Читать онлайн «Голубая звезда против красной. Как сионисты стали могильщиками коммунизма». Страница 99

С учетом опыта 1968 г. в Польше и Чехословакии Запад начал скрупулезную подготовку к новым акциям по «разложению социализма изнутри». Объектом номер один в их планах на этот раз стала Польша, хотя происходившие там события нельзя рассматривать в отрыве от общего контекста глобального сценария войны против коммунизма[169]. На Западе учли и ряд просчетов руководства Польской объединенной рабочей партии (ПОРП). По мере растущей экономической зависимости ПНР от Запада, на идеологическую работу с населением и, особенно с молодежью, все меньше обращали внимания. Страну наводнили эмигранты, долгие годы жившие за границей среди тех, кто люто ненавидел коммунизм. После избрания краковского кардинала Войтылы Папой Римским, что было сделано явно не без подсказки США, влияние Ватикана и католической церкви в стране становилось куда сильнее влияния СССР и ПОРП.

В конце 1978 г. мне довелось побывать в Польше в короткой командировке. Конечно, времени для того, чтобы разобраться в происходивших в стране событиях, не было. Но так случилось, что я приехал в Польшу, как раз в тот день, когда было объявлено о восхождении Войтылы на папский престол. В Кракове меня поразило количество людей, собравшихся у костелов слушать проповедников в черном, и обилие бело-желтых флагов Ватикана, свисавших с костелов и общественных зданий. Бело-красный флаг Польши терялся на этом фоне, был почти незаметен. В Варшаве мне рассказывали, что в стране открыто действует «Комитет защиты рабочих» (КОР) во главе с Куронем, что издаются «нелегальные» листовки, брошюры, книги. Власти на все это смотрели сквозь пальцы…

Новый лидер ПОРП Э. Терек в своем подходе к оппозиции то и дело оглядывался на Запад, опасаясь новых экономически и политических санкций против ПНР. А на Западе в это время всерьез приступали к операции по демонтажу коммунизма в Польше. Оппозиционным группировкам, опекаемым разведслужбами США и других стран НАТО практически беспрепятственно оказывалась материальная помощь.

Главным координатором деятельности антисоциалистических сил в Польше стал мюнхенский центр ЦРУ — радиостанция «Свободная Европа», с которой активно взаимодействовали «польское правительство в эмиграции» (Лондон), центр польской эмиграции во главе с журналом «Культура» (Париж), сионистские группы эмигрантов из Польши, объединенные в США и Швеции вокруг журнала «Анекс», а в Израиле вокруг газеты «Новини и Курьер», организации андерсовцев в разных странах — от Англии до Австралии. Активно включились в поддержку «Солидарности» и американские профсоюзные объединения, прежде всего АФТ-КПП и сионистские воспитанники Дубинского из ОРТ. Новый этап «польского эксперимента», целью которого была ликвидация социализма в Польше, начался в январе 1981 г. уже в рамках новой стратегии по демонтажу коммунизма, взятой на вооружение республиканской администрацией во главе с Р. Рейганом.

Для начала рейгановцы решили провести экономическую диверсию против Польши. Одним из авторов этого плана был Збигнев Бжезинский. Польше предложили «помощь» по типу бартера. Предполагалось, что западные партнеры поставят в Польшу предприятия, а в виде оплаты будут брать произведенную на этих предприятиях продукцию. Предприятия запустили, но брать их продукцию на Западе отказались. В результате сумма польского валютного долга полезла вверх. После этой диверсии поляки влезли в огромные долги, в Польше начали вводить карточки на все товары (даже на пеленки и средства гигиены). Начались забастовки рабочих. Груз польского кризиса лег на экономику СССР. Польше была оказана финансовая помощь в размере 10 млрд долларов, однако долг ПНР рос и достиг 12 млрд долларов даже после этого вливания. В Вашингтоне рассчитывали, что в случае успеха контрреволюции в Польше, дестабилизация пойдет во всем соцлагере, включая СССР. В Москве это хорошо понимали. Рассматривался вариант вмешательства в польские дела по примеру Чехословакии августа 1968 г. Разведка докладывала, что польская оппозиция получает мощную финансовую помощь от стран Запада и действует практически открыто. Оппозиция издавала 1,7 тыс. газет и журналов, 10 тыс. книг и брошюр, действовали «подпольные», а по сути дела открытые типографии, по радио «Голос Америки» и «Свободная Европа» открыто отдавались указания, когда и где устраивать забастовки. Москва начала готовиться к вмешательству, но к счастью, этого удалось избежать. Правительство Ярузельского в период действия введенного в декабре 1981 г. военного положения расправилось с «Солидарностью» и ее сочувствующими малой кровью — в стране было введено чрезвычайное положение и в процессе репрессий погибло, по разным оценкам, всего от 15 до 20 человек. Тем не менее, добиться решительной победы над оппозицией партии и армии не удалось.

В июне 1982 г. активистами «Солидарности» была создана нелегальная антиправительственная организация «борющаяся Солидарность» (полъск. 8ойбагпон>ж Walcz№ca). Возобновилось нелегальное издание антикоммунистических газет в Варшаве, Вроцлаве, Познани, Жешуве, и Щецине. В начале 1986 г. была создана «исполнительная группа» для организации «уличных акций» (вывешивание транспарантов, написание лозунгов в общественных местах и др.)[170]. В 1990 г. Ярузельский передал власть в руки Леха Валенсы.

Теперь известно, почему Рейган все же решился пойти на риск прямой конфронтации с Советским Союзом сначала в Польше, а потом в других странах Варшавского Договора, что ускорило распад не только этой организации, но и самого Советского Союза. Еще в начале 1980 г. во время своей предвыборной кампании, которой руководил выходец из разведслужб США Уильям Джозеф Кейси, Рональд Рейган поручил группе ближайших советников разработать «новую стратегию борьбы с коммунизмом» на основе программных документов «Херитидж Фаундейшн» («Фонд наследия»), самого крупного мозгового центра американской консервативной элиты и идейного вдохновителя американской военщины. В частности, именно этот фонд разрабатывал концепцию СОИ (Стратегической оборонной инициативы) из-за которой Советский Союз был вовлечен в очередной виток гонки вооружений. «Фонд наследия» играл ведущую роль в руководстве республиканской партии США и при Джордже Буше. Именно в недрах этого фонда была разработана идея «Операции Шторм в пустыне» по вторжению в Ирак и основы американской политики по отношению к постсоветской России». В этой «войне будущего» главный удар было решено нанести по врагу номер один — Советскому Союзу.

В мае 1980 г. Кейси, который был тесно связан с «Фондом наследия», представил Рейгану неофициальные секретные материалы о проблемах в экономике СССР и подробную информацию о положении дел в странах Варшавского Договора. Кейси был прекрасным экономистом и бизнесменом, что помогло ему стать миллионером, и к тому же со времен второй мировой у него был опыт руководства тайными операциями. В 1944–1945 гг. Кейси, как руководитель Отделения секретной разведки Управления стратегических служб (УСС), на европейском театре военных действий непосредственно руководил экономической войной против Третьего рейха. В 1970-х гг. стал Председателем Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC), регулирующей инвестиционную индустрию в США. В 1973–1974 гг. Кейси — заместитель госсекретаря США по экономическим делам. В 1974–1976 гг. — президент и председатель Экспортно-импортного банка. В 1976–1977 гг. — член Президентского консультативного совета по внешней разведке. Через SEC Кейси вошел в узкий круг доверенных лиц из окружения Рокфеллеров, Ротшильдов и Морганов, а также «Лимэн Бразерс», контролирующих ФРС. Его хорошо знали в сионистских кругах США и в руководстве Израиля, и конечно в Моссад. Когда Рейган стал президентом США, он назначил Кейси директором ЦРУ.

Рабочая группа Рейгана получила мощную поддержку американских «мозговых центров», среди которых особо выделяется РЭНД-корпорейшн. Ее нередко называют «думающим танком Пентагона». В РЭНД была разработан концепция так называемых информационных или «сетевых войн», в которых противника обстреливают не ракетами и снарядами, а направленной информацией, способной взорвать общество изнутри. На той же базе разработана и методика организации «оранжевых революций», которые были опробованы в 60-70-е гг. в Чехословакии и Польше, а затем уже в Советской Прибалтике, на Кавказе и на Украине. «Война, которую мы ведем, не является больше войной, где используются только вооружение и солдаты или даже что они играют преимущественную роль. Это война, в которой экономические и политические факторы приобрели исключительно большое значение и фактически могут стать решающими», говорилось в одном из секретных докладов РЭНД.

Одним из тех, кто вырабатывал рейгановскую стратегию нового крестового похода против коммунизма, был выходец из семьи польских евреев, убежденный сионист по своим взглядам и патологический русофоб Ричард Пайпс. В 1968–1973 гг. он был директором Исследовательского Центра по изучению России при Гарвардском университете, в 1973–1978 — стал главным научным консультантантом Института по исследованию России при Стэнфордском университете. Он автор великого множества книг и статей по России[171], прочитав которые можно разве что возненавидеть Россию и русских, но не понять их. И хотя во многом его критика большевизма и особенно сталинизма правомерна, Пайпс в своих публикациях об СССР, был больше русофобом и озлобленным антисоветчиком, чем объективным ученым, за что его не раз критиковали и в самих США. Рейгану же именно такой советолог и был нужен для нового «крестового похода» против коммунизма. Понятно, почему после развала нашей страны в 1992 г., именно Пайпса пригласили выступить в Москве на процессе против КПСС, как свидетеля-эксперта. В администрации Рейгана Пайпс работал в Национальном совете безопасности, возглавляя отдел Восточной Европы и Советского Союза. С первых же дней он выступил сторонником жесткой линии в отношении Советского Союза, утверждая, что только давление со стороны США может привести к изменению коммунистической системы. В 1981 г. он заявил: «Советские лидеры должны сделать выбор между возможностью произвести определенные изменения системы в западном направлении и войной. Нет никакого другого пути. Разрядка мертва».