Читать онлайн «Арбатская повесть». Страница 26

Подобную серию снимков могли сделать лишь люди, знавшие день и час замышлявшейся диверсии…» (см.: Крылов А. Н. Некоторые случаи аварии и гибели судов. М. — Л., Государственное военно-морское изд-во Союза ССР, 1942, с. 24).

Есть и другие свидетельства такого рода, так что здесь Н. Залесский ничего не опроверг.

Второе, более существенное, — ссылка Н. Залесского на статью бывшего старшего офицера «Марии» Городысского, опубликованную в 1928 году в эмиграции, в Праге. Что же — это мнение одного Городысского, фигуры, кстати, еще совсем неизученной. То, что появлялось в белоэмигрантской печати, нередко исходило из мотивов, весьма далеких от установления истины.

Но если и признать свидетельство Городысского «чистым» фактом его, Городысского, мнения, то является ли это «решающим» доказательством? Конечно, нет!..

К размышлениям А. Елкина следует добавить здесь и мнение, высказанное в работе С. Я. Штрайха «Академик Алексей Николаевич Крылов». Здесь говорится:

«…Подозрение на злой умысел обосновывается существенными отступлениями на погибшем линкоре от требований устава по отношению к доступу в крюйт-камеры. Это объясняется халатностью, небрежным отношением некоторых представителей командования к порученному им дорогостоящему кораблю. При таких условиях создалась сравнительно легкая возможность осуществления злого умысла» (с. 163).

Спрашивается, почему выводы академика А. Н. Крылова, основанные на опросе всех свидетелей катастрофы на «Марии», исследовании всех материалов этого дела, нам должны казаться менее убедительными, чем мнение одного Городысского?..

Материалы об участии немецкой агентуры во взрыве «Императрицы Марии» и о связи с этой акцией окружения Распутина приведены в работе П. Мягкова «Германская военно-морская агентурная служба в мировой войне» и в десятках других исследований.

Кроме «прямых» любое следствие знает еще и систему «косвенных» доказательств. Думается, А. Елкин собрал подавляющее большинство из них…

Значит ли это, что в исследовании тайны «Императрицы Марии» поставлена последняя точка? Конечно, нет! Окончательные выводы, возможно, придут с находкой новых материалов…»

Я не ожидал такой реакции. Потоком и в редакцию, и к автору этих строк пошли письма. Писали люди самые разные…

Вот конверт с зарубежными марками. Пишет Рене Грегр, председатель Военно-исторического института ЧССР, член Комитета международной организации военно-морских историков:

«…Тайна гибели линкора «Императрица Мария» меня интересует, и хотя я не считаю себя таким экспертом, который бы мог игнорировать заключения, сделанные всему миру известным академиком А. Н. Крыловым, я позволю написать свое мнение о некоторых аргументах А. Елкина и вице-адмирала А. И. Сорокина…

Дело в том, что если вся аргументация основана на находке фотографий взрыва «Императрицы Марии» в Кенигсберге, то я могу эту версию легко опровергнуть.

1) Фотография гибели линкора «Императрица Мария» находится также в моей книге. Но я ее не получал из Центрального военно-морского музея в Ленинграде, хотя там хранится та же самая. Я могу точно сказать, кто привез тот снимок в 1918 г. из Севастополя в Германию, потому что я от этого человека и получил снимок.

Летом в 1918 г. появился в Севастополе молодой германский морской офицер — инженер Ханс Дресслер, который уже тогда был коллекционером фотографий кораблей. По его словам, он здесь собирал фотографии и между многими после войны привез домой также русский снимок гибели «Императрицы Марии»… И Дресслер обменял снимок, так что он даже в 20-х годах не был редкостью. Свидетельством тому может быть книга, изданная в 1930 г. в Германии, где приведена репродукция снимка…

2) А. Елкин и вице-адмирал А. И. Сорокин ссылаются на аналогию взрывов итальянских линкоров «Бенедетто Брин» и «Леонардо да Винчи», описанных в книге Х. Вильсона.

Но, несмотря на то что книга Вильсона издана уже давно и появились новые элементарные труды о развитии линкора в XX веке, я хотел бы указать на ошибки автора (Вильсона) и вытекающие отсюда ошибочные заключения советских авторов.

Хотел бы только добавить, что исследованием истории австрийского флота я занимаюсь уже свыше 30 лет и мой отец был офицером этого флота.

Вильсон утверждает, что гибель линкора «Леонардо да Винчи» является результатом якобы деятельности австрийской шпионской организации, но доказать это нельзя.

Вильсон не пишет, что первая комиссия пришла в 1915 г. к заключению, что «Бенедетто Брин» погиб потому, что загорелся весьма импульсивный порох (бриссолит), но злой умысел также нельзя было полностью исключить. К такому заключению пришла первая комиссия, исследовавшая гибель линкора «Леонардо да Винчи». Но между тем итальянская контрразведка напала на след австрийской (не германской!) шпионской организации. Но только ночью 26 февраля 1917 г. итальянской разведке удалось захватить документы сети этой организации в трезоре австрийского консулата в Цюрихе (Швейцария). И здесь итальянцы узнали, что австрийцы «подготовили» взрывы также на кораблях флота. Но «подготовить» — не значит еще сделать.

Если бы автор знал, что говорил агент, который якобы «подготовил» взрыв линкора «Леонардо да Винчи», шефу австрийской военно-морской разведки адмиралу фон Ризбек, вряд ли бы так решительно пришел к заключению о том, что оба итальянских линкора взорваны австрийскими «адскими машинами».

Агент говорил: «Адскую машину я дал между свежими овощами (!!!) днем, когда производилась погрузка амуниции (т. е. 2.8.1916 г.)». (Этому «рапорту» никто из австрийских офицеров не верил, и потому они хорошо знали, что взрыв был не их успехом!)

Итальянцы не так аккуратны, как немцы, но вряд ли на их линкорах овощи и фрукты находились в погребах, и я также не могу себе представить пожар… в холодильнике!

Но вторая комиссия пришла к заключению (еще до захвата австрийских документов!), что оба линкора погибли от взрывов «адских машин» австрийских шпионов! Почему так сделала, хотя «Леонардо да Винчи» даже был поднят после войны (1919 г.)? Итальянская армия через многие операции и большие потери на фронте успехов не добилась. А военно-морской флот? Здесь были только неуспехи и большие потери, хотя австрийский флот был значительно слабее итальянского. В таком положении нужно было кое-что сделать, чтобы и без того слабый боевой дух не упал еще больше, и не признавать собственную вину!

Остается сказать, что новая военно-морская литература (даже итальянская) не признает причинами потопления двух итальянских линкоров австрийский шпионаж, хотя такую возможность полностью не исключает.

Наконец, хотелось бы сказать, что, по моему мнению, повесть А. Елкина можно считать как попытку объяснить одну из возможных причин взрыва, о которых говорится в Заключении Комиссии по делу о гибели линкора «Императрица Мария». Но тайна остается неразгаданной, потому что документов нет и мертвые не говорят!..»

Затем в дискуссию вступил А. Мотрохов, контр-адмирал, тогда Главный штурман Военно-Морского Флота СССР:

«Когда происходит событие, подобное тому, каким является гибель русского линейного корабля «Императрица Мария» в Севастопольской бухте 7 октября 1916 года, — писал А. Мотрохов, — то его отзвуки, роковые последствия, догадки и предположения о возможных причинах трагедии продолжают будоражить человеческую память и пытливые умы даже после того, как пройдут многие десятилетия, и новые поколения станут свидетелями еще более трагических событий. И это вполне закономерно.

Сотни погибших людей во время катастроф не оставляют места равнодушию и безразличию ни у кого, кто хоть в какой-то мере связан с флотом и способен помочь другим приоткрыть завесу, скрывающую истинные причины трагедии.

Установление истины в этом случае, кроме научного и исторического значения имеет и общечеловеческие, чисто гуманные аспекты…

Когда причина катастрофы установлена однозначно, можно достаточно уверенно указать и конкретных виновников или, как это может иметь место в случае злонамеренных действий, определить круг лиц, служебные упущения которых позволили осуществление диверсии.

Если же однозначно версия не установлена, круг возможных виновников катастрофы чрезвычайно широк, и в этом случае подозрения могут коснуться многих лиц, не имеющих отношения к причинам трагедии.

Снять эти подозрения и тем более реабилитировать необоснованно обвиненных, независимо от того, когда это удастся сделать, благородная задача…

И если сейчас еще, может быть, рано говорить о том, что поиск завершен, то одно не вызывает сомнений — автору повести «Тайна «Императрицы Марии» впервые удалось собрать наиболее полно документы, факты, высказывания и предположения о причинах гибели русского линкора и вплотную приблизиться к разгадке тайны.