагерь генерала-порутчика и кавалера Потемкина и с ними князь Джадзевадзев, аккредитованный к высочайшему Вашего И. В. двору министром от Царя Карталинского и Кахетинского, теперь они предприяли уже дальнейший путь внутрь России.

ЦГВИА, ф. 52. Г. А. Потемкин-Таврический, оп. 2, № 29, лл. 56–57 об. (подлинник).

12 сентября 1801 г.

Божиею милостию Мы, Александр Первый, Император и Самодержец Всероссийский и проч., и проч., и проч.

Объявляем всем обывателям царства Грузинского, кому о том ведать надлежит.

Покровительство и верховная власть Российской империи над царством Грузинским всегда налагали на Монархов Российских и долг защиты. В 1796-м году против сильного впадения к вам Аги-Мегемет-хана в Бозе почивающая Великая Государыня императрица Екатерина Алексеевна послала часть войск Своих. Столь успешное тогда не токмо спасение царства Грузинского, но и счастливое покорение всех областей и народов от берегов Каспийского моря до рек Куры и Аракса ограждали вас от всяких опасностей; оставалось токмо внутренним благоучреждением благоденствие ваше утвердить навеки. Но внезапное и скоропостижное отступление войск российских из Персии, Армении и из пределов ваших испровергли справедливое ожидание ваше — все потом претерпенные вами бедствия, нашествие неверных и иноплеменных народов, разорение городов и селений, порабощение и увлечение в плен отцов, матерей, жен и детей ваших, — наконец, раздор царской фамилии и разделение народа между разными искателями царского достоинства влекли вас в междоусобные брани. Окружающие вас хищные народы готовы были напасть на царство ваше и ненаказанно растерзать его остатки. Соединением всех сих зол не токмо народ, но даже и имя народа грузинского, храбростью прежде столь славнаго во всей Азии, потреби л ось бы от лица земли. Стоя в бездне сей, неоднократно призывали вы покровительство российское. Вступление войск наших и поражение Омар-хана Аварского приостановили гибель вашу, устрашив всех хищников, наполняющих горы Кавказские, и тех, кои раздирают область Персии и Великой Армении; затихли крамолы посреде вас, и все вы единодушно и торжественно воззвали власть российскую управлять вами непосредственно. Мы, вступя на всероссийский престол, обрели царство Грузинское, присоединенное к России, о чем и манифест в 18-й день января 1801-го года[97] издан уже был во всенародное известие. Вникая в положение ваше и видя, что посредство и присутствие войск российских в Грузии и доныне одно удерживает пролитие крови нам единоверных и конечную гибель, уготованную вам от хищных и неверных сопредельных вам народов, желали Мы испытать еще, нет ли возможности восстановить первое правление под покровительством Нашим и сохранить вас в спокойствии и в безопасности. Но ближайшие по сему исследовании наконец убедили Нас, что разные части народа грузинского, равно драгоценные Нам по человечеству, праведно страшатся гонения и мести того, кто из искателей достоинства царского мог бы достигнуть его власти. Поелику против всех их большая часть в народе столь явно себя обнаружила, одно сомнение и страх сих последствий, возродив безпокойство, неминуемо были бы источником междоусобий и кровопролития; сверх того, бывшее правление даже и в царство Царя Ираклия, который духом и достоинством своим соединил все под власть свою, не могло утвердить ни внешней, ни внутренней безопасности. Напротив, столь кратно вовлекало вас в бездну зол, на краю коей и ныне вы стоите и в которую по всем соображениям должны вы будете низвергнуться, если мощная рука справедливой власти от падения сего вас не удержит. Сила обстоятельств сих, общее по сему чувство ваше и глас грузинскаго народа преклонили Нас не оставить и не предать на жертву бедствия язык единоверный, вручивший жребий свой великодушной защите России. Возбужденная надежда ваша сей раз обманута не будет. Не для приращения сил, не для корысти, не для распространения пределов и так уже обширнейшей в свете империи приемлем Мы на себя бремя управления царства Грузинского. Единое достоинство, единая честь и человечество налагают на Нас священный долг, вняв молению страждущих, в отвращение их скорбей учредить в Грузии правление, которое могло бы утвердить правосудие, личную и имущественную безопасность и дать каждому защиту закона. А посему, избрав нашего генерал-лейтенанта Кнорринга быть главноуправляющим посред и вас, дали Мы ему полные наставления[98] открыть сие правление особенным от имени Нашего объявлением и привесть в силу и действие предначертанное от Нас постановление, к исполнению коего приобщал избранных из вас по достоинствам и по общей доверенности, уповаем, что вы, вверясь правлению сему, несомненно, под сению оного начально спокойствие и безопасность обрящете, а потом и благоденствие и изобилие.