Читать онлайн «Принципы истории». Страница 61

"Основным условием спасения Израиля Эзра считал строгое обособление его от языческого мира. В распоряжении книжника находилась Тора, которая, вероятно, соответствовала нынешнему тексту Пятикнижия... Эзра стал фанатическим приверженцем этой священной книги. Человек железной воли, неукротимый и настойчивый, как Кальвин иди протопоп Аввакум, он замышляет совершить полный переворот в Общине. Около 428 года Эзре был вручен документ, дающий огромные права" (А. Мень).

Третья фаза (400-364).

Как и о втором имперском цикле, о третьей фазе почти нечего писать. Нет ни дат, ни событий (спокойное, сытое время). Однако есть сообщения о том, что сразу после Эзры и Нехемии, а стало быть, в третьей фазе, был создан Верховный совет, состоящий из 71 члена.

"Этот своеобразный институт, который держался до самого конца еврейского государства, был стражем закона и временами получал большое значение, был создан, без сомнения, в это время..." (Г. Грец).

Четвертая фаза (364-328).

Самым невероятным и одновременно самым основным феноменом Империи является одновременное существование достаточно деспотичной власти и высочайшей идеологии. Тот, кто не поймет, как в Империи сосуществуют невероятный взлет идеологии и жесткий прессинг власти, не поймет механизма существования Империи, механизма рождения идеологического чуда четвертой фазы.

Нам ли не знать, как во времена бесноватого Сталина писал Михаил Булгаков и другие гении спокойного поиска сокровенной истины, а во времена простоватого и буйного Хрущева творил в затворничестве Борис Пастернак.

В истории ветхозаветной империи противопоставление светской власти и духовного поиска еще сильнее. Если в первом и втором имперских циклах идеологическое чудо четвертой фазы рождалось во взаимодействии с властителями (Соломон - первый цикл, Иосия - второй цикл), то в третьем цикле идеологическое чудо идет вне связи с властью, как бы само по себе. Народ-идеолог с каждым шагом становится все самостоятельнее. В четвертом цикле при царе Ироде идеологическое чудо уже свершится как бы вопреки властителю.

Книга Руфи, Книга Иова по времени написания относятся к первой фазе третьего цикла (около 445 года). Потом идут сто лет молчания и новый творческий всплеск, подобного которому давно не знал еврейский народ.

"У хакамов редко говорится о видениях, таинственных зовах и повелениях возвещать людям волю Творца. На мистиков или провидцев хакамы вообще походили очень мало: светские люди, не связанные ни с Храмом, ни со школами Торы, они ориентировались на повседневный человеческий опыт. У них почти нигде не упоминается Моисей, их мало волнует священная история избранного народа и его мессианские чаяния. Даже само слово "Израиль" отсутствует в большинстве книг. Языческих соблазнов они больше не боятся, ибо в те дни вера Израиля стояла уже незыблемо. Это позволяло хакамам без опасения изучать литературу Востока. У них можно найти идеи, сходные со взглядами писателей Египта, Вавилона, Персии, даже прямые цитаты из книг" (A. Meнь).

Как быстро укрепил имперский цикл веру! Какое отличие от разрухи и упадка VI века! Ну а главное, как сильно напоминает Россию XIX века, смело бросившуюся во всемирный литературный и философский процесс со смелыми заимствованиями из европейской литературы.

От А. Меня не скрылась и эта историческая параллель. И о книге Иова он говорит, что "по беспощадности и силе, с какой в ней ставится вопрос о страдании, ее можно сравнить лишь с произведениями Достоевского".

Вслед за этим пишется Экклезиаст, может быть, самая известная и популярная составляющая Ветхого Завета. "Экклезиаст представляет собой род внутренней автобиографии писателя, исповедь живой души... духовный портрет одного человека" (А. Мень). Дата его написания, по мнению А. Меня, соответствует последним десятилетиям IV века, то есть в районе конца рывка, около 328 года.

"Экклезиаст, если брать его в отрыве от всего Писания, выглядит прямо-таки антиподом веры и надежды". Но ведь и наша классика XIX века (Пушкин, Лермонтов, Гоголь) весьма пессимистична.

К тем же годам относят и написание Апокалипсиса Исайи (24-27 главы Книги Исайи) - первое ветхозаветное учение о посмертье.

Таким образом, третий возраст человечества наступил практически одновременно с четвертой фазой третьей Иудеи. Концовка же возраста ознаменовалась практически одновременным, параллельным ходом двух циклов. Теперь у человечества было два сердца, и бились они почти в унисон.

"Осенью 168 года Антиох IV (Эпифан) велел прекратить службу в иерусалимском Храме и разослал по городам эмиссаров с указами: все живущие во владениях царя отныне должны считаться "одним народом и оставить свой закон". Евреям строго воспрещается читать Писание, соблюдать субботу, совершать обрезание и даже просто называться "иудеями". Ослушников ждет смертная казнь. Большинство уцелевших жителей Иерусалима предпочло бросить свои дома, но не отступить от веры. Люди разбегались, ничто не могло удержать их в городе, он стал "чужим для народа своего, и дети его оставили его"... Во дворе святилища был сооружен жертвенник Зевсу Олимпийскому. В жертву были принесены свиньи, чтобы показать, что с иудейскими обычаями покончено. Вместо левитов в помещениях Храма теперь поселились вакханки. Когда наступил день Диониса, жалкую толпу отступников, увенчанных плющом, заставили идти в шествии, прославляя бога вина. Худшего унижения невозможно было придумать" (А. Мень).

"Только чудо могло воскресить Израиль после нанесенного ему удара. Но вот однажды в тайных убежищах, где писцы прятали свитки Библии, появилась новая книга. Она подоспела очень вовремя. Ее с жадностью читали, переписывали и пересказывали... Она рассеивала мрак и возвращала доверие к Промыслу Божию. Книга носила имя Даниила и предвещала приход Царства Божия, которое разрушит все царства, а само будет стоять вечно. Даниил не звал евреев браться за оружие, но его книга, подобно трубному звуку, пробудила в людях боевой дух" (А. Мень).

Первая фаза четвертой Иудеи(148-112).

Что конкретно было в 148 году, чем отмечено начало первой фазы, не ясно. Однако разворачивалась фаза по обычному сценарию: первые четыре года (148-144) положение еще зыбко, но уже первосвященник Симон (143) расширил границы почти до пределов Соломонова царства и провозгласил полную независимость Иудеи.

Сновидческое пророчество об идеологическом чуде четвертой фазы должно быть явлено в первой фазе. И если в России таким пророчеством стало рождение в конце XIX века могучей русской религиозной философии, то в ветхозаветном варианте истории таким предзнаменованием стала жизнь Учителя праведности.

"Общность имущества, братские трапезы, ночные бдения, мессианские толкования Библии и, наконец, вера в скорую гибель мира - все это роднит ессеев и первохристиан. У тех и других сходная терминология. Кумранцы, как и ученики Иисусовы, назвали себя "бедняками", "сынами света", "общиной Нового Завета". В одной из книг встречается известное евангельское выражение "нищие духом". Символика двух миров света и тьмы характерна и для ессейских, и для новозаветных авторов" (А. Мень).

Вождя секты (Учителя праведности) некоторые историки даже называют "Христом до Христа". Умер он около 110 года, а первая фаза кончилась в 112 году.

Первая фаза второго Рима (132-100).

Первое столетие второго имперского рывка Рима называют эпохой гражданских войн, и открыла эту эпоху первая сицилийская война рабов (136-132). До 136 года система рабского труда была рентабельной и прекрасно функционировала. После 136 года Рим пережил две сицилийские войны рабов, восстание Спартака и множество мелких восстаний. Тучи сгущались, энергия всеобщего недовольства росла.

Вторая фаза четвертой Иудеи (112-76).

Аристобула у власти сменил Александр Яннай, отличавшийся от своего предшественника лишь отсутствием угрызений совести. "Современник Суллы, он был столь же жесток и деспотичен, как и римский диктатор. За свои зверства Яннай был прозван "фракийцем"" (А. Мень).

Вторая фаза второго Рима (100-64).

"Вышедший из плебейских низов Гай Марий и кровожадный аристократ Луций Корнелий Сулла оружием подавили свободу, заменив ее самовластием. Явившийся им на смену Гней Помпеи Магн был ничем не лучше, только действовал более скрытно. И с этих пор борьба имела одну лишь цель - единовластие" (Тацит).

Третья фаза четвертой Иудеи (76-40).

"Набирая все больше и больше войска внутри страны и вербуя немало наемников извне, она (Саломея) вдвое увеличила вооруженные силы своего государства и сделалась страшной даже для соседних князей. Так она господствовала над другими, а над нею самой фарисеи" (Иосиф Флавий).

В 69 году Саломея скончалась, что приблизительно соответствует прекращению хрущевских реформ.

Дальнейшая история Иерусалима тесно переплетается с историей Рима, поскольку их имперские ритмы отличаются всего лишь на 12 лет. Совместные интриги, борьба за власть.