Читать онлайн «Танковые войны XX века». Страница 92

Вообще, этот эпизод является отличной иллюстрацией к словам вечно пьяного монтера Мечникова: «Согласие есть продукт при полном непротивлении сторон». Или более точно: если хочется, любой пустяк может превратиться в повод для войны, или, выражаясь по-ученому, casus belli.

В 30-х годах прошлого века между Советским Союзом и Японией, а также их марионетками имел место целый ряд пограничных конфликтов. Это было прямым следствием неточной демаркации границы (Хасан) или вообще полным отсутствием таковой (Халхин-Гол). Между прочим, последующие конфликты с Китаем имели те же причины, например остров Даманский. Кстати, сегодня этот остров вообще уже не остров, а полуостров на китайском берегу реки. И как должна была выглядеть государственная граница России в этом случае? Халхин-Гол вообще был пограничным спором двух никем не признанных государств — Внешней и Внутренней Монголии, Маньчжоу-Го и Монгольской Народной Республики. Правда, у марионеточной МНР на тот момент имелось серьезное преимущество перед Маньчжоу-Го. Маньчжоу-Го признавала только Япония, зато МНР — целых два государства, хотя, кроме СССР, это была еще более марионеточная Тувинская Республика.

Советские историки любили повторять, что «несколько причин толкали правящие круги Страны восходящего солнца на развязывание более крупномасштабного конфликта». Но никакая, даже самая буйная, фантазия не может подсказать, как именно стычка в монгольских песках заставит СССР отказаться от оказания военной помощи Китаю. Мы не будем углубляться в политические хитросплетения, просто скажем, что именно эти самые бесплодные и бесполезные пески увидели первый пример массированного применения танков. Конечно, в годы Первой мировой войны англичане использовали танки в достаточно больших количествах, но массовое использование танков совсем не означает массированного. Англичане выстраивали танки длиннейшей шеренгой, заставляющей вспомнить гренадеров Фридриха Великого. Остается лишь напомнить, что вычерченные словно по линейке шеренги прусской армии рассыпались в прах при столкновении с французскими колоннами. И вот по приказу комкора Жукова в атаку двинулись колонны советских танков. Чем закончилась первая попытка реализовать идеи то ли блицкрига, то ли глубокой операции, мы еще увидим.

Пружина начала закручиваться еще в 1934 году. Постоянные нарушения границы, причем в обе стороны, приводили к столкновениям, перестрелкам, мелким боям. Но в мае 1939 года пружину перекрутили, и она лопнула. При этом на первых порах советское командование действовало оперативнее и эффективнее японского. 3 марта командир 57-го отдельного корпуса комдив Фекленко приказал выдвинуть в район конфликта оперативную группу 11-й танковой бригады. И лишь в апреле командующий Квантунской армией генерал Уэда подписал приказ № 1488 «Принципы разрешения пограничных конфликтов между Манчжоу-Го и СССР». Заметьте, никакая Монголия в этом приказе не упоминается.

А потом началось то, что иначе как цепью загадок назвать просто невозможно. Начнем с самой первой, бросающейся в глаза, но все-таки не имеющей ответа. Почему Халхин-Гол? Почему??!! Посмотрите на карту, не пожалейте полминуты. И тогда вы удивитесь. Чем японскому командованию приглянулся этот богом забытый угол, который даже не назовешь медвежьим, потому что там ни один медведь не выживет?! Единственное сколько-то правдоподобное объяснение — железная дорога, недавно проложенная японцами в этот район. Ну, железка, и что из того? Мало ли куда их прокладывают. Самое смешное, что, даже если бы японцам удалась их авантюра, это не принесло бы им решительно никаких дивидендов. Отрезать пустынный и никчемный уголок Монголии — так называемый Тамцак-Булакский выступ — можно, но что с ним делать дальше? Дорогу на Улан-Батор (или как его тогда? Кяхта? Урга?) он не открывает. Дорогу на Читу и Благовещенск — тем более. Так что там забыли в равной степени и японцы, и монголы?!

Загадка вторая, которая, вполне возможно, все-таки имеет решение, только лично мне оно не известно. Если посмотреть на современную американскую топографическую карту NL 50–03, то мы увидим потрясающую вещь. Все бои в районе Халхин-Гола происходили на территории современного Китая, то есть тогдашней Маньчжурии. Так кто тут агрессор?! И вообще, линия границы сегодня имеет совсем иные очертания, чем на советских/российских картах, изображающих это событие. Впрочем, как я уже предупредил, здесь может иметься очень простое объяснение. Позднее две братские страны полюбовно уладили все пограничные споры. Хотя, учитывая норов Мао Ze-Dong, мне это представляется более чем сомнительным. Но все-таки допустимым.

Но со всего этого загадки Халхин-Гола только начинаются. Столкновения начались в мае 1939 года. Кто именно был инициатором, сказать сложно. Скорее всего, туземцы сохранили милые сердцу привычки скотокрадов эпохи Чингисхана, который и сам грешил этим поначалу. А потом один обиженный обратился к братану, который был то ли цириком, то ли баргутом, и появилась пусть иррегулярная, но вполне официальная вооруженная сила. И пошло — поехало…

Короче, в мае начались уже серьезные столкновения с участием тяжелого оружия, хотя пока они еще не выходили за рамки обычного пограничного конфликта. Однако обе стороны постепенно наращивали силы в районе конфликта, потому что подобные события обладают свойством самоэскалации. Начались воздушные бои, которые сначала завершались в пользу японцев. Это вызвало нервную реакцию советского руководства, которое сначала перебросило в район боев группу лучших летчиков, имевших опыт боев в Китае и Испании, а потом прибегло к испытанному методу — поменяло командира. Комдив Н.В. Фекленко был снят, и на его место назначили Г.К.Жукова. Как ни странно, этот эпизод практически не отразился на дальнейшей службе Фекленко, который постепенно дорос до генерал-лейтенанта танковых войск. Очередная загадка… Впрочем, заметной роли в годы Великой Отечественной войны он не сыграл и занимал только тыловые и штабные должности.

В июне обе стороны наращивали силы в районе конфликта и разрабатывали планы дальнейших действий, причем и Жуков, и командовавший японскими войсками генерал Комацубара намеревались наступать. В распоряжении Комацубары имелась 23-я пехотная дивизия и некоторые другие части, в том числе два танковых полка, всего около 22 000 солдат, 120 орудий и 80 танков. Первоначально он предполагал перебросить за западный берег реки Халхин-Гол не только свою пехоту, но и танки. Однако японские саперы не справились с задачей, и по наведенным ими мостам танки двигаться не могли, поэтому ему пришлось оставить танки для действий на восточном берегу реки. 27 июня Комацубара принимает решение форсировать реку частью сил 23-й дивизии, чтобы выйти в тыл советско-монгольским войскам, находящимся на восточном берегу реки. Одновременно один полк 23-й дивизии вместе с танками сковывает советские войска. Цель операции — окружить и уничтожить советские части на восточном берегу Халхин-Гола, насчитывавшие около 5000 человек. Советское командование сформировало 1-ю армейскую группу, которая имела заметное преимущество в тяжелой артиллерии, в чем японцы очень быстро убедились.

Особый интерес представляет одна фраза из приказа Комацубары: «Дивизия своими главными силами форсирует реку Халхин-Гол с целью захвата и уничтожения противника, перешедшего границу». Впрочем, наши историки утверждают, что место будущих боев — гора Баян-Цаган — находится в 40 километрах от границы.

Наступление сковывающей группы развивалось медленно, потому что танки вязли в болотистой почве. 30 июня произошли первые столкновения, после которых японцы получили первые более или менее достоверные сведения о составе советских сил, в частности, о прибытии 11-й танковой бригады. Однако отменять операцию Комацубара не решился и назначил наступление на 3 июля. Но командир сковывающей группы генерал Ясуока решил нанести удар в ночь со 2 на 3 июля. Говорить о каком-то блицкриге в применении к японским танкам было бы просто смешно, тем более что японцы до самого конца Второй мировой войны так и не сумели наладить взаимодействие разных родов войск. Ночная атака танков Ясуоки завершилась практически ничем. Единственным ее результатом стали споры относительно потерь. Японцы признавали потерю одного танка, в советских рапортах говорится об уничтожении десяти. Дальше всех пошел А.В. Шишов, сообщивший, что в результате боев на восточном берегу реки в районе горы Баин-Цаган было уничтожено 30 японских танков. Его даже не смущает, что гора находится на западном берегу.

Как пишут наши историки, «командование 1-й армейской группы в течение июня не смогло наладить достаточной разведки». Написать прямо, что Жуков за целый месяц не сумел наладить разведку, видимо, было страшно. Комдив решил сам нанести удар по группе Ясуока, одновременно приказав 11-й танковой и 6-й мотоброневой бригадам выдвинуться к реке. О переправе японской дивизии на западный берег Халхин-Гола Жуков не подозревал.