Читать онлайн «Фальшивая история Великой войны». Страница 41

Просто игнорировать эти и подобные им вопросы было невозможно, поэтому советские историки и их современные последователи повели многолетнюю, изнурительную и беспощадную борьбу с советскими танками. Не на поле боя, разумеется, а на страницах своих макулатурных сочинений. Некоторые, наиболее выдающиеся образцы связанного с  этой борьбой «мозгоимения» мы и рассмотрим в данной главе.

Первым делом количество танков в Красной Армии «сократили» более чем в десять раз! Как? Очень просто. Предельно просто. Все танки были разделены на «танки новых типов» (Т-34 и KB) и «безнадежно устаревшие» (в эту категорию вошли ВСЕ остальные, без малейшего исключения). Дальше работа фальсификаторов строилась в традиционные (см. глава 7) «два эшелона». На первом, в толстых солидных книгах, говорилось: «К началу войны на вооружении Красной Армии было 1,5 тыс. танков новых типов, а также значительное количество безнадежно устаревших легких танков». На «втором эшелоне», на уровне лекций в «красном уголке» и газетных статей, уточнение о «значительном количестве безнадежно устаревших» отбрасывалось за ненужностью (да и зачем этих безнадежных считать-то?), и в Красной Армии оставалось всего-навсего полторы тысячи танков. Профессиональные «наперсточники» при виде такого трюка нервно курят в уголке...

Конечно, нельзя не согласиться с тем, что боевой потенциал 48-тонного тяжелого танка KB и, например, 10-тонного легкого Т-26 очень сильно различается. И не случайно все нормальные историки в любой справочной таблице всегда выделяют новые танки (Т-34 и KB) отдельной строкой. В принципе имеет право на существование и такой взгляд на историю войны, при котором в описании событий 41 -го года все, что хуже советских «танков новых типов», выводится за рамки рассмотрения и считается как бы несуществующим. Почему бы и нет? Я первый готов согласиться с тем, что боевая машина, не имеющая противоснарядного бронирования и, по меньшей мере, «нормальной» трехдюймовой (76,2-мм) пушки, не может называться «танком». Возможны и уместны самые разнообразные системы классификации — но при одном, вполне очевидном, условии. Требования и подходы должны быть ОДИНАКОВЫМИ для оценки всех противоборствующих сторон.

Соответственно, советские историки должны были прямо и честно написать, что в Красной Армии было полторы тысячи танков, а в немецкой армии танков не было вовсе. Ни одного. Номера «танковых» полков, дивизий и групп есть, а танков — нет. И такой вывод был бы абсолютно адекватен придуманной советскими «историками» системе классификации, ибо ни одного танка, сопоставимого по тактико-техническим характеристикам с Т-34 и уж тем более — с чудовищным монстром KB, на вооружении вермахта летом 41-го года не было.

В предельно сжатом изложении принципиальное, качественное превосходство новых советских танков над любыми немецкими сводилось к следующему:

— длинноствольная 76-мм пушка KB и Т-34 могла пробить лобовую (тем более — бортовую и кормовую) броню любых немецких танков на предельной для прицельной стрельбы дистанции в 600—800 м;

— танковые пушки любых немецких танков не могли пробить броню танка KB, поразить же Т-34 лучшая немецкая танковая 50-мм пушка KwK-38 могла лишь при стрельбе в борт на малых (100—300 метров) дистанциях;

—только танк Pz- IV (439 единиц, 15% от общего танкового парка) обладал равноценным с новыми советскими танками вооружением для борьбы против пехоты противника (пушка калибра 75-мм);

— даже самые лучшие модификации танка Pz-III были вооружены 50-мм пушкой, вес осколочного снаряда которой был в три раза меньше, чем у 76-мм пушек советских танков (1,96 кг против 6,3 кг);

— даже самые тяжелые модификации немецких танков (Pz-III серий Н и J, Pz-IV серии Е и F) не имели полноценного противоснарядного бронирования: советские дивизионные 76,2-мм пушки (Ф-22 и УСВ) пробивали лобовую броню этих танков на дальности 600—800 метров, а противотанковая 45-мм пушка пробивала броню башни и борта корпуса;

— самая массовая в вермахте 37-мм противотанковая пушка не могла пробить броню Т-34 и KB даже с дистанции в 100 метров; новейшая 50-мм противотанковая пушка (начавшая поступать на вооружение пехоты вермахта в количестве две штуки на пехотный полк!) не могла пробить броню

KB, а Т-34 могла поразить только в борт корпуса или при стрельбе с предельно малых дистанций в лоб;

— благодаря широким гусеницам и уникальному по мощности и экономичности дизельному двигателю Т-34 превосходил любой немецкий танк по запасу хода, проходимости и скорости движения по бездорожью;

— благодаря использованию двигателя, работающего на дизельном топливе, Т-34 и KB превосходили по пожаробезопасности любой немецкий танк, т.к. все без исключения немецкие танки работали на легковоспламеняемом бензине.

Превосходство в трех ключевых параметрах — огневой мощи, защищенности, подвижности — позволяет со всей определенностью говорить о том, что Т-34 и KB были танками совершенно другого качественного уровня, нежели самые лучшие по состоянию на лето 1941 г. танки вермахта.

Для самых внимательных читателей я готов сделать одно важное уточнение. Бронепробиваемость — категория вероятностная. В абсолютном большинстве случаев 37-мм немецкая противотанковая пушка броню Т-34 не пробивала. «Тридцатьчетверки» выходили из боя с десятками отметин от попаданий, но без единой пробоины. Именно после встречи с Т-34 немецкие солдаты дали своей 37-мм Pak-36 прозвище «дверная колотушка» (смысл этого черного солдатского юмора был в том, что постучать по броне снаряд может, но «войти внутрь» — нет). Не менее красноречивы и конкретные цифры потерь «колотушек». Так, к 1 ноября 1941 г. вермахт потерял на Восточном фронте 2479 Pak-36, что в 1,42 раза превышает потери всех артсистем дивизионного и корпусного звена, вместе взятых.

И в то же время на танкоремонтные базы поступали танки Т-34 с пробоинами от 37-мм снарядов. Такое действительно было. Почему? Точного ответа по каждому случаю не знает никто. Возможных причин — очень много. Например: место пробоины было ослаблено предыдущим попаданием другого снаряда; заводской брак при термообработке и/или сварке бронелистов корпуса; данный танк однажды уже горел, что привело к «отпуску» (снижению механической прочности) брони; наконец, 37-мм пушка стреляла по танку буквально «в упор», с нескольких метров, и снаряд попал в особо уязвимую зону борта корпуса в районе поддерживающих катков гусеницы. Да и само понятие «пробитие брони» не столь однозначно, как кажется на первый взгляд. Что считать пробитием? Сквозное отверстие на тыльной стороне бронелиста диаметром 1 мм? Или пробоину, через которую целиком прошла бронебойная «болванка»? Или пролом в броне размером с футбольный мяч? По принятым в Германии стандартам бронепробиваемостью считалась способность орудия в 50% случаев «перенести» через броню 70% массы бронебойного снаряда. Советские стандарты были жестче: 70% пробития с переносом через преграду более 90% массы снаряда...

После того как разглагольствования про «1,5 тысячи КБ и Т-34, а также некоторое количество безнадежных», стали уже восприниматься как старый и глупый анекдот, фальсификаторы решили зайти с другого фланга. «Безнадежно устаревшие Т-26 и БТ не надо принимать во внимание и учитывать в качестве танков не потому, что они хуже новейших Т-34 и KB, а потому что они гораздо хуже легких танков противника».

Чем же они хуже? Вооружением? Советские легкие танки были вооружены как минимум 45-мм пушкой. Как минимум — малой серией выпускались модификации с короткоствольной 76-мм пушкой. Легкие танки противника (чешские Pz-35/Pz-38, Pz-III ранних серий D, Е, F) вооружены 37-мм пушкой.

Число 37 явно меньше числа 45. К сожалению, многие забывают о том, что объем тела зависит от третьей степени линейных размеров, поэтому при сохранении геометрического подобия 45-мм снаряд будет в 1,8 раза больше 37-мм снаряда по объему и весу. Это — теоретическая схема (в реальности снаряды имеют разную геометрию и конструкцию). На практике 45-мм осколочный снаряд советской танковой пушки весил 2,13 кг, а осколочный снаряд немецкой 37-мм пушки весил всего лишь 0,69 кг. Более того, советские историки неизменно называли «танком» даже немецкий Pz-II, вооруженный 20-мм пушкой (вес снаряда — 148 грамм).

Подвижность, проходимость, запас хода? По этим показателям все танки конца 30-х годов, что называется, «стоили друг друга». Узкие гусеницы, весьма скромный (150 — 200 км) запас хода, достаточно условная проходимость по бездорожью. На этом сером фоне ярко выделялись лишь советские колесно-гусеничные танки БТ. Благодаря установке мощного 400-сильного авиационного двигателя БТ даже на гусеничном ходу развивал, скорость 52 км/час на шоссе и 35 км/час — на грунтовой дороге (чешский Pz-38, соответственно, 42 и 15, немецкая «тройка» — 40 и 20). На колесном же ходу БТ обгонял на шоссе грузовые автомобили...

Кто ищет — тот находит. Оказывается, советские легкие танки «безнадежно уступали» танкам противника по броне-защите. Да, это похоже на правду — если измерять «бронезащиту» в миллиметрах.