Читать онлайн «История франков». Страница 81

И так как многие из клириков Сента еще до собора с согласия епископа Бертрамна написали на своего епископа Палладия жалобу[81], чтобы унизить его, то после смерти епископа Бертрамна епископ Палладий схватил их, сильно побил и снял с них одежду[82]. В это же время скончался и Ванделен, воспитатель короля Хильдеберта[83], но на его место никого не поставили, так как королева, мать Хильдеберта, захотела сама заботиться о сыне. А все то, что Ванделен получил за свои заслуги из казны, было передано опять в казну. В это время скончался, исполненный дней, герцог Бодигизил[84], и все его имущество полностью перешло к детям. На место Фавста, епископа ошского, рукоположили пресвитера Сая. После смерти святого Сальвия[85] епископом Альби стал в этом же году Дезидерат. [232]

23. В этом году прошли обильные дожди и реки так наполнились водой, что не раз случались кораблекрушения. И сами реки, выйдя из берегов и затопив ближайшие пашни и луга, сильно их опустошили. Весенние и летние месяцы были такими сырыми, что это время больше походило на зиму, чем на лето.

24. В этом году по воле господней погибли от пожара два острова в море. Они были уничтожены огнем в течение семи дней вместе с людьми и скотом. Те, которые, ища спасения в море, устремлялись в глубины, гибли в волнах, куда они бросались, те же, которые не тотчас испускали дух, сгорали в еще более тяжелых муках. После того как все было испепелено, все это покрыло море. Многие говорили, что те знамения, которые мы видели в октябре месяце и о которых мы рассказали выше[86], – что будто бы горело небо, – были отблеском этого пожара.

25. На другом же острове, расположенном недалеко от города Ванна, было большое озеро, изобиловавшее рыбой. Вода этого озера на глубину одного локтя превратилась в кровь, так что бесчисленное множество собак и птиц в течение многих дней собирались там, пили эту кровь и, насытившись, вечером покидали это место.

26. Эннодия поставили герцогом над жителями Тура и Пуатье[87]. Берульф же, который до этого возглавлял эти города[88], находился вместе со своим сотоварищем Арнегизилом на подозрении из-за сокровищ короля Сигиберта, которые он тайно унес. В то время как он домогался этой должности герцога в упомянутых городах, его и его соучастника с помощью подстроенной западни схватил герцог Раухинг. Тотчас к ним домой были посланы слуги, которые все унесли; там многое было найдено и из их собственного имущества, и кое-что из упомянутых сокровищ. Все это было отправлено к королю Хильдеберту. И когда дело шло к тому, чтобы отрубить им головы, благодаря вмешательству епископов им была дарована жизнь, и они были освобождены. Однако они ничего не получили из того, что у них отняли.

27. А герцог Дезидерий[89] с кем-то из епископов, аббатом Аредием[90] и Антестием[91] поспешил к королю Гунтрамну. Хотя король и не соглашался его принять, однако, уступив просьбам епископов, он милостиво его принял. В то время там появился Евлалий[92], чтобы принести жалобу на свою жену, которая пренебрегла им и ушла к Дезидерию, но, осмеянный и униженный, он умолк. Дезидерий же, одаренный королем, милостиво был отпущен домой,

28. Итак, Ингунда, как мы не раз упоминали, была оставлена мужем при войске императора[93], и когда ее везли с маленьким сыном к самому императору, она умерла в Африке и там была похоронена. Леовигильд же предал смерти своего сына Герменегильда, супруга упомянутой Ингунды. Разгневанный этим, король Гунтрамн решил отправить войско в Испанию, чтобы оно прежде подчинило его власти Септиманию[94], которая еще находилась внутри границ Галлии, а потом двинулось дальше. Во время набора этого войска, не знаю кем из простолюдинов, было найдено письмо. Его переслали для прочтения королю Гунтрамну. Оно было составлено так, будто Леовигильд писал Фредегонде о том, чтобы она [233] всячески воспрепятствовала отправке войска в Испанию, говоря так: «Наших врагов, то есть Хильдеберта и его мать, быстро уничтожьте и заключите мир с королем Гунтрамном, подкупив его большой суммой денег. А если у вас, может быть, мало денег, мы вам тайно вышлем, только выполните то, чего мы добиваемся. Когда же мы отомстим нашим врагам, тогда щедро вознаградите епископа Амелия и матрону Леобу, благодаря которым наши послы имеют к вам доступ». Леоба же доводится тещей герцогу Бладасту.

29. И хотя об этом сообщили королю Гунтрамну и это стало известно его племяннику Хильдеберту, Фредегонда все-таки приказала сделать два железных ножа, в которых она велела еще сделать желобки и наполнить их ядом, разумеется для того, чтобы, если удар окажется не смертельным, ядовитая отрава могла бы скорее исторгнуть жизнь. Эти ножи Фредегонда передала со следующими словами двум клирикам, говоря: «Возьмите эти кинжалы, отправляйтесь как можно быстрее к королю Хильдеберту и притворитесь нищими. И когда вы падете ниц к его ногам, как будто бы прося подаяния, вы пронзите его с обеих сторон, чтобы наконец Брунгильда, которая взяла власть над ним, с его гибелью пала и покорилась мне. Если же юноша окружен такой стражей, что вы не сможете подойти к нему, то убейте самое врагиню. Награда за ваш труд будет такая: если вас при исполнении этого дела настигнет смерть, то я вознагражу ваших родственников и, одарив подарками, сделаю их первыми людьми в моем королевстве. А вы между тем освободитесь от всякого страха, и пусть в вашем сердце не будет боязни перед смертью. Ведь вы знаете, что это дело касается всех людей. Пусть ваши души проникнутся отвагой. Подумайте, как часто храбрые мужи гибли в сражении, но их родственники, благодаря их смерти став знатными, теперь превосходят всех огромными богатствами и являются первыми людьми».

Клирики тем временем, пока женщина говорила так, начали дрожать, думая о том, как трудно им будет выполнить это приказание. Но она, видя их нерешительность, прислала им колдовское питье и велела отправляться туда. И тотчас у них прибавилось душевной силы, и они обещали исполнить все, что она приказала. Тем не менее она велела им взять с собой небольшой сосуд, наполненный этим питьем, говоря: «В тот день, когда вы будете выполнять мое приказание, утром, до того как начать дело, вы выпьете это, и у вас появится большая твердость для свершения этого дела». Так наставив их, она их отпустила. Но в то время, когда они совершали свой путь и дошли до города Суассона, их схватил герцог Раухинг. И после того как их подвергли допросу и они ему все открыли, их заковали и бросили в темницу.

А спустя несколько дней Фредегонда, уже уверенная в исполнении ее приказания, послала слугу узнать, есть ли в народе какой-либо слух, или не встретит ли он какого-нибудь знающего, который сказал бы о том, что Хильдеберт уже убит. Тогда, пустившись в путь, слуга пришел в город Суассон. Услышав о том, что те люди находятся в темнице, он подошел к двери; но когда он начал говорить с сообщниками[95], его самого схватили и заключили под стражу. Тогда их всех вместе отправили к королю [234] Хильдеберту. После допроса они открыли правду, показав, что их послала Фредегонда убить его. Они говорили: «Мы получили приказание от королевы притвориться нищими. И, бросившись к твоим ногам, якобы просить милостыню, мы собирались сразить тебя этими мечами. Если бы меч поразил слабо, то сам яд, которым было смазано железо, быстро бы проник в сердце». После этих слов их подвергли различным пыткам, отрубили у них носы и уши, и все они по-разному были умерщвлены.

30. Итак, король Гунтрамн повелел собрать войско против Испании. Он говорил: «Прежде всего подчините нашей власти провинцию Септиманию, так как позорно, чтобы пределы нечестивых готов простирались до самой Галлии». Затем, собрав все войско своего королевства, он направил его туда. Но народы, которые жили по ту сторону рек Соны, Роны и Сены, присоединившись к бургундам, опустошили плодородные и богатые скотом берега рек Соны и Роны. Учинив в собственной стране бесчисленные убийства, устраивая пожары и грабежи, расхищали они и имущество церкви, убивали даже клириков и епископов, а также прочее население у самих святых божьих алтарей. Так они дошли до самого города Нима. Также и люди Буржа, Сента, Перигё, Ангулема и прочих городов, которые тогда были под властью упомянутого короля, дойдя до города Каркассона[96], совершили подобные злодеяния. Но когда они подошли к городу, они вошли в него без всякого сопротивления, так как жители добровольно открыли ворота. Потом же, не знаю по какому поводу, между ними и жителями города возникла схватка, и они оставили город. Тогда погиб Теренциол, бывший ранее графом города Лиможа, сраженный брошенным со стены камнем. Его отсеченную голову принесли как знак отмщения врагам в город. В результате этого все люди Гунтрамна, охваченные страхом, решили вернуться домой, оставив все то, что они награбили по пути, и даже то, что привезли с собой. К тому же и готы, нападая на них из тайных засад, многих из них ограбили и убили. Затем они попали в руки жителей города Тулузы, которым они во время своего пути причинили много несчастья. Так, ограбленные и побитые, они с трудом смогли вернуться домой. Те же, что дошли до Нима, ограбили всю область, сожгли дома, выжгли посевы, вырубили оливы, порубили[97] виноградники, но, не будучи в состоянии причинить вреда укрывшимся за стенами жителям, отправились в другие города. И так как эти города были сильно укреплены, вполне обеспечены продовольствием и остальными необходимыми вещами, то воины, опустошая пригороды этих городов, не смогли проникнуть внутрь.