Читать онлайн «А что, если бы». Страница 90

Будучи предупрежденным о целях и сроках грандиозной операции Ямамото, Нимиц все же разделил свои силы на два оперативных соединения. Оба соединения группировались вокруг авианосцев. «Энтерпрайз» и «Хорнет» относились к Оперативному соединению 16, возглавлявшимся контр-адмиралом Рэймондом Спрюэнсом. Собранное вокруг «Йорктауна» Оперативное соединение 17 оказалось под началом контр-адмирала Фрэнка Д. Флетчера, заменившего вице-адмирала Уильяма  в самый критический момент заболевшего и отправленного на берег. Им предстояло встретить авианосцы Мобильного флота вице-адмирала Нагумо Тюити, когда те приблизятся к острову Мидуэй, дабы произвести бомбежку оборонительных сооружений перед началом вторжения.

Великая война на Тихом океане, 1941 — 1946 гг.

Вторжение на Гавайи, декабрь 1942 г.

Ирония ситуации заключается в том, что оба командующих были уверены в своей способности захватить противника врасплох. Нимиц усилил гарнизон базы, перебросив туда все самолеты, которые могли разместиться на аэродроме острова, — даже устаревшие, слишком тяжелые или не прошедшие испытаний. Затем он приказал своим авианосцам занять фланкирующую позицию — так называемый «Пункт Удачи». В ретроспективе понятно, что Нагумо в своей оценке обстановки допустил больше ошибок, чем его противник. Об этом свидетельствуют детали оперативного плана, составленного японским адмиралом непосредственно перед нанесением первого удара.

1.  По всей вероятности, неприятельский флот вступит в бой лишь после начала операции по высадке сухопутных сил на остров Мидуэй.

2.  Неприятель будет осуществлять воздушное патрулирование: более интенсивное к югу и западу от объекта, менее интенсивное к северу и северо-западу.

3.  Воздушное патрулирование будет осуществляться неприятелем в радиусе приблизительно 500 миль.

4.  Противник не осведомлен о нашем плане и не обнаружил наше оперативное соединение.

5.  Никаких признаков приближения неприятельского оперативного соединения к зоне нашей активности не обнаружено.

6.  Таким образом, для нашего флота представляется возможным атаковать Мидуэй, уничтожить вражеские самолеты на земле и осуществить поддержку десантной операции. После этого мы сможем развернуться, встретить приближающееся оперативное соединение противника и разгромить его.

7.  Возможности нашей зенитной артиллерии и истребительной авиации безусловно позволяют пресечь любую попытку противника произвести контратаку силами самолетов наземного базирования.

Трудно было бы ошибиться сильнее, и эти заблуждения во многом обусловили неспособность Нагумо к адекватным действиям в условиях, которые оказались совсем иными.

В реальности первыми еще 3 июня были обнаружены силы вторжения, приближавшиеся с юго-запада. Базировавшиеся на острове самолеты подвергли японцев бомбовой атаке, не нанесшей особого ущерба. На рассвете следующего дня японцы произвели бомбардировку острова, повлекшую значительные разрушения, но не достигшую главной цели — уничтожения американских самолетов на земле. Кроме того, японцев встретили столь плотным зенитным огнем, что командующий авиацией предложил нанести по атоллу второй удар. Нагумо, не догадывавшийся о том, что совсем неподалеку скрываются американские авианосцы, и считавший необходимым довести до конца дело, начатое при Перл-Харборе, дал разрешение перевооружить для второго удара по Мидуэю те самолеты, которые он держал в резерве на случай появления американских кораблей. Но как раз в тот момент, когда японцы снимали со своих самолетов торпеды и противокорабельные бомбы, заменяя их оружием, пригодным для поражения наземных целей, их разведка совершенно неожиданно обнаружила корабли адмирала Спрюэнса. И Нагумсг приказал заново переоснастить самолеты для морского боя.

А вот Спрюэнс приказал начать воздушную атаку с предельно дальнего расстояния — как только установил местоположение противника. Правда, американский удар был скоординирован не лучшим образом. Самолеты-торпедоносцы, медлительные и уязвимые, первыми вступили в соприкосновение с неприятелем и погибли почти все — но зато отвлекли на себя внимание большей части японских истребителей, позволив пикирующим бомбардировщикам обрушиться на корабли Нагумо. Прямые попадания бомб буквально уничтожили японское соединение. Авианосцы «Акаги», «Kara» и «Сорю» оказались выведенными из строя, их палубная авиация погибла, не успев взлететь. Взрывы топливных цистерн вызвали столь страшные пожары, что мало кому из команд удалось спастись[284].

Однако «Хирю», четвертый авианосец Нагумо, не только уцелел, но и оказался способным огрызнуться: поднятые с него самолеты нанесли по «Йорктауну», флагманскому кораблю контр-адмирала Флетчера, такой удар, что командующему пришлось перейти на другой корабль. Флетчер передал верховное руководство Спрюэнсу, и тот снова послал в атаку свои пикировщики, уже успевшие принять новый бомбовый груз. После полудня они настигли «Хирю» и обратили его в бегство, причинив кораблю серьезные разрушения[285]. Грандиозный замысел Ямамото провалился — причем Спрюэнс, скомандовав отступление и не приняв ночного боя, который пытался навязать ему все еще мощный японский надводный флот, лишил противника последней возможности отомстить. На этом битва закончилась — хотя на следующий день американский самолет потопил поврежденный в столкновении японский крейсер, а чуть позже, 7 июня, японская субмарина I-168 пустила на дно направлявшийся домой «Йорктаун». С крушением плана Ямамото инициатива в войне полностью перешла к американцам.

 * * *

Альтернативные возможности хода и исхода этого сражения давно занимали внимание всех, кто изучал историю войны на Тихом океане. Достойные сожаления технические ошибки, маленькие, но опасные нестыковки в координации действий, запоздалые или поспешные командные решения — все это, в свете известных и неизвестных непосредственным участникам сражения событий, создает множество вероятностных возможностей. Список наиболее известных из этих возможностей, приведенный Уолтером Лордом в книге «Невероятная победа» (1967 год), содержит, к примеру, следующие допущения:

— если бы только гидросамолет № 4 с тяжелого крейсера «Тоне» взлетел в назначенное время, «японцы обнаружили бы флот США до того, как приступили к перевооружению своих самолетов для второй атаки на Мидуэй;

—  если бы только американские пикирующие бомбардировщики начали атаку пятью минутами позже (те самые знаменитые «пять минут»), японцы успели бы организовать оборону;

—   если бы только японцы атаковали американские авианосцы сразу после появления тех на виду и не стали ждать, когда все самолеты будут готовы...

К этому списку мы готовы добавить: что, если бы командир атакующей группы пикировщиков Уэйд Макклуски не решил пренебречь соблюдением безопасной дистанции ради обнаружения японских авианосцев, а контр-адмирал Фрэнк Д. Флетчер, сойдя со своего тонущего корабля, не передал оперативное командование контр-адмиралу Рэю Спрюэнсу, который довел атаку до конца? Эти и многие другие отважные решения и смелые поступки, а также многочисленные просчеты следует признать важными составляющими в обеспечении исторической победы американского флота. Однако ниже я хочу заострить внимание на событиях, предшествовавших самому сражению — и, возможно, не в меньшей степени определивших его исход. Следует признать, что даже незначительные изменения могли заставить все обернуться совсем по-иному.

Мало кому придет в голову усомниться в важности победы у Мидуэй для обеспечения окончательной победы США над Японией[286]. По словам адмирала Честера У Нимица, главнокомандующего на Тихоокеанском театре, человека, который привел американский флот к победе над японским, «Мидуэй стал решающей битвой Тихоокеанской войны, сражением, после которого стало возможно все». Остальное, как говорится, уже история.

Но что, если бы в середине мая 1942 года японский радист, записав текст перехваченной американской радиограммы, повернулся бы к своему командиру, и сказал:

— С чего это они передают такие сообщения открытым текстом? Неужели не боятся, что о нехватке пресной воды на острове станет известно нам?

И что, если бы молодой японский офицер-связист, имея хотя бы толику подозрения, передал свои сомнения по команде? А более квалифицированные криптологи из Токио не отмели с ходу саму мысль о возможности расшифровки кодов Императорского флота? Могли ведь они предположить, что американцы пытаются их перехитрить? Ход их рассуждений мог быть примерно таким: «Если американцы сумели прочесть часть наших сообщений и пытаются уточнить, что станет целью нашей операции, то не является ли это маленькое послание великолепной уловкой, направленной на то, чтобы выманить у нас кодовое обозначение для Мидуэй?» И в этом случае воспринятое тогда в Токио как рутинное (а ныне занимающее почетное место в истории криптографии, дезинформации и разведки) сообщение о нехватке пресной воды на «объекте AF» могло стать первым шагом в ответной игре японской разведки, призванной навязать американцам сражение на благоприятных для Японии условиях.