Читать онлайн «Вторая мировая война». Страница 150

Основную тяжесть удара русских приняли на себя войска группы армий «Центр» под командованием Буша, который сменил на этом посту Клюге, получившего тяжелое ранение в автомобильной катастрофе. Хотя в течение зимы русским не удалось прорвать оборону противника на этом участке фронта, Буш и его подчиненные хорошо понимали, насколько близки были русские к успеху, и теперь сомневались, сумеют ли они выдержать новый удар в благоприятных для наступающих условиях. В предвидении этого удара Буш хотел отвести свои войска к р. Березина, то есть на 90 миль к западу. Но Гитлер и слышать не хотел о каком-либо отходе.

Теппельскирх, сменивший Хейнрици на посту командующего 4-й армией, несколько смягчил удар русских, отведя свои войска к позициям в верхнем течении Днепра. Однако в целом это не дало эффекта, так как русские сосредоточили основные усилия в районах, где они сумели вклиниться в позиции немцев еще до начала кампании.

На севере русские овладели Витебском, нанеся удары по сходящимся направлениям силами Баграмяна между Витебском и Полоцком и силами Черняховского между Витебском и Оршей. Витебск был занят на четвертый день операции. Русские образовали огромную брешь в позициях немецкой 3-й армии. Создалась возможность продвигаться на юг, к шоссе Москва — Минск, и создать угрозу тылу немецкой 4-й армии, которая сдерживала натиск войск Захарова. Опасность положения этой армии увеличилась после того, как войска Рокоссовского нанесли удар севернее Припятских болот в полосе обороны 9-й армии. Прорвав оборону немцев у Жлобина (этот город был занят на четвертый день операции), Рокоссовский форсировал Березину и двинулся в обход Бобруйска. 2 июля его танковые соединения вышли к Столбцам, в 40 милях от Минска, перерезав шоссейную и железную дороги на Варшаву.

Благодаря возросшей мобильности своих войск русские получили возможность вести наступательные действия на таком обширном пространстве, что все попытки немцев сдержать их натиск оказались безуспешными. В течение недели русские армии продвинулись на 150миль. Вслед за танками двигалась мотопехота. Войска Рокоссовского с севера приближались к Минску, угрожая перерезать дорогу на Вильнюс. Находившаяся в резерве танковая армия Ротмистрова нанесла удар вдоль шоссе Москва — Минск и 3 июля овладела Минском, пройдя за последние два дня около 80 миль.

В первую неделю на северном участке полосы наступления было взято 30 тыс. пленных, а на южном — 24 тыс. пленных. У Минска попало в окружение около 100 тыс. немецких войск. Хотя путь отхода на Минск был отрезан, части сил 4-й армии Теппельскирха удалось избежать уничтожения и отойти на юг, воспользовавшись проселочными дорогами, по которым долгое время немецкие войска не продвигались, опасаясь русских партизан. Группа армий «Центр» была фактически разгромлена, потери в общем составили 200 тыс. человек.

Западнее Минска немецкие войска попытались задержать наступление русских, но, поскольку не было удобного естественного рубежа и не хватало сил для обороны все расширяющегося участка прорыва, эта попытка оказалась неудачной. Русские легко обходили те города и населенные пункты, где немцы пытались организовать оборону, и стремительно продвигались к Вильнюсу, Гродно, Белостоку и Бресту. 9 июля русские вступили в Вильнюс, а 13 июля, когда мобильные части обошли его с севера и юга, полностью овладели этим городом. В тот же день другие части русских войск вошли в Гродно.

К середине июля русские не только очистили от врага всю Белоруссию, но и заняли половину северо-восточных районов Польши, подошли к границам Восточной Пруссии и оказались в 200 милях за флангом группы армий «Север», которой командовал Фриснер и которая все еще удерживала подступы к Прибалтийским республикам. Войска Баграмяна находились ближе к Риге, чем позиции войск Фриснера. Почти так же близко к Балтике продвинулись войска Черняховского, вышедшие к Неману за Вильнюсом. Получалось так, что на возможных путях отхода группы армий Фриснера создавалось двойное кольцо окружения. Положение войск Фриснера еще больше осложнилось, когда русские перешли в наступление в районе Пскова. Здесь удар нанесли войска 3-го Прибалтийского фронта под командованием Масленникова и войска Еременко.

Тем временем возросло напряжение для немецких войск на фронте в целом, поскольку 14 июля русские начали давно готовившееся наступление южнее Припятских болот, между Тарнополем и Ковелем. Оно велось в двух направлениях: на правом фланге — через Буг к Люблину и р. Висла, навстречу наступавшим войскам Рокоссовского, а на левом фланге, у Луцка, — в обход Львова с севера.

27 июля войска Конева овладели Львовом. К этому времени передовые части уже форсировали р. Сан в 70 милях западнее Львова. Об огромных масштабах наступления русских свидетельствовало овладение Станиславом у подножия Карпат, Белостоком и железнодорожным узлом Шяуляй на пути из Риги в Восточную Пруссию. Все эти пункты были заняты в один день. Занятие Шяуляя осуществили стремительным броском танки Баграмяна. В результате немецким войскам на северном участке фронта грозила полная изоляция.

Однако прорыв в центре превзошел этот крупный успех. Еще 24 июля левое крыло войск Рокоссовского овладело Люблином, в 30 милях от Вислы и в 100 милях от Варшавы. Рокоссовский умело воспользовался тем, что немецкие армии были разобщены Припятью и что в их рядах началась паника, вызванная наступлением соседей Рокоссовского слева. 26 июля подвижные части войск Рокоссовского вышли к Висле, стремительно продвигаясь к Варшаве. На следующий день немцы оставили Брест. В тот же день, обойдя этот город, русские войска подошли к Седлице, в 50 милях западнее Бреста и всего в 40 милях от Варшавы.

В Седлице немцы на некоторое время задержали продвижение русских и оказали сравнительно упорное сопротивление на Висле. В ночь на 29 июля войска Рокоссовского захватили пять плацдармов за Вислой.

31 июля мощным ударом во фланг немцы были выбиты из Седлице, а войска Рокоссовского достигли окраин Праги — пригорода Варшавы на восточном берегу Вислы. Когда на следующее утро немцы начали отходить по мостам в Варшаву, руководители польского подполья решили, что наступил благоприятный момент поднять восстание в городе.

Этот день ознаменовался важными событиями и на Балтике. Танки генерала Обухова из состава войск Баграмяна заняли Тукумс на побережье Рижского залива, пройдя за ночь около 50 миль. Таким образом, путь отхода войск группы армий «Север» был отрезан. Войска Черняховского заняли Каунас, столицу Литвы, и, продолжая развивать наступление, подошли к границам Восточной Пруссии со стороны Инстербурга. 8 августа войска Конева захватили крупный плацдарм на западном берегу Вислы, в 130 милях южнее Варшавы, вблизи Бараново, при впадении р. Сан в Вислу.

Для Германии настал критический момент. На западе фронт немецких войск рушился под ударами союзников. В тылу также было далеко не спокойно. 20 июля заговорщики пытались совершить покушение на Гитлера. В заговоре участвовало несколько генералов. Отсутствие точной информации о том, что произошло в ставке Гитлера, а затем страх перед репрессиями парализовали работу многих военных штабов.

После того как в штаб-квартире Гитлера в Растенбурге (Восточная Пруссия) разорвалась бомба, все участники заговора в штабах групп армий получили телеграмму с сообщением, что Гитлер убит. Опровержение этого известия по немецкому радио, естественно, вызвало ажиотаж, обусловленный стремлением узнать подробности случившегося. В телеграмме в штаб Фриснера заговорщики, сообщая об убийстве Гитлера, давали указание немедленно отвести войска, чтобы избежать всякого риска «повторения Сталинграда». На Восточном фронте, как и на Западном, покушение на Гитлера привело к сильной перетряске в командовании немецких войск.

Меньше других репрессии коснулись группы армий «Центр». Причиной этому был Модель, который сменил Буша сразу же после начала наступления русских. Буш не выдержал двойного натиска — нажима русских армий и бесконечных укоров со стороны Гитлера. Когда немецкие армии вторгались в Россию в 1941 году, Модель был всего-навсего командиром дивизии. В 1944 году ему исполнилось 54 года, то есть он был примерно на десять лет моложе большинства высших военных руководителей Германии. Своей головокружительной карьерой Модель обязан все той же беспощадности, какую он проявлял, будучи командиром дивизии.

Пользуясь необычной терпимостью к нему со стороны Гитлера, Модель часто действовал по своему усмотрению, отводя войска из-под ударов, и не раз игнорировал распоряжения, поступавшие от высшего командования. Именно такая свобода инициативы, а не какое-то мастерство при отводе войск, позволила Моделю спасти оказавшиеся под угрозой уничтожения армии. В то же время доброжелательное отношение Гитлера к принимаемым им решениям стимулировало Моделя больше проявлять верноподданические чувства. Он первым из военных руководителей выступил с заявлением, в котором всячески поносил участников заговора и заверил Гитлера в преданности германских сухопутных войск своему фюреру. Развитие военных событий только утвердило то доверие, которое Гитлер питал к Моделю.