Читать онлайн «Когда крестилась Киевская Русь?». Страница 55

Эта мысль выглядит совсем естественно. Тем не менее, с точки зрения “учебника истории” она выглядит не очень логично. В самом деле: если новый “славянский” алфавит изобрели сами византийцы, причем — как часто подчеркивают некоторые филологи — просто “приспособили” греческий алфавит для нужд славян; если перевели св. Писание и другие книги на славянский язык; если все в славянских книгах — перевод, пересказ и переработка более ранних греческих произведений; если все церковные обряды заимствованы у византийцев, то всякое предположение о том, что византийцы могли относиться отрицательно к славянским религиозным книгам выглядит не то что глупо, а просто результатом больных фантазий. И надо сказать, что многие ученые считают именно так.

Однако обнаружив, что раннее болгарское и русское христианство не только не произошли от византийского православия, но и считались ересью по отношению к нему, столкнувшись с фактом разрушения церквей, мы можем совсем по-другому рассмотреть и вопрос о преследовании, исправлении и уничтожении старых болгарских и русских — “доправославных” — книг.

Начнем с изменений в структуре, иерархах и храмах Болгарской церкви вскоре после ее покорения византийцами. Вот как описывает развитие церковных дел в Болгарии в этот период А. Чилингиров:

"После смерти архиепископа Иоанна Охридского (в 1037 г. — ИТ)… Цареградская патриархия поставила во главе Болгарской архиепископии грека Льва Пафлагонского; от ее диоцеза отняли большое количество епископий… болгарский язык был выведен из употребления в церковной службе… болгарских священников низвергли и заменили греческими, церкви — частью разрушили, частью перестроили, в перестроенных замазали известью старые стенописи, сделали новые и заново освятили, а канонизация болгарских святых была объявлена незаконной." (ЧИЛ4 с. 71)

Почти то же самое мнение выражал Д. Оболенский. Он писал, что присоединение Македонии, Фракии и северо-восточных провинций Болгарии к Византийской империи поставило начало насильственной византинизации этих областей — процесс, продолжившийся до 1186 г.; что греческий язык стал официальным и церковно-служебным языком архидиоцеза, а структура Болгарской церкви — «средоточием крайнего эллинизма». (ОБОД с. 120)

Несколько более сдержано и прозаично описывает эти действия М. Приселков, но суть та же:

"… независимое положение и устройство Охридской архиепископии продолжалось лишь до смерти архиепископа Иоанна, когда византийский император поставил на его место Льва, "первого из римлян", открывшего собою длинный ряд архиепископов-греков, назначаемых самими императорами, так что архиепископия Охридская, заведуя церковью всего болгарского народа, совершенно превратилась из болгарской в греческую, став центром огречивания болгар." (ПРИ с. 44)

По поводу «исчезновения» болгарских книг в ту пору русские исследователи выражали разные мнения. Например Подскальский писал почти то же самое, что мы видим в приведенных выше цитатах: что в Болгарии в эпоху византийского господства уничтожались славянские книги и насаждалась греческая иерархия (ПОД; см. ЛИТ с. 310). По-другому объясняют это исчезновение авторы ФТИ:

"Древнейшее же славянское Пространное Житие Климента, отразившееся отчасти в греческом, составленном Феофилактом Охридским, и в латиноязычном памятнике чешской агиографии конца X в. — Легенде Кристиана, — погибло либо полностью вышло из обращения не позднее XII в. Вероятно, невольным виновником его гибели явилось именно сочинение Феофилакта. С появлением нового житийного текста на греческом языке нужда в его славянском предшественнике окончательно отпала, и о сохранности этого и тогда уже редкого (если не уникального) памятника перестали заботиться." (ФТИ с. 147)

Мы не будем обсуждать вопрос о том, действительно ли «отпала» нужда в аутентичном житии Климента, или появилась необходимость удалить «еретические» имена и детали в нем (что вызвало написание жития заново). Только отметим, что новые факты о происхождении и характере старого болгарского христианства и его литературы вызывают необходимость пересмотра подобных объяснений.

Конечно, люди, вещи, книги — все стареет и постепенно выходит из употребления. Старые книги гибли по разным причинам. И все же, так как в старину книги стоили дорого, люди обычно заботились о них. Но еретические книги — совершенно иной случай. Их очень часто безжалостно уничтожали.

Так что произошло со старыми болгарскими книгами?

Любопытный пример показан на рис. 19-1. Там мы видим куски старой болгарской рукописи XIV в., использованные для подклейки переплета греческой книги.

Отметим, что в России те же самые болгарские книги продолжали переписываться и служить (хотя и в «исправленных» и отредактированных списках) еще столетиями. Почему русские не торопились заменить их “новыми”, греческими? Может быть потому, что не были в состоянии оценить по достоинству православные греческие книги, распространившиеся в Болгарии, и позаимствовать их?

Судьба старых русских книг

Коль скоро первые христиане Киевской Руси придерживались тех же «еретических» с точки зрения православия взглядов, то по логике вещей их книги тоже должны были бы подвергнуться уничтожению и исправлению. И действительно, хотя и не такими брутальными мерами и с гораздо меньшим успехом, «зачистка» текстов проводилась и на Руси.

Вернемся на минуту несколько веков назад, в 1037 год. Тогда Цареградская патриархия возвела в Охридские архиепископы грека Льва Пафлагонского, а в Россию отправила нового киевского митрополита Феофилакта. С этого времени, пишет А. Чилингиров,

"греческие митрополиты прилагают всевозможные усилия для того, чтобы стереть любое воспоминание о связях с болгарской церковью и любые воспоминания о болгарских святых. После канонизации Бориса Владимировича, посвященным ему днем в церковном календаре становится 2 мая, и таким образом заменяется болгарский святой князь Борис, память которого отмечалась в тот же день 2 мая.” (ЧИЛ4 с. 71–72)

Поясним: до “эпохи Феопемпта” 2-го мая Киевская церковь отмечала день святого Бориса, болгарского князя. Канонизировав сыновей Владимира — Бориса и Глеба — византийские иерархи Киевской церкви поставили день чествования их памяти на 2-ое мая и таким образом “убрали” св. царя Бориса из церковного календаря. Об этих действиях «православных» фальсификаторов имеются выразительные свидетельства. Таким является случай с изображением св. князя Бориса Болгарского в рукописи Учительного евангелия Константина Преславского в Государственном историческом музее в Москве, Син. 262, fol. 1., где под изображением, на котором написано «святой Борис» ("сты Борисъ"), кто-то в XII в. добавил "Борисъ Глебъ" — по-видимому, для того, "чтобы пояснить, о ком идет речь" (ЧИЛ4 с. 111).

Список подобных “удалений” неугодных святых можно продолжить. Например, “исчез” из церковного календаря киевских христиан и св. Климент Охридский; его заменили св. Климентом Римским.

Следы этих “реформ” остались, например, в старых синаксариях и минеях. Считается, что из всей литературы "домонгольского периода" в Киевской Руси меньше всего сохранились именно минеи. Но в немногих уцелевших недостает некоторых листов — их кто-то вырвал. И сделал это отнюдь не случайно: на вырванных листах были как раз дни болгарских святых (ЧИЛ4 с. 111). После всего этого трудно усомниться в том, что это была осознанная чистка «еретических» имен и деталей.

Интересен и случай с Остромировым евангелием. Мы уже занимались миниатюрой с изображением св. Луки в главе одиннадцатой. Напомним читателям мнение Чилингирова о том, что лист с этой миниатюрой вырван из более старого списка (скорее всего болгарского происхождения), и дополнительный довод, подтверждающий это — запись имени святого в форме

Чилингиров утверждает, что в сохранившемся списке использованы три листа из оригинала — с миниатюрами трех из евангелистов. По-видимому, они очень понравились писцу новой рукописи и он решил сохранить их, возможно потому, что сам не мог нарисовать такие миниатюры.

Но тогда получается, что в целом оригинал был в неплохом состоянии (как и листы с изображениями трех евангелистов), и его переписали по другим причинам. Зная об «еретичности» раннего болгарского христианства, логично предположить, что именно из-за «ереси» и был переписан — скорее всего, переработан — оригинал.

Узнав о судьбе старых русских книг и традиций, связанных с болгарскими христианами, мы уже можем согласиться с тем, что такая же «чистка» проводилась (и даже куда более усердно) и в болгарских землях, где церковное руководство осуществляли исключительно византийцы.