Читать онлайн «Кельтская цивилизация и её наследие». Страница 40

Схема городов была единообразной и была приспособлена военным нуждам. В центре был форум, площадь — место народных собраний и рынок, затем храм, базилика для официальных актов и отправления правосудия. На форуме перекрещивались пути, вокруг форума были расположены торговые кварталы и мастерские, на периферии в просторных домах с колоннадами жила аристократия. Строились прочные дороги — шоссе, в большинстве случаев на средства городов и собственников земли. Равно и колонизационная деятельность Рима в рейнских областях имела важное значение, которое можно приравнять к значению строительства в средние века. Возникали великолепные постройки и в сельской местности. Кроме домов вельмож скорее городского характера (вилла урбана), строились виллы–усадьбы (вилла рустика) с просторными жилыми и хозяйственными зданиями.

Безопасность провинции и всей империи обеспечивалась отборными войсками, римскими легионами, которые позже дополнялись вспомогательными отрядами из местного населения. Границы с германским миром на Рейне и Дунае требовали сильной и постоянной защиты, и десятитысячные гарнизоны проводили здесь долгие годы. Постепенно возник крепостной пояс с военными лагерями (кастра и касталли) римских гарнизонов, с небольшими крепостцами и сторожевыми башнями. В первых двух веках эта военная граница (limes romanus, рис. 50) установилась в прирейнских областях, откуда тянулся пояс соединительных укреплений до самого Дуная, и продолжалась по Дунаю до Карпатской котловины. Военные лагери были весьма благоустроенными, что должно было облегчить жизнь легионеров, прибывающих из южных стран, на негостеприимном и суровом севере. В жилые помещения подводилось центральное отопление (bypocaustum), сооружались бани (balneum) и вводились другие усовершенствования. Под защитой крепости вырастали «canabae», посёлки маркитантов и торговцев, так что возникал целый военный город с собственным амфитеатром; неподалёку часто вырастал второй город, гражданский, в котором также было всё необходимое для обеспечения высокого жизненного уровня населения. При галльских городах затем возникали колонии ветеранов, отставных военнослужащих. Все эти существенные перемены оказывали влияние на жизнь как в Галлии, так и в провинциях на восток от Галлии, в Реции, Норике и в Паннонии до самой нынешней будапештской области.

Рис. 49. Некоторые боги Галлии галльско–римского периода: 1 — Эпона, покровительница лошадей (рельеф, Кастель Аллемань); 2 — Бог с коклюшками (бронза, Вьенна, Изера); 3 — Три богини–матери (рельеф из Вертоль, Кот–д’Ор). Музей Шатильон–сюр–Сен; 4 — Меркурий с четырьмя лицами (бронза, Бордо, Кабинет медалей); 5 — Нантосуэльта и Суцеллус, стела с посвящением из Сарребурга; 6 — Галльско–римский юпитер с колесом и спиралями, бронза. Шателе, От–Марн (П.–М. Дюваль Lеs deux de la Gaulе.)

Таким образом, победа Рима в Галлии не принесла с собой социальной революции. Большинство населения по–прежнему жило в деревнях, было более прочно привязано к земле. Романизация проникала туда значительно медленнее. Именно это деревенское население сохранило язык, старый быт, старые нравы и обычаи и иногда мятежами пыталось пресечь процесс колонизации и романизации. Кроме того, эти широкие круги с собственной продукцией сохраняли также старые технические знания и производственные методы, приспосабливая их к изменявшимся требованиям, так что галльские мастерские продолжали работать и в римскую эпоху и даже стали основой всего провинциально–римского производства.

Развитое кельтское производство керамики было предвестием крупного керамического производства в римский период. «Терра сигиллата», особо клеймёная благородная керамика с тонким красноватым покровом, часто украшенная рельефными фигурными и растительными мотивами, первоначально, т.е. в первом веке до нашей эры, производилась в Италии, в частности в Ареццо (ареццинские товары). Позже, при Тиберии, производство было перенесено в Галлию, сначала на юг, затем в центр и наконец в прирейнские области. Вскоре возникли мастерские во многих местах: в Ля–Грофесенк на юге, в Лезу в средней части, в Рейнцаберне и в ряде других мест, иногда и на другом берегу Рейна. Однако крупные гончарные мастерские арвернов в Ля–Грофесенк и в Лезу (Пюи–де–Дом) работали ещё до прихода римлян и снабжали значительную часть Галлии своими кувшинами и мисками. Производство благородной керамики, следовательно, перемещалось из Италии в галльские области со старой гончарной традицией, а отсюда изделия развозились не только в провинции, но и в области, расположенные севернее, в современную Германию, Польшу и в Чехию. Об участии местных гончаров в этом производстве свидетельствуют также клейма мастеров с галльскими именами. Это относится и к изготовлению бронзовых сосудов, поскольку позже им занимались в Галлии и в прирейнских областях, и к стекольной промышленности, которая в Галлии и особенно в рейнских областях в римскую эпоху пустила глубокие корни. С первыми шагами стекольной индустрии мы познакомились уже в период расцвета оппидумов, в которых по существу рождалась слава этой производственной отрасли.

В остальном, разумеется, общественная жизнь находилась под сильным влиянием италийских обычаев. И в старые кельтские верования в значительной степени проникали ныне римские представления, для старых кельтских богов находились соответствующие им боги в римском пантеоне, их имена отождествлялись и смешивались. Под влиянием римской среды и в кельтском мире появляется также храмовая архитектура более чёткого типа. С того времени, как начало сказываться непосредственное римское влияние, начиная с рубежа старой и новой эр, а затем и в эпоху Римской империи, воздвигаются многоугольные или круглые храмы, обычно с внешней галереей. В настоящее время таких храмов известно множество как на территории треверов и медиоматриков на Мозеле и Саре, так и на территории эдуев и мандубиев между истоками Сены и Верхней Луарой и далее на запад; мы находим их также в Британии, главным образом там, где поселились племена белгов, реже в Реции и Паннонии. Они воздвигались в стороне от поселений, что говорит о старых религиозных представлениях о священных местах на вершинах холмов, у истоков рек или на перекрёстках. Центром этих святилищ являлось небольшое помещение (cella), часто овальное, диаметром лишь 5—10 м; вокруг этого центрального помещения шла терраса, с внешней стороны открытая или с колоннадой. Эти святилища были местами культа кельтских божеств, в их устройстве перемежаются кельтские и римские элементы. Некоторые исследования, например в Трире, дают возможность предполагать, что в более старое время такие постройки воздвигались из дерева, но уже в I веке появляются каменные постройки на известковом растворе, как многоугольные, которые часто считаются более древним типом, так и круглые. Небольшой храм в Бибракте (Dea Bibracte) относится, по всей вероятности, к периоду, когда население уже переселилось в новый город Августодун (Отен); это подтверждается и тем фактом, что в храме было найдено 107 галльских монет и лишь 10 римских.

Рис. 50. Укреплённая граница на Рейне и Дунае и главные лагери римских войск

Равно и в скульптуре, как и в прочих отраслях, сказывается римское влияние. Более полное использование пластической формы и более реалистический подход вытесняли старую кельтскую стилизацию и схематизацию как при изображении людей, так и животных. Кроме старых местных изображений кабана, собаки, коня, галльского петуха появляются изображения и чужеземных экзотических животных — льва и другие восточные мотивы. Статуи людей или головы из камня и бронзы обрабатываются совершеннее, реалистичнее, но старый кельтский характер сказывается и здесь, как в типично кельтском щите, которым вооружён галльский воин из Мондрагона (таб.XIX), так и в кельтском оружии и в символах на триумфальной арке в Нарбоне или в блестяще исполненной бронзовой голове кельтского жителя современной Швейцарии (таб. XXI), которая несёт следы кельтской орнаментики в отделке волос и бороды. О многочисленных мелких вотивных статуэтках этого времени мы упоминали уже выше.

Часто трудно различить, что является произведением местного галльского художника, а что — работой того, кто несколько обжился в Галлии. Галльская атмосфера влияла и на художников, переселявшихся из других областей. Отдельные элементы взаимно переплетались. Влияние древнего кельтского искусства сказывается и в последующие эпохи, во времена меровингов, каролингов и даже во времена романского и готического стилей; оно проявляется и в пластике, где используются отдельные декоративные мотивы, в изображении человеческих голов и в их сочетаниях (Сен–Бенуа–сюр–Луар). Разумеется, над Францией пронеслось между тем много бурь, на неё напирали германцы, алламаны, а затем франки, она почувствовала и давление гуннов при Аттиле; местная среда, таким образом, воспринимала много новых веяний.