Читать онлайн «Повседневная жизнь в период оккупации». Страница 85

Большевики врали, что этот город разрушен, Для русских людей происходит православная служба в соборе, издаются русские газеты.

Для рабочих в Германии выстроено множество рабочих поселков. Большинство рабочих имеет свой собственный домик. Домик каменный или кирпичный, оштукатуренный, крыша черепичная. Каждый домик вместе с приусадебным участком обнесен деревянной изгородью или железной решеткой. Перед каждым домиком имеется палисадник, цветочные клумбы. Каждый такой одноэтажный домик состоит из 5–6 комнат: столовой, гостиной, кабинета, спальни, детской комнаты и кухни. Все чисто и красиво: потолки белые, полы крашеные, покрыты коврами, стены раскрашены краской наподобие обоев, столы покрыты красивыми скатертями, мебель мягкая, крытая бархатом, камины кафельные, в некоторых домах имеются рояли, радиоаппараты. Даже не верится, что в таком доме живет простой рабочий! В Советском Союзе и инженеры так не жили. Кроме того, каждый рабочий имеет отдельно выстроенную кладовую, мастерскую, помещение для скота, прачечную и т. д. В каждом доме водопровод. Каждый рабочий имеет свой мелкий скот и домашних птиц: свиней, овец, кроликов, гусей, индюшек, кур. Приусадебный участок рабочего равен примерно 0,10 га. Посажены плодовые яблони, смородина, крыжовник.

Стоит такой домик от 800 до 1000 марок. Эти деньги рабочий уплачивает в рассрочку в течение 8–10 лет».[450]

Особое внимание уделялось посещениям русскими экскурсантами крупных промышленных предприятий. Это делалось по ряду причин. Во-первых, немецкие пропагандистские службы рассчитывали на активизацию вербовки новой рабочей силы для работы в рейхе; во-вторых, показ новой германской техники должен был убедить русских экскурсантов в неизбежности победы Германии в этой войне. Так, в статье «Что мы видели на заводе «Сименс»» немецкое производство описывается следующим образом:

«Нам была предоставлена возможность побывать на одном из больших заводов, расположенных в районе г. Берлина, и познакомиться как с самим процессом производства, так и бытом рабочих и служащих завода.

Прежде всего, посмотрели жилищные условия рабочих и служащих завода. Приезжаем в поселок, где живут рабочие завода. Все домики по внешнему виду довольно стандартны и несколько похожи на наши подмосковные дачи. Входим в дом, который принадлежит рабочему-механику средней квалификации. В домике три комнаты внизу и одна наверху (мезонин). Бросается в глаза чистота и уют, и, право, завидуешь хозяевам дома, сумевшим создать их. Красивая, прочная, но без всякой вычурности мебель, большой книжный шкаф, письменный стол, и все это расставлено с таким вкусом, что кажется и должно быть тут всегда, в то же время — ничего лишнего. Маленькая кухня, в ней две плиты: газовая и угольная; рядом ванная комната, кладовая, уборная. Около дома несколько грядок огорода, курятник, крольчатник.

Средний заработок механика — 250 марок в месяц; на питание расходуется (при наличии своего огорода) около 40 марок в неделю. Таким образом, у рабочего на одежду, культурные развлечения и пр. остается 50–60 марок (при одном трудоспособном члене семьи).

Экспромтом заезжаем в один из заводских домов, где живут служащие завода. Заходим в одну из квартир, где живет один из инженеров завода. В квартире четыре светлых, чистых и хорошо меблированных комнаты. Особенно хороша детская комната, где есть все необходимое как для игр, так и для занятий и отдыха. Кухня, ванная — все поражает чистотой и уютом. Средний заработок инженера —450 марок в месяц; стоимость квартирьі — 90 марок. Учитывая заработок других членов семьи и само качество квартиры, это не так уж дорого как может показаться вначале.

Мы на заводе. Входим в зал, где собраны все изобретения основателя завода: здесь и модель первой динамо-машины, первого парохода, проложившего подводный кабель и др.

Идем в цеха. Ипервое, кудамы попадаем, — это большие светлые комнаты-амбулатории, где происходит прием и медицинский осмотр рабочих, поступающих на завод.

Цеха — чистые большие помещения. Несмотря на то, что станки размещены довольно тесно, нет никакой толкотни и суетни. Рабочий обслуживает 2–8 станков; часть станков работает автоматически. В цехах вредного производства рабочее место защищено специальным колпаком, изолирующим вредную пыль и защищающим рабочего от несчастных случаев. В результате этих и ряда других мероприятий, направленных на охрану труда, несчастных случаев на заводе всего 2 процента в год. Что особенно характерно, так это то, что на заводе нет установленных администрацией норм выработки; есть только норма заработка за ту или иную выработанную деталь. Каждый рабочий поэтому получает столько, сколько он выработал за день. Средний заработок при 10 час. рабочем дне рабочего средней квалификации — 175 мар. в месяц. Столовая обеспечивает рабочих и служащих завода вкусным обедом из 2-х блюд общей стоимостью в 30 пфеннигов.

Вот кратко то, что мы видели на заводе. Из виденного можно сделать такой вывод, что забота о рабочем и служащем поставлена так, что их труд не только обеспечивает им прожиточный минимум, но является составной частью их бытия, воспитывая каждого трудящегося в духе любви к своему народу и родине, в духе выработки сознания, что общественные интересы — прежде всего».[451]

Достижения немецкой техники демонстрировались русским экскурсантам как факт неустанной заботы нацистского руководства о простых немецких гражданах, как «Социальное дело первостепенного значения»:

«Пока автомобиль остается лишь средством сообщения зажиточных кругов, обидно думать, что миллионы трудолюбивых, хороших и честных людей вообще лишены возможности пользоваться им, хотя именно для этих людей поездка на машине в воскресные, праздничные дни была бы источником нового радостного счастья. Поэтому автомобиль должен стать средством сообщения всех слоев населения. Этими словами Адольф Гитлер в 1934 году положил основу создания германского народного автомобиля.

Когда фюрер отдавал приказ об этом штабу выдающихся инженеров, он был преисполнен желания подарить каждому немцу возможность, пользуясь таким автомобилем, облегчить работу и использовать досуг для радости и отдыха. Так был создан германский народный автомобиль — достижение истинного социализма. С большой основательностью при участии лучших немецких специалистов было начато серийное производство этих машин. В течение непродолжительного времени в средней Германии вырос гигантский завод. Ни разу в мире строительство какого-нибудь типа автомашин не подготовлялось столь тщательно и так основательно не испытывалось.

Два с половиной миллиона километров опытного пробега, проделанные этими машинами во все времена года и при полной нагрузке, служат гарантией высокого качества как самих машин, так и отдельных частей.

Кем бы новая машина ни приобреталась, рабочим ли, ездящим по утрам из пригорода на свою фабрику, инженером, коммивояжером, проезжающим ежедневно несколько сот километров, — все с радостью встретили их появление. Они служат радости и труду. Каждый восхищен стройной, изящной формой и практической конструкцией этого нового автомобиля.

Так как Адольф Гитлер желал, чтобы каждый немец был в состоянии ее купить, то цена машины крайне невелика.

Создание германских автодорог связано с идеей народного автомобиля. Они являются идеальными путями для путешественников.

Эти мероприятия вместе являются высшими социальными достижениями национал-социалистической Германии, — не осуществленные кроме нее ни в одной стране».[452]

На оккупированной нацистами советской территории оказалось немало известных в СССР артистов. Среди них звезда ленинградского балета, первый партнер Галины Улановой по «Лебединому озеру», заслуженный артист РСФСР Михаил Дудко. После организации в Гатчине труппы артистов и многочисленных выступлений перед солдатами вермахта ему была предоставлена возможность на два месяца выехать в Германию. Об этом поведал читателям корреспондент псковской коллаборационистской газеты «За Родину»:

«Молодая группа балетного ансамбля, руководимая Михаилом Андреевичем Дудко, создавалась и совершенствовалась в боевой обстановке прифронтовой полосы. Талантливую молодежь не только не пугало выступление под близкий гул орудий и треск рвущихся снарядов, а наоборот, прибавляло энергии, так как укрепляло их сознанием того, что они своим искусством радуют именно тех, кто больше всего в этом нуждается.

Деятельность труппы была оценена по достоинству и после экзамена на аттестат зрелости» перед рижской публикой, о котором мы сообщали на столбцах нашей газеты, ансамбль получил возможность отправиться в Великогерманию.