Читать онлайн «Земля под ногами. Из истории заселения и освоения Эрец Исраэль. 1918-1948(Книга вторая)». Страница 78

Когда очередная вереница машин втягивалась на горную дорогу, арабы заваливали ее огромными камнями позади колонны, чтобы отрезать пути к отступлению; строили баррикаду и впереди каравана, машины оказывались в ловушке, и на них нападали вооруженные жители из окрестных и отдаленных арабских деревень. Даже если колонна прорывалась в Иерусалим, на дороге оставались подбитые машины с грузом, который арабы уносили по домам.

Чтобы пробиться через заграждения, начали обшивать машины стальными листами, но и это не всегда помогало. Один из бойцов вспоминал, как арабы окружили подбитые автомобили и кричали, чтобы евреи выходили наружу. Две машины уже горели, и вокруг них в восторге плясали нападавшие; у бойцов кончились патроны, не оставалось даже пули, чтобы покончить с собой, - в тот раз их спасли англичане, но такое случалось не всегда.

Дороги в еврейские поселения проходили, как правило, мимо арабских деревень, и было невероятно трудно поставлять продовольствие, топливо и оружие. Арабы нападали на колонны грузовиков, минировали подъезды к поселениям, полностью перекрыли дороги из Цфата в Акко, из Хайфы в Нагарию; с боями приходилось прорываться из Тверии в Метулу, из центра страны в Северный Негев, из Иерусалима - в Атарот, Нве-Яаков, Бен-Шемен, Гуш-Эцион.

Борьба за транспортные магистрали стала борьбой за существование отдаленных поселений. На пути колонны в Атарот погибли 14 бойцов, из Хартува в Иерусалим - 11, из Хулды в Иерусалим - 24; на дороге из Нагарии в блокированный кибуц Иехиам машины попали в засаду - убиты 46 человек. Во время ответной операции Хаганы на дороге Рамалла-Латрун погибли 15 бойцов и командир группы Ноам Гроссман (в новом районе Иерусалима есть улица Шестнадцати).

В конце марта, в праздник Пурим, дорога на Иерусалим оказалась окончательно перекрытой. В городе начинался голод, и Д. Бен-Гурион потребовал пойти на любой риск и прорвать блокаду, ибо потеря Иерусалима немыслима. Так была задумана операция "Нахшон", чтобы перевезти по горной дороге 3000 тонн продовольствия. Перед ее началом опечатали продовольственные магазины Тель-Авива и отобрали необходимые продукты; для их перевозки требовалось много транспорта, а потому останавливали на улицах грузовики и направляли к месту сбора. Владельцы грузовиков возмущались, протестовали, но имущество свое не бросили и повели машины с продовольствием в Иерусалим.

В операции "Нахшон" участвовали 1500 бойцов; чтобы собрать такое количество, пришлось оголить защиту еврейских поселений по всей стране. Впервые боевые действия проводили открыто, несмотря на присутствие британской армии; руководил операцией Шимон Авидан. За несколько дней до этого на аэродроме, покинутом англичанами, приземлился ночью четырехмоторный ДС-4 из Чехословакии; из него выгрузили 250 винтовок, 40 пулеметов немецкого производства, полтора миллиона патронов. Тогда же приплыл корабль "Нора"; под слоем картошки в его трюмах оказались 4500 винтовок, 200 пулеметов и несколько миллионов патронов - тоже из Чехословакии. "Оружие прибыло вовремя, - отметил Бен-Гурион, - и спасло Иерусалим".

В ночь на 3 апреля бойцы вышли из кибуца Кирьят-Анавим и заняли Кастель. Эта арабская деревня располагалась на вершине холма, который контролировал дорогу на подходе к Иерусалиму, а потому арабы шли в атаку за атакой, оттесняя бойцов к вершине горы. К вечеру 8 апреля они захватили почти всю деревню, но случилось неожиданное: в ту ночь возле Кастеля, во время короткого затишья, был убит Абд аль-Кадер аль-Хусейни - в тот момент, когда приблизился к еврейской позиции, предполагая, очевидно, что она занята его отрядами. Узнав о гибели своего командира, арабы бросились в атаку, после ожесточенного боя захватили холм, и командование операцией "Нахшон" приказало немедленно его отбить. Отряд пришел туда и обнаружил, что в деревне почти не оказалось защитников; все арабы участвовали в похоронах своего вождя, и с этого момента Кастель оказался под еврейским контролем.

Жители арабских деревень оказали упорное сопротивление, но операция "Нахшон" прошла успешно. Ее результаты: захвачен Кастель, ключевая позиция на холме, захвачен Шаар га-Гай, узкая горловина неподалеку от Латруна, где дорога с равнины втягивается в гору; взорван командный пункт Хасана Саламе, и, наконец, в Иерусалим пришла колонна с продовольствием и оружием. Машины шли сплошным потоком, бампер к бамперу, и на первой было написано: "Если забуду тебя, Иерусалим..." Люди плакали на улицах, обнимали шоферов, и хозяева грузовиков - недовольные тем, что их заставили отправиться в путь - поняли, что они спасли Иерусалим.

В те же дни провели операцию "Гарель", захватили несколько укрепленных позиций вдоль дороги, и в Иерусалим прошли две колонны с продовольствием и мацой для праздника Песах. 20 апреля отправилась новая колонна, попала под сильный огонь противника, и участник операции свидетельствовал: "Дорога снова перекрыта. Горят грузовики. Тела лежат на шоссе. Гарри Яффе стоит посреди дороги. пули свистят вокруг, но он хладнокровно освобождает путь от поврежденныъх машин. И вот шоссе свободно". В тот день погибли 12 бойцов, пострадали десятки автомобилей - около 250 грузовиков пробились в Иерусалим.

Арабы снова блокировали узкую горную дорогу, и опять надо было пробиваться с боями в осажденный город, чтобы доставить продовольствие, топливо и боеприпасы.

Бои проходили не только на подступах к Иерусалиму, но и в самом городе за овладение стратегическими позициями перед уходом британских войск. Защитники еврейского квартала Макор-Хаим отбивали одну атаку за другой, были убитые, много раненых, командир Хаим Даниэли сообщал: "Положение крайне тяжелое. Не хватает боеприпасов. Люди падают от усталости. Если не придет помощь, будет катастрофа. ."

Чтобы спасти Макор-Хаим и другие еврейские кварталы на юге Иерусалима, следовало захватить Катамон, арабский район, где располагались вооруженные отряды и добровольцы из Ирака. В дождливую ночь 29 апреля бойцы подошли скрытно к окраине Катамона, после короткого боя захватили греческий монастырь Сен-Симон, главенствовавший над окрестностями, и закрепились в его здании. Сотни арабов перекрыли подходы, чтобы не подошло подкрепление; они обстреливали монастырь и шли в атаки, которые бойцы отбивали гранатами и огнем из пулемета.

Росло количество раненых и убитых, не хватало боеприпасов и перевязочных материалов; защитники монастыря вспоминали впоследствии: "Споры об отступлении продолжались часами. Арик Хайкинд был тяжело ранен, но в полном сознании. Он сказал: "Оставьте нам по гранате и уходите". Так родилась идея отступать без раненых."

- "Резче всех возражал Беня Маршак. Он цитировал любимое изречение Ицхака Саде: "Когда идет дождь, помни, что он идет и у противника"."

Защитники монастыря продержались до вечера, пока арабы не покинули Катамон; его захват позволил овладеть соседними арабскими районами, и юг Иерусалима оказался в руках евреев. В том бою участвовали будущие начальники Генерального штаба Армии обороны Израиля - Давид Элазар и Рафаэль Эйтан; из 120 бойцов, защищавших Сен-Симон, только 20 самостоятельно вышли из монастыря, 40 человек погибли, остальных вынесли на носилках.

Р. Эйтан вспоминал: "Во время атак арабов никто из нас не верил, что останется в живых. Помещения монастыря были заполнены ранеными и убитыми. Меня ранило в голову, кровь стекала на лицо и заливала глаза. На секунду возникла мысль: быть может сдаться? Но мы. продолжали сражаться в безвыходном положении, потому что знали -нельзя сломаться. И тогда сломались арабы. Так я убедился впервые, а затем это повторялось вновь и вновь: в длительном бою побеждает тот, кто может дольше продержаться, несмотря ни на что."

9 апреля, за три недели до боев в Катамоне, 130 бойцов Эцеля и Лехи совершили нападение на Дир-Ясин, одну из арабских деревень, окружавших еврейские кварталы Иерусалима. Перед началом атаки громкоговоритель оповестил жителей на арабском языке, чтобы покинули деревню, однако предостережение услышали, очевидно, не все. Защитники Дир-Ясина оказали серьезное сопротивление, у нападавших погибли четыре человека, около сорока были ранены; чтобы захватить деревню, кидали в окна гранаты, взрывали дома, ожесточение было велико, и под обломками зданий погибли мужчины, женщины и дети.

Бойцы Хаганы тоже нападали на арабские деревни, что приводило к разрушению домов и гибели десятков жителей, но количество жертв на этот раз было особенно велико. Современники называли разные цифры погибших в Дир-Ясине; командир Эцеля М. Бегин: "Число раненых и убитых солдат и гражданских лиц по окончании боя достигло двухсот"; израильский историк И. Слуцкий: "Общее число убитых - 245 человек".

Еврейское агентство и командование Хаганы публично осудили действия Эцеля и Лехи: "Эта варварская операция вызывает чувства ужаса и отвращения." - "Осквернена честь еврейского оружия, поругана честь еврейского знамени." Командир Лехи Н. Ялин-Мор: "Я знаю, что в пылу боя происходят подобные вещи, и совершившие их люди не готовятся к этому заранее. Они убивают, ибо были убиты или ранены их товарищи, и они в этот момент жаждут мести. Знаю, что многие народы и армии совершают это, но такими делами не следует гордиться".