Читать онлайн «Генералы Великой войны. Западный фронт 1914-1918». Страница 68

Как и обещалось, вскоре прибыл офицер штаба, генерал-майор Пэрсивэл. Он доставил текст телефонограммы, изложенный в письменной форме, — получивший широкую огласку выговор, который Смит-Дорриен был вынужден и принять, и проглотить. Вслед за этим в 16 часов 35 минут поступило еще одно сообщение, тоже «открытым текстом». Смит-Дорриену предписывалось передать генералу Палмеру, командиру V корпуса, командование всеми войсками, находящимися в его подчинении, а также всех штабных офицеров, которые ему могут понадобиться.

Палмер принял свое новое назначение 27 апреля в 17 часов 30 минут, но поскольку Смит-Дорриен не подавал в отставку и формально не был уволен, части, оказавшиеся в его подчинении, получили обозначение «Войска Палмера». После того как он приступил к исполнению своих новых обязанностей, Палмер получил приказ из Ставки главнокомандующего, согласно которому ему поручалось подготовить рубеж обороны к востоку от Ипра на тот случай, если возникнет необходимость оставить позиции, занимаемые в настоящее время, и вывезти с Ипрского выступа любое не нашедшее применения вооружение. Другими словами, Френч приказал Палмеру выполнить все то, что было предложено Смит-Дорриеном… и все то, что он, Френч, высмеивал. Палмер стал готовиться, чтобы 28 апреля приступить к выполнению требований приказа. Но в это время вмешался генерал Фош, который выступал против любого варианта отступления. Он умолял британского главнокомандующего не принимать никаких решений о перемещении войск до тех пор, пока тот не увидит результаты нового наступления французских войск, и Френч снова изменил свое мнение. Фельдмаршал, как всегда, охотно согласился подождать.

28 апреля французы в течение шести часов обстреливали из артиллерийских орудий позиции немецких войск в районе Стеенстраата, и в 15 часов 30 минут три их полка поднялись из траншей и пошли в наступление. Однако, понеся тяжелые потери, они были вынуждены остановиться в 400 ярдах (примерно 360 м) от позиций немецких войск. Другие французские части и вовсе не смогли продвинуться вперед, и вскоре все наступление захлебнулось. Но и теперь сэр Джон Френч продолжал ждать результатов, и следующее наступление французы назначили на 30 апреля. Ни одна из их атак не смогла хоть в какой-то степени подвести границы Ипрского выступа к той линии, вдоль которой она проходила перед 22 апреля. В конце концов после тяжелых и кровопролитных боев и чересчур долгого ожидания части БЭС отступили к новой линии обороны… как раз той, которая несколькими днями ранее была предложена генералом Смит-Дорриеном.

Отход британских войск был проведен за две ночи между 1 и 3 мая, и хотя артиллерийский обстрел, разведка боем и газовые атаки продолжались, в особенности в направлении «высоты 60», подразделения смогли отступить, не испытывая прямого вмешательства со стороны немцев. Тогда немецкие атаки на «высоту 60» были отражены, однако 5 мая после газовой атаки, артиллерийского обстрела и последующего наступления пехоты оборона на этой высоте пала.

Генерал Смит-Дорриен, который, несмотря на то что наибольшая часть его полномочий была передана в «Войско Палмера», по-прежнему не был отправлен в отставку, 6 мая написал письмо фельдмаршалу Френчу. Упомянув о растущем недоверии к себе, которое он заметил еще в начале февраля, Смит-Дорриен предложил, чтобы «для пользы дела» командование 2-й армией было передано какому-то другому военачальнику. Ответа на свое письмо Смит-Дорриен не получил; вместо этого пришел приказ из Ставки, согласно которому он должен был сдать командование 2-й армией генералу Палмеру.

Смит-Дорриен написал несколько писем своим командирам корпусов и дивизий, в которых он благодарил их за поддержку, оказанную в предыдущие месяцы, и возвратился в Англию, фактически закончив свою военную карьеру. Командование 2-й армией перешло к генералу Палмеру, генерал-лейтенант сэр Эдмунд Алленби сменил его на посту командующего V корпусом, а генерал-майор достопочтенный сэр Джулиэн Бинг стал командовать кавалерийским корпусом.

По своему размеру новый Ипрский выступ, который теперь пришлось оборонять Палмеру, был гораздо меньше, чем тот, который существовал десять дней назад. Теперь в плане это был полукруг глубиною около трех миль (примерно 4,8 км), линия обороны которого на южном направлении тянулась от ненадежных позиций французских войск возле Стеенстраата на Изерском канале, проходя немного восточнее Бёсне и, срезая угол, далее на восток и к южному склону хребта Маузер, откуда начинались позиции британских войск. Затем она шла на юг и на восток через линию Ставки главного командования до железной дороги Ипр — Цоннебеке, оттуда прямо на юг до Хоога, леса Убежище и далее в направлении на Арментьер. С небольшими отклонениями в ту или другую сторону британской армии пришлось удерживать позиции вдоль этой линии обороны в течение следующих двух с половиной лет.

После того как БЭС отвели свои войска ближе к Ипру, ожесточение боев Второго сражения при Ипре пошло на убыль, но это не значит, что они совсем прекратились. Подразделения армии Палмера закапывались в землю и делали все, что могли, чтобы укрепить свою линию обороны в предвидении дальнейших атак немецких войск и схваток. В «Официальной истории» последующие сражения получили название «Сражение за хребет Фрезенберг» (8-13 мая) и «Сражение за хребет Беллеваарде», (8—10 мая). Это два длинных хребта, отходящих к западу от хребта Мессине — Пашендэле. Результатом этих сражений стали новые потери, только в боях за хребет Фрезенберг они составили 9000 человек. К моменту окончания Второго сражения при Ипре общее количество потерь вооруженных сил Великобритании, Канады и Индии в этих боях составило 59 275 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Несмотря на то что они подсчитаны по несколько иной методике, дающей некоторое уменьшение итоговых цифр, общие потери немецких войск в этих боях оцениваются «Официальной историей» в 34 933 человека по всем трем категориям. Большинство пропавших без вести с обеих сторон на самом деле должны быть отнесены к категории убитых — разорванных на куски артиллерийским снарядом и похороненных разрывами других снарядов. В случае солдат Великобритании, а также солдат ее доминионов и колоний имена пропавших без вести теперь высечены на стенах кладбища Тайн-Кот или на Менинских воротах в Ипре. За редким исключением тела их так никогда и не были найдены.

Так что же можно сказать об уровне подготовки генералов по результатам Второго сражения при Ипре? Первое, что нужно отметить: после того как газовая атака, проведенная 22 апреля, вынудила отступить французские дивизии, по сути своей весь Ипрский выступ стал непригодным к обороне. В распоряжении немецкой армии были газы и артиллерия, и последнее обстоятельство делало особенно трудной любую попытку удержать выступ или создать новую линию обороны. Даже если бы англичане были достаточно хорошо вооружены крупнокалиберными орудиями и необходимым количеством боепитания или если бы французы обеспечивали им регулярную и надежную поддержку, все равно результат был бы тем же. Не имея возможности воспользоваться ни тем, ни другим, английские военачальники с некоторым ограниченным успехом пытались удержать Ипрский выступ силами одной пехоты. Результатом стало то, чего и следовало ожидать: огромные потери и урезанный выступ.

Если учесть все обстоятельства, становится очевидным, что складывавшаяся обстановка не оставляла иного выбора британским генералам, коль скоро было принято решение удерживать Ипрский выступ. Первопричина всего, что происходило во время Второго сражения при Ипре, заключается в одном роковом решении, в решении, которое было принято в большей степени в силу эмоциональных и политических причин, чем в силу характера каких-то военных действий или недоработок генералитета. И тем не менее, если бы не удалось удержать Ипр, если бы немецкие войска с помощью успешного сочетания химических атак и артиллерийского обстрела смогли бы воспользоваться плацдармом на противоположном берегу Ипрского канала под Лицерной, тогда могла бы рухнуть оборона вдоль всей линии фронта союзников, открылась бы дорога к портам Ла-Манша, и план Шлиффена вновь мог бы стать жизнеспособным. Хотя и очень дорогой ценой, но Второе сражение при Ипре не позволило осуществиться всему этому.

Тем не менее здесь есть много объектов для критики. Поспешные контратаки на хребет Маузер и Сем Жульен, когда без надлежащей поддержки, разведки, подготовки и отдыха в бой посылались целые бригады. Или же когда солдат среди бела дня бросали в атаку на сильно укрепленные позиции противника. Все это не только оправдать, но даже описать толком нельзя. И все-таки, если бы не эти немедленные контратаки, немцы получали бы возможность еще лучше закрепиться на отвоеванных позициях, и туда были бы доставлены их крупнокалиберные пушки и цилиндры с газом, приготовленные для следующего броска вперед… А для проведения контратак британские и канадские генералы располагали только пехотой. Трудно объяснить поведение французов, которые раз за разом оказывались не в состоянии выполнить свои обещания, и не следовало фельдмаршалу Френчу поддаваться на уговоры генерала Фоша. И все-таки, ведь ему же было приказано воевать во взаимодействии с французскими войсками. И, более того, если бы англичане и канадцы не стали удерживать рубежи на выступе до тех пор, пока французы не будут готовы отвоевать потерянные ими позиции, кто бы тогда сделал это?