Читать онлайн «Сборник материалов Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников». Страница 181

Ремлингер Генриха Генриховича, Штрюфинг Карла-Германа, Бем Эрнста, Энгель Фрица, Зоненфельд Эдуарда, Янике Гергарда, Скотки Эрвина, Герер Эрвина-Эрнста — к смертной казни через повешение;

Фогель Эрих-Пауля и Визе Франца — к ссылке в каторжные работы сроком на 20 лет каждого;

Дюре Арно — к ссылке в каторжные работы сроком на 15 лет.

Присутствующие в зале трудящиеся Ленинграда, Ленинградской, Новгородской и Псковской областей встретили приговор единодушным одобрением.

ЛЕНИНГРАД. 5 января. (ТАСС).

Сегодня в 11 часов утра в г. Ленинграде на площади у кинотеатра «Гигант» был приведен в исполнение приговор над немецко-фашистскими злодеями — Ремлингер, Штрюфинг, Бем, Энгель, Зоненфельд, Янике, Скотки, Герер, приговоренными военным трибуналом Ленинградского военного округа за совершение ими массовых расстрелов, зверств и насилий над мирным советским населением, сожжение и разграбление городов и сел, угон советских граждан в немецкое рабство — к смертной казни через повешение.

Тысячи трудящихся, присутствовавших на площади, встретили приведение приговора в исполнение единодушным одобрением.

28 декабря 1945 г. — 5 января 1946 г.

НИКОЛАЕВ. 10 января. (ТАСС).

Сегодня здесь, в Военной Трибунале Одесского военного округа[153] началось слушанием дело о злодеяниях, совершенных немецко-фашистскими захватчиками в г. Николаеве и Николаевской области в период временной оккупации их 1941—1944 гг.

К судебной ответственности привлечены 9 человек: генерал-лейтенант германской армии, комендант г. Николаева Винклер Герман; оберштрумфюрер СС, б. начальник управления полиции безопасности (СД) Санднер Ганс; майор б. начальник жандармерии Николаевской области Бютнер Макс; капитан, б. начальник жандармерии г. Херсона Кандлер Франц; б. начальник жандармского поста[154] майор Михель Рудольф; б. начальник охранной полиции Николаевской области Витцлеб Франц; б. заместитель начальника охранной полиции Николаевской области Шмале Генрих и военнослужащие Берг Роберт[155] и Хапп Иоган[156].

Дело рассматривается в открытой судебном заседании под председательством полковника юстиции т. А.С. Зотова. Члены   Трибунала — полковник юстиции т. Г.П. Михно и подполковник юстиции т. В.А. Мошев. Государственное обвинение поддерживает полковник юстиции т. И.Ф. Семашко. Защитниками подсудимых по назначению от суда выступают адвокаты тт. Деритерский, Быков, Степаненко, Белостоцкий, Петинцев.

На утреннем заседании было оглашено обвинительное заключение[157], в котором говорится, что немецко-фашистские захватчики  во время оккупации значительной части Украинской ССР, в том числе и Николаевской области с г. Николаевом, попирая   установленные международным правом правила ведения войны, последовательно проводили в жизнь намеченные правительством   фашистской Германии и командованием германской армии чудовищные планы истребления и ограбления советского народа.

Материалами Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиком и данными следствия установлено, что за время своего «хозяйничания» в г. Николаеве и Николаевской области немецко-фашистские изверги расстреляли, повесили и замучили свыше 105 тысяч советских граждан, угнали в рабство более 60 тысяч человек и причинили материальный ущерб народному хозяйству области на сумму свыше 17 миллиардов рублей.

Следствием установлено, что с момента занятия немецкими захватчиками гор. Николаева — 16 августа 1941 года — там начались массовые аресты и убийства мирного населения, а так же советских военнопленных. Все это проводилось по  заранее разработанному плану гитлеровского верховного командования.

Расстрелы производились изо дня в день. Для устрашения мирного населения гор. Николаева и области немецкие карательные органы систематически производили публичное повешение ни в чем невиновных советских граждан. Казням советских людей предшествовали пытки, беспримерные по своей нацистской жестокости.

Помимо истребления советского населения в городе Николаеве и Николаевской области, немецко-фашистские захватчики также систематически насильственно угоняли советскую молодежь, в германское рабство.

За время оккупации гор. Николаева немецко-фашистские захватчики систематически разрушали и уничтожали заводы, фабрики и предприятия, в том числе сожгли два крупных судостроительных завода — имени Марта и имени 61 коммунара, завод «Дормашина», вокзал. При оставлении города оккупанты взорвали три хлебозавода, кондитерскую фабрику, маслозавод, пивоваренный завод и ряд других предприятий.

Такому же варварскому разрушению подверглось и городское хозяйство.

Немецко-фашистские оккупанты разграбили музей, причем украдена и увезена в Германию большая часть экспонатов, в числе которых уникальные произведения живописи — картины Верещагина, Айвазовского, Шишкина и других.

Оккупанты разрушили и разграбили сельское хозяйство Николаевской области и личную собственность граждан.

Далее в обвинительном заключении приводятся конкретные преступления, в которых изобличены материалами следствия привлеченные по настоящему делу в качества обвиняемых: Винклер Герман, Санднер Ганс, Бютнер Макс, Кандлер Франц, Михель Гудольф, Витцлеб Франц, Шмале Генрих, Берг Гоберт, Хапп Иоган[158].

Утреннее заседание 10 января.

После оглашения обвинительного заключения суд переходит к допросу подсудимых. Все подсудимые, кроме Шмале, признают себя виновными в предъявленных им обвинениях.

Первым дает показания подсудимый Санднер[159]. Он признает, что в Киеве он по заданию командования СС возглавил команду, которая в сентябре 1941 года расстреляла около тысячи советских граждан. В ноябре 1941 года Санднер получил назначение в Николаев, где, руководя полицией безопасности, был организатором и непосредственным участником массовых расстрелов советских граждан.

В декабре 1941 г. Санднер во главе карательного отряда выехал в село Ново-Александровка, Баштанского района,  где по его приказу было расстреляно 54 человека, в том числе дети, женщины и старики.

Санднер неоднократно выезжал также в лагерь советских военнопленных в окрестностях Николаева. Его приезд сюда обычно сопровождался многочисленными расстрелами, пытками, истязаниями. По его приказу за короткое время было расстреляно 200 человек.

В 1942 году Санднер дает указание для устрашения населения города Николаева повесить 10 советских граждан. По указанию Санднера было также расстреляно 20 врачей и 22 члена их семей[160].

— В чем чем были виновны эти люди? — спрашивает прокурор.

Обвиняемый:  Ни в чем.

Отвечая на вопросы председательствующего, Санднер вынужден признать, что органами СД было уничтожено 200 больных, находившихся на излечении в лечебнице.

Перекрестным допросом подсудимый также уличается в расстреле 1 500 мирных граждан, массовом применении пыток и истязаний, поголовном истреблении еврейского населения области и цыган[161].

Пытаясь умалить свою вину, Санднер говорит, что он все это делал, подчиняясь приказам немецкого командования[162]. На вопрос прокурора, как же можно назвать эти действия, Санднер ответил:

— Действиями убийц и насильников.

Допросом Санднера заканчивается утреннее заседание.

Вечернее заседание 10 января.

Заседание открылось допросом подсудимого Берга, сотрудника полевой жандармерии. Это — убийца и грабитель с большим стажем — он принимал участие в походах против Польши, Франции, Греции и других стран.

В сентябре 1941 года Берг вместе со своей частью полевой жандармерии прибыл в Николаев. До этого он успел побывать в городе Бендерах, где за 3 дня при его участии полевая жандармерия расстреляла до 16 000 мирных жителей[163].

В первые же дни пребывания в Николаеве он принял участие в расстреле 28 рабочих, которых обвинили в том, что они якобы хотели подложить мину под здание Николаевской электростанции.

На вопрос председательствующего, было ли произведено расследование виновности советских людей, обвиняемый ответил:

— Нет, нам это не нужно было. Мы расстреляли, а виновны ли они были или нет, это нас не интересовало.

В Бахчисарае также было много «работы». Вблизи железнодорожной станции в то время организовывался лагерь для русских военнопленных. Но там были не только военнопленные, было много и гражданского населения. 200 обреченных отсюда отправляются в Севастополь на расстрел, а Берг со своей командой занимается приготовлением кладбищ.