Читать онлайн «Гражданская война, террор и бандитизм (Систематизация социологии и социальная динамика)». Страница 101

Можно отметить закономерность "мирного процесса", он всегда кончается войной или хотя бы предшествует ей. Если эта закономерность до сих пор не выделена, то причина тому опять таки психология субординантного голема. Этот голем не хочет признавать свои ошибки. Он предпочитает повторять их снова и снова. Нобилевские премии мира продолжают раздовать. Для меня, разумеется, представляют интерес премии мира полученные израильскими лидерами. Понуждаемый Президентом США Джими Картером, израильский премьер-министр Менахем Бегин вел переговоры о мире с Президентом Египта Анвар Садат. Соглашение о мире было подписано в 26 марта 1979. Бегин и Садат были удостоены Нобилевской премии мира.

Возможно, харизматический египетский президент Садат искренно стремился к миру, но 6 октября 1981 года его застрелили члены мусульманской религиозной оппозиции. Стрельба по лауреатам Нобелевской премии мира - это заурядное явление. Сменивший Садата на посту президента генерал Мубарак заменил мирный процесс холодной войной. Такая позиция гарантировала ему с одной стороны мирное возвращение окупированного Израилем Синайского полуострова под египетское господство и еще поддержку США. С другой стороны он продемонстрировал всем арабским странам, что никакого мира с Израилем нет и не будет. Израиль вернул Синай в апреле 1982. Израиль абсолютно ничего не получил от этого мирного соглашения. Любое международное соглашение в том числе и мирное - это клочек бумаги, который в любой момент можно порвать и выкинуть. Харизматический вождь Менахем Бегин верил, что достаточно подписать бумагу, чтобы установить мирные отношения. Он не предусмотрел, что президента Египта Садата могут столь быстро застрелить и тогда вся политика этой страны изменится.

Одной Нобелевской премии мира для такой маленькой страны как Израиль оказалось мало. In 1993 субординарный вождь Шимон Перес как министр иностранных дел Израиля вел секретные переговоры о мире с харизматическим вождем Ясером Арафат, главой террористической Освобождения Палестины ( the Palestine Liberation Organization (PLO). Другой субординарный вождь глава правительства Израиля Ицхак Рабин подписал это соглашение. Вместе с Ясером Арафат он был отмечен Нобилевской премией в 1994. Это соглашение получило имя "Осло", по месту его подписания. Следует особо отметить, что Ясер Арафат и его террористическая организация в этот момент переживали тяжелые финансовые трудности и находились в состоянии агонии. Соглашение в Осло спасло его.

Лауреат Нобелевской премии мира Ицхак Рабин был вскоре застрелен. Однако политика мира Израиля от этого совершенно не изменилась и никакие доводы против этой политики не смогли повлиять на сменивших его вождей. Так почему же убийство египетского президента привело к изменению политики страны, а убийство израильского премьера нет? Ответ прост. Харизматический лидер Египта сам решает какую политику ему проводить и отказался от политики предшественника направленной на нормализацию отношений с Израилем. Субординантные лидера Израиля сильно подвержены давлению на них со стороны левых, террора и иностранному давлению. Они проводят чужую политику противоречащую интересам страны и в этом их постоянство.

КРИТЕРИИ ДЛЯ ОЦЕНКИ ВОЖДЯ

Естественный вопрос, как и кто оценивает руководителя? В кого можно стрелять и в кого не следует?

Любой интернационалист или пацифист при всей своей ненависти к своему обществу и его лидеру является стадным животным и соответственно нуждается в стаде и вожде. Какими критериями он руководствуется при выборе нового стада и вождя? Вобщем-то этот критерий один - степень сплоченности общества. Я хочу подчеркнуть, что экономические соображения здесь совершенно не идут в расчет. Если обратиться к иерархии потребностей А.Маслова, то становится понятным. Первую ступень, "голод - физиологические потребности"голем уже преодолел и эта проблема его уже не занимает. Теперь его интересует следующая ступень - "хевраав", голод по обществу. Хевраав, как мы видели, определяется сплоченностью общества. Новое общество должно обладать более высокой сплоченностью, а новый вождь должен быть диктатор. Как это ни выглядит пародоксально, но у борцов "за мир и свободу"мечта расходится с действительностью. Можно уточнить сказанное. Поскольку откол от старого общества сопровождается сменой религии или идеологии, то, очевидно, что новое общество и новый лидер должны быть носителями новой идеологии. Если субординантному голему предложить на выбор двух диктаторов, например правого генерала Франко или левого И.Сталина, то с высокой вероятностью можно утверждать, что он выберет левого И.Сталина. Генерал Франко не был идеологическим вождем. И.Сталин был вождем всех коммунистов. Адольф Гитлер создал расовую националистическую идеологию и имел также последователей.

Подводя итоги сказанному, мы видим, что в оценке роли того или иного вождя превалирует психология субординантного голема. Субординантный голем восторгается харизматическим вождем. Это одна из причин покланения иракскому диктатору Садаму Хусейну во всем арабском мире, хотя последний не может похвастаться ну хоть какой-либо победой в его многочисленных кровопролитных и длительных войнах. Точно так же ему покланяются разного рода пацифисты в США и других странах. Покланение пацифистов обусловлено больше ненавистью к своей стране и своему правительству, чем любовью к миру. State terrorism Садама Хусейна субординантный голем не замечает. В соседней с Ираком Сирии арабы не демонстрировали в поддержку Садама Хусейна. Там есть свой диктатор Хафез Асад. Это также объяснение причин покланения И.Сталину во всем мире при его жизни. В израильских киббуцах вывешивались два флага: бело-голубой - флаг государства и красный флаг "цвета пролетарской крови". Висели и портреты И.Сталина. Смерть И.Сталина потрясла киббуцников и их лидеры отправили телеграмму соболезнования в Россию.

Рассмотрим чрезмерно сплоченное общество вроде коммунистического и взаимоотношения в нем между вождем и субординантным големом. В этом случае субординантный голем теряет свою психологию и мыслит точно так же как его вождь Он безгранично восхищен своим вождем и даже не осуждает State terrorism. Никакие оплошности вождя не могут поколебать любви к нему голема. Если ж террор затронул его и пришли его арестовать, следовательно он исключен из общего стада. Для него это трагедия. Первоначально он будет доказывать, что произошла ошибка, но постепенно поймет, что его перевели в стадо "врагов народа" и у него теперь есть право осуждать вождя. Смерть диктатора и прекращение State terrorism для субординантного голема величайшая трагедия. Он оправдывает Revolutionary terrorism против тех вождей, которые не отвечают идеологии его вождя.

Фигура VIII-2. Истерика иракских женщин вызванная неожиданной смертью диктатора [Image] Ирака Abdul Salam Muhammed Aref 13 апреля 1966 года. После того как харизматический лидер сходит со сцены, субординантный голем кончает покланяться ему и происходит "мучительная переоценка ценностей". Я надеюсь читатель уже сообразил, что в оценке вождей психология субординантного голема имеет решающее значение. Поскольку эта психология зависит от сплоченности общества, то нет однозначной оценки.

Безграничная любовь и преданность вождю падают до нуля по мере снижения сплоченности общества. В какой-то момент, когда сплоченность достигнет характерного для данного голема уровня, он уже начинает ненавидеть своего вождя и то общество, в котором он находится. Эта ненависть тем более чем более расхождение между сплоченностью общества и потребной для данной особи сплоченностью. Изложенная здесь теория любви и ненависти представлена графиком на фигуре VIII- 3.

Фигура VIII-3. Зависимость любви к вождю от сплоченности общества. Уже при падении сплоченности примерно до 75% исчезает любовь нашего голема к вождю.[Image] Дальнейшее падение сплоченности ведет к росту ненависти. Другая крайность - Анархия. В этом случае в стране имеется обилие вождей. Каждый субординантный голем может выбирать себе вождя по-вкусу и поклоняеться ему. "Вождь по-вкусу" может быть руководителем террористической банды, мафии или политической партии. Несмотря на обилие партий и вождей, между ними есть четкое деление на левых и на правых. Некоторые вожди утверждают, что они представляют "Центр". Центра не бывает, но левые и правые могут делиться по крайности своих взглядов. Разумеется, между обеими лагерями существует вражда. Эта вражда тем острее, чем более разница между лагерями. Оценку вождей субординантный голем делает исходя именно из принципа "свой-чужой". Свой вождь всегда прав и умен, покушение на него - преступление. Вождь оппозиции глуп и если его уберут, нет в этом ничего плохого. В свете изложенного понятны радость и печаль при отставке, смерте или убийстве того или иного вождя. Это объясняет радость израильских левых после убийства арабами в США лидера "Лиги защиты евреев" раввина Меира Кахана. Их не покоробило, что убитый был евреем и его лига не разделяла евреев на левых и правых. Для них убитый был не евреем, а правым. Глубокая скорбь потрясла израильских левых после убийства их вождя Ицхака Рабина.