Читать онлайн «До встречи в СССР! Империя Добра». Страница 89

Страна взбурлила так, что отец Джона и Роберта Кеннеди, мультимиллионер Джозеф Кеннеди, признавался, что «был готов расстаться с половиной своих богатств, если мог быть уверен, что в условиях закона и порядка» сохранит вторую половину. А ведь у Кеннеди-старшего было уже тогда около 200 миллионов тогдашних долларов!

Миллионеры не расстаются со своими миллионами за просто так, и мысли, подобные процитированным, приходят им на ум только тогда, когда массы уже не могут и не хотят быть бессловесными. А в то время в Америке даже губернаторы некоторых штатов вели речи, ранее для Штатов небывалые. Том Билбо из штата Миссисипи заявлял: «Я сам стал розовым». А губернатор Миннесоты Олсон шёл еще дальше:

«Скажите им там, в столице, что Олсон больше не берёт в национальную гвардию никого, кто не красный! Миннесота — левый штат».

Профессор Р. Тагвел был экономистом, а не политиком, но вот его выводы тех лет, когда Америка переживала Великую депрессию, а СССР работал на первых великих стройках социализма в первые пятилетки:

«Россия скорее осуществит цель — необходимое для всех, а не роскошь для немногих, чем наша собственная конкурентная система. В России мы уже видим будущее, наше настоящее находится в жесточайшем контрасте с ним: американские политики, теоретики и богачи, кажется, нарочно сговорились спровоцировать бунт сверхтерпеливого народа. Мы можем приступить к экспериментам. В противном случае у нас наверняка разразится революция».

Тагвел сотрудничал не с американскими коммунистами, а с президентом США Франклином Делано Рузвельтом и был приверженцем капитализма. Тем более ценно и показательно такое его признание.

Писатель и критик Уолдо Фрэнк, напротив, — склонялся к марксизму. Он видел поэтому дальше и глубже Тагвела, сказав в 30-е годы ХХ века то, что справедливо и для нынешнего века:

«Мир — на пороге кризиса. Революционное завтра должно готовиться сегодня. В противном случае оно может прийти слишком поздно, чтобы спасти человечество от гибели в капиталистической войне и, что еще хуже, от морального сифилиса капиталистического мира».

Писатель живет не в вакууме, и такая оценка Фрэнка могла возникнуть лишь как результат осмысления окружающей его жизни, жизни его родины.

Излечить сифилис нельзя — его можно только залечить. И в США нашлись весьма квалифицированные «врачи» — начиная с Франклина Делано Рузвельта и его «мозгового штаба». Если бы капиталистическая система-сифилитик была радикально изгнана из бытия американской нации, то американский национальный характер стал бы одним из золотых приобретений человечества, созидательно преобразуя и другие национальные характеры, и саму планету.

А американская мечта, приобретя здоровую глобальную основу, воплотилась бы в явь жизни мирового сообщества так же зримо, как и марксистский идеал.

Однако капитализм в США уцелел, и застарелый сифилитик начал всё активнее заражать спирохетами разложения весь мир, и собственный народ в том числе. Американская нация начала духовно вырождаться и умирать.

Зримо симптомы близящейся смерти впервые проявились во время первого избрания президентом США Рональда Рейгана. Актёр, вместо идей имеющий лишь чужой авторский текст, на посту официального главы громадного государства — это было началом конца.

Прошли ещё годы, и значительная часть нации превратилась в сборище мироедов, тунеядцев и вселенских паразитов. Если это будет продолжаться ещё с десяток лет, скрытые сифилитические процессы десятилетий приведут к открытому гниению.

АМЕРИКА пока что этого не поняла, но так ли уж хорошо понимаем это и мы сами в нашем расчленяемом и убиваемом Советском Союзе? Маркс впервые исследовал проблему капитализма и общественных формаций не просто как гуманист, а как учёный. Ленин исследовал капитализм на его ранней глобальной, империалистической стадии, Сталин писал о нём в момент несомненного могущества капитализма.

Но что мы имеем сейчас?

Да, технологии — вне идеологий. Конверторная выплавка стали и штамповка взрывом основаны на физических явлениях, одинаковых при любой политической системе. Принципы рациональной организации межцеховой кооперации или оптимизации кораблевождения на оживлённых морских коммуникациях тоже неизменны и для коммуниста, и для антикоммуниста.

Но капитализм уродует всё, что попадает в сферу его влияния и власти, — даже технологическую сферу жизни человечества. Он изжил себя сразу же после Первой мировой войны, и сегодня, в начале нового века, особенно хорошо видна главная трагическая ошибка человечества в начале того, прошлого века.

Народы мира, и прежде всего — народы Европы, не сумели подняться до активного, гневного отрицания частнособственнической политической системы, полностью исчерпавшей себя.

Десятки миллионов только убитых в Первой мировой, затем — во Второй мировой войне, десятки миллионов убитых в «локальных» войнах, не менее миллиарда умерших в XX веке от голода, эпидемий и антисанитарии…

Умопромрачительные, невообразимые военные расходы, возложенные бременем на миллиарды землян и оборачивающиеся для сотен тысяч военными сверхприбылями…

Вырубаемые леса Амазонки и нефтяная плёнка на поверхности Мирового океана, микронная плёнка, тем не менее резко изменяющая круговорот воды в природе и губящая глобальный климат…

Десятки миллионов непостроенных квартир, больниц, школ, курортов…

Миллиарды полуграмотных вместо миллиардов развитых и образованных землян…

Идиотская масскультура вместо расцвета культуры подлинной.

Массовая преступность вместо массового глобального сотрудничества людей.

Ведь это далеко не полный перечень того, что дал миру капитализм двадцатого века — этот живой сифилитический труп, переживший себя на целый век! Он убивает будущее планеты и её народов. Он убивает и самоё себя, ибо ни на что иное уже не способен.

И то, во что он превратил свои же мечты, лишний раз доказывает губительность его тлетворного дыхания для любой искренней, честной мечты и для любого честного устремления. 

НА ПРОТЯЖЕНИИ десятилетий до Страны Добра порой долетало лишь зловоние «живого трупа» капитализма. Сегодня на неё изливаются потоки его трупного яда, и если в бывшей Стране Добра ещё сохраняются человечность и Добро, то это лишь доказывает удивительную прочность основ Советской Вселенной, созданной эпохой социализма в считаные полвека, если вести отсчёт от 7 ноября 1917 года.

Конечно, и в нашей Стране Добра хватало зла, начиная от того, что называли «родимыми пятнами капитализма», и заканчивая благоприобретёнными пороками, объясняемыми тем, что Стране Добра не удалось выработать таких жёстких требований к её руководящим слоям, которые быстро удаляли бы из руководства к нему непригодных или разложившихся.

С другой стороны, и в мире капиталистического Зла было немало проявлений Добра, начиная с увлечённой работы учёных и заканчивая милыми и добрыми мюзиклами типа «Моей прекрасной леди» с очаровательной Одри Хэпберн в роли Элизы Дулитл.

Но в мире капитализма Добро всегда существовало на уровне моральной благотворительности, а в мире социализма у Добра были прочные конституционные основы.

Мир развитого — именно развитого, в «золотомиллиардной» упаковке — капитализма давно был неплохо и обустроен. У него в этом многовековой опыт. Русский мужик из века в век вначале строил, а потом отстраивал, и ему было не до изобретения изощрённых соусов французской кухни и прочего. Советский человек тоже был вынужден отстраивать заново то, что он построил всего пять-десять лет назад. И ему тоже было не до производства навесных потолков — надо было дать миллионам хотя бы какую-то крышу над головой.

Поэтому глупо было бы отрицать, что мир капитализма далеко обошёл мир социализма по части мебели, одежды, новейших унитазов и умения обеспечить курортный комфорт отпускникам. И в этих сферах жизни нам, в нашей Советской Вселенной, стоило многому у Запада учиться.

Однако никакие достижения Запада в сфере обустройства быта не могут заслонить сегодня того очевидного факта, что в сфере нравственности Запад терпит сокрушительный крах, и ничего в этом смысле он поправить не в состоянии. Да, Мировое Зло уже не в состоянии как скрывать, так и изжить свою принципиальную аморальность. Самые изощрённые извращения духа и плоти сегодня открыто рекламируются и подаются как нечто естественное. Производители порнографических фильмов обсуждают с телеэкранов самые невероятные в нормальном обществе «проекты» так деловито, что внешне это выглядит не как непотребство, а как совещание строителей новой гидроэлектростанции или конструкторов аэробуса.