Читать онлайн «Древняя Греция». Страница 114

Судьба Греции решалась в битве при Херонее (338 г. до н.э.). Против греков македонцы выставили войско опытных воинов (Филипп, Александр, Антипатр). В битве победу одержали македонцы, греки потеряли тысячу человек убитыми и две тысячи ранеными. Демосфен сражался в центре рядовым гоплитом и ушел одним из последних с поля боя (хотя Плутарх утверждал, что он сбежал). Афинский народ считал иначе, оценил его мужество, поручив ему произнести надгробную речь в память воинов, павших при Херонее. Дальнейшие события были катастрофическими для судеб Афин. Несмотря на смерть Филиппа, Александр Македонский захватил Фивы. К власти в Афинах пришла македонская партия. Уже тогда многим было ясно, что это партия врагов отечества и предателей своей родины. Они тут же набросились на Демосфена, в котором народ всегда видел защитника. Голову великого оратора у афинян потребовал и Александр Великий, но в битве главы компрадоров (Эсхина) и оратора народа (Демосфена) победу вновь одержал последний. Эсхина подвергли штрафу и удалили в изгнание. Демосфена же народ наградил золотым венком за заслуги перед родиной. Борьба греков против македонского господства не утихала.

Вначале борьба шла успешно, но в итоге войско греков, состоявшее из многих отрядов наемников, вновь потерпело поражение (322 г. до н.э.). Пришлось идти на позорный мир (платить контрибуцию, пускать в свои гавани чужие гарнизоны). Так в Афинах была уничтожена демократия. Управлять страной захватчики поставят сговорчивых богачей. Демосфена и ряд патриотов приговорили к смерти. Он укрылся в храме Посейдона на о. Калаврии. К нему прислали актера Архия с наемниками для того, чтобы тот силой взял его и выдал в руки македонскому царю Антипатру. Тогда Демосфен, взяв перо, что служило ему на протяжении жизни в написании речей, надкусил его конец, где был запрятан смертельный яд. Афиняне воздвигли ему медную статую на городской площади, где он был изображен со скорбным выражением лица и сжатыми в отчаянии руками. Внизу на постаменте надпись:

Истинные корни причин поражения афинян глубже… О них Демосфен сказал так: «У Филиппа было, граждане афинские, важное преимущество… у эллинов – не у каких-нибудь одних, но у всех одинаково – оказался такой урожай предателей, взяточников и враждебных богам людей, какого еще никогда не бывало прежде, насколько помнят люди. Их он и взял себе в соратники и сотрудники и с помощью их довел эллинов, у которых и прежде были плохие отношения и нелады друг с другом, до еще худшего состояния, одних обманывая, другим что-нибудь давая, третьих всякими способами обольщая, и таким образом разделил их на много партий, а между тем для всех польза была в одном – не допускать, чтобы он становился сильным». Тех людей, которые обрекли Демосфена на смерть, настигла карающая рука судьбы. Подтвердились слова оратора: первыми изменники себя предают. Их казнят сами же македонцы, в глубине души презиравшие предателей.

Казнь предателей (месть Одиссея)

Не касаясь второстепенных деталей противоборства Афин и Македонии, обрисуем суть спора. В основе конфликта лежали военно-политические и идеологические интересы. Греция, состоящая из городов-государств (Афины, Спарта, Фивы, Олинф), представляла собой «демократию». Македония же была монархией и тоталитарной деспотией. Населенная фракийцами, та казалась грекам варварской страной. Греки смотрели на фракийцев как на клятвопреступников, полудикарей, как на народ с отсталыми политическими учреждениями и слабым войском. Одним словом, то был в их глазах «реликт догомеровской эпохи». Поведение Македонии во время греко-персидских войн, Пелопоннесской войны также не способствовало проявлению к ней симпатий греков. Александр I открыто сотрудничал с персами, состоя при армии Ксеркса в качестве агента влияния. Он советовал афинянам капитулировать, уверяя, что персов им все равно не дано одолеть, и выдал сестру за перса. Если же говорить о планах наследников царя, то Пердикка и Архелай хотели объединить Верхнюю и Нижнюю Македонию и тем самым выдвинуться на передний план общегреческой политики. Архелай усилил войско, предпринял шаги к эллинизации Македонии, был поборником просвещения, покровителем литературы, искусства и наук. Но с убийством Архелая страна погрузилась в пучину анархии. Македонская знать вернулась к охоте, попойкам, содомии как обычной практике их сексуальных развлечений, оставив скучные и однообразные занятия музыкой или литературой. Одним словом, в глазах многих греков они выглядели чем-то вроде дикого Пана.

Портрет царя Филиппа I

Но вот в 382 году до н.э. на свет появился Филипп II, почти одновременно с Демосфеном (384 г. до н.э.). К тому времени безнравственность и цинизм династии Аргеадов перешла все мыслимые границы. Македонским правителям было наплевать на положение их страны. Они униженно раболепствовали не только перед Афинами, но и перед Фивами, все более набиравшими силу, превращавшимися в могущественный полис. Туда в качестве заложника и был направлен пятнадцатилетний юноша Филиппа. Там он получил возможность пройти прекрасную выучку у знаменитых греческих военачальников – Паммена и Эпаминонда. Последний был известен прежде всего тем, что разбил непобедимых спартанцев при Левктрах. Это был лучший греческий полководец до появления Александра Великого. Филипп понял настоятельную необходимость тщательной выучки и подготовки войска, перенял у фиванцев приемы профессионального отношения к делу. Все, что составляло тайну военного дела (вопросы тактики, взаимодействие родов войск, сочетание тактики и стратегии, планирование действий штаба и непосредственно солдат и офицеров), все было им изучено и взято на вооружение.

Македонская фаланга

Он усвоил важнейший принцип: «Самый лучший способ с наименьшей затратой сил победить противника – нанести ему удар не с самой слабой, а с самой сильной стороны». В конечном счете он настолько хорошо изучил действия фиванского «священного отряда», что тридцать лет спустя вместе с сыном ему удалось наголову разбить элитное фиванское подразделение. Помимо прекрасной военной выучки, наблюдая за греческими полисами, Филипп понял, быть может, и самое главное – демократия как политический строй не выдерживает в серьезной схватке с грозным противником, если борьба не скоротечна, а продлится долгое время.

Он видел, как между различными полисами греков (и даже внутри них) идет постоянная грызня, как порой преступно медленно, неэффективно принимаются решения (часто бесполезные из-за противоборства спорящих сторон), как выборы на деле становятся фикцией, ибо потом власть, ни за что не отвечая, все свои грехи валит на народ (мол, сами же нас избрали), как отсутствие профессионализма в войске и болтовня довершают общую невразумительную картину их правления. Филипп, искусный военачальник и хитрый политик, все это запоминал, брал на вооружение. Он понял, что главное условие успеха любой страны – это железное единоначалие, абсолютное и беспрекословное подчинение воле царя и главнокомандующего.

Херонейская равнина

Тогда же родилась идея создания македонской фаланги, лучшего на то время в мире соединения тяжелой пехоты, вооруженного длинными копьями-сариссами. Тараном войск служила военная фаланга (Полибий скажет: «страшный зверь, ощетинившийся тысячью копий»). Македонскую фалангу не могли остановить ни боевые слоны, ни страшные колесницы персов, ни скалы Тира. Армия македонцев постоянно тренировалась, училась соблюдать дисциплину и организованность. После ряда успешных войн (с иллирийцами и другими) Македония стала представлять собой весьма грозную силу. Благодаря притоку золота в македонскую казну годовой доход Филиппа возрос до 1000 талантов (для сравнения: столько же в V в. до н.э. имели Афины – от своей огромной морской империи). Филипп стал чеканить и золотую монету – статиры. Он назвал их «филиппами» (видимо, в противовес персидским «дарикам», что были названы по имени царя Дария), а также серебряные шекели. В итоге менее чем за четыре года Македония превратилась из захолустного царства в одно из сильнейших государств Эллады. Так вызревал неизбежный конфликт с Афинами.

Как уже говорилось, Демосфен обрел громкую известность в Афинах благодаря речам, прозванным филиппиками, поскольку те направлены были против Филиппа, царя Македонии. Вначале, недооценив противника, Демосфен говорил о нем с презрением – «этот македонский Филипп». Но, поняв серьезность положения, он стал требовать от народа концентрации сил и средств ради борьбы с Филиппом. В борьбе против него Афины потерпели ряд поражений (349, 347, 338 гг.). Демосфен выступал против македонской партии, к которой принадлежал Исократ. Он обвинял тех, кто жил за счет Филиппа, продавая национальные интересы, – ряд богачей и именитых граждан Афин. Они охотно продавали интересы Афин, отдав Грецию в руки Филиппа Македонского, уклонялись от повинностей, в результате чего вся тяжесть расходов в государстве ложилась на бедных. При этом они не стыдились называть себя «друзьями» и «гостеприимцами» владыки Македонии. Важную роль в направлении общественного мнения в пользу Македонии сыграли такие люди, как Фокион и Эсхин. Но если Фокион, один из вождей партии мира, был неподкупен, честен и справедлив (афиняне 45 раз выбирали его в стратеги, он выступал против схватки с Филиппом из соображений общегреческой пользы), то иные цели ставил Эсхин. Это был циник и прагматик. Видя, сколь силен (да еще и щедр) Филипп, он стал его тайным эмиссаром, доверенным лицом. Когда Афины направили к македонскому царю посольство во главе с Демосфеном и Эсхином, тех потрясла роскошь приема. Филипп их переиграл и сумел навязать мирный договор. Эсхин, действуя по инструкциям царя Филиппа, рьяно помогал разоружить Афины (те сдали союзников, как наши бывшие вожди эти политические ничтожества, сдавали и предавали вчерашних друзей в Германии, Сербии, на Кубе).