Читать онлайн «Генералы Великой войны. Западный фронт 1914-1918». Страница 53

В ночь на 25 октября части БЭС занимали позиции вдоль южной части Ипрского выступа, а 17-я, 18-я и 87-я французские дивизии удерживали его северную часть, бельгийская армия продолжала французскую линию обороны до Северного моря. Участие БЭС в новом наступлении армий союзников подтверждалось оперативным приказом № 40, отданным Френчем 24 октября. Согласно этому приказу, в порядке поддержки французских войск I и IV, а также кавалерийскому корпусам предписывалось начать наступление на восток, в то время как II и III, а также Индийский корпуса должны были сдерживать продвижение противника на своих рубежах обороны от Мессине до Неф-Шапелля. Помимо этих задач приказ содержал серьезный изъян. Как обычно, Френч более всего беспокоился о флангах, и поэтому он приказал, чтобы каждый из трех корпусов, предназначенных к выдвижению, «равнялся налево» и находился на одной линии с соединениями, расположенными на их флангах. Таким образом, получалось, что выдвижение корпуса Хейга ограничивалось тем, насколько удалось продвинуться французскому IX корпусу на его левом фланге, в то же время IV корпусу, расположенному справа от корпуса Хейга, приходилось ждать, когда пойдут вперед батальоны этого корпуса, и так вдоль всей линии фронта до самой реки Лис.

Тем самым получили продолжение и даже развитие все недостатки, характерные для наступления при Эне. Тогда, для того чтобы обеспечить наступление различных корпусов развернутым строем, выдвижение производилось со скоростью наиболее медленного подразделения, и благодаря этому неприятель смог оторваться от преследования и получить ресурс времени, который позволил ему окопаться и подготовить рубежи обороны. В данном же случае исходили из того, что только один фланг, а именно левый, должен задавать темп, и что бы ни случилось на других участках боевого порядка, каждый должен передвигаться в соответствии со скоростью соседа слева. Френч не мог понять, что, какой бы ни была желательной защита флангов, она может оказаться палкой о двух концах. Если бы любой из наступающих французских или английских корпусов смог добиться успеха или прорвать линию немецкой обороны, образовавшаяся брешь могла бы быть использована для ослабления обороны или для выхода противнику во фланг в любую сторону от нее. Где бы она ни образовалась, использование подобной бреши было бы благоприятным фактором для всей группы наступающих войск. Однако, настаивая на линейной тактике наступления, фельдмаршал Френч лишал свои войска возможности воспользоваться любым частным успехом, которого они могли бы добиться во время наступательных действий.

В силу этого обстоятельства еще до ее начала объединенная операция союзных войск грозила стать неудачной. Да и оптимизм Френча тоже был преждевременным, поскольку германское командование готовилось возобновить наступление. Хотя интенсивность боев на участке фронта к югу от Лиса падала, 6-я немецкая армия готовилась начать еще одно крупное наступление несколько севернее и нанести удар вдоль дороги от Менина на Гелувельт. Сражение было особенно ожесточенным, однако Френч оставался исполненным надежд, полагая, что, как он 27 октября сообщал в своей телеграмме Китченеру, противник уже понес такие потери, что «теперь он совершенно не способен на любое массированное или сколько-нибудь продолжительное наступление». Тремя днями позже противник начал такое массированное и продолжительное наступление, что нанесенный им удар создал угрозу всей британской линии обороны на фронте под Ипром.

Так же как и командование английских войск, немецкое руководство тоже избрало тактику, при которой часть войск выделялась на защиту рубежей обороны, а другая часть назначалась в наступление. 4-я и 6-я армии поочередно проводили наступление; при этом большая часть артиллерии обеих армий использовалась для огневой поддержки той армии, которая шла в атаку. Из этого не следует, что на фронте армии, оставленной в обороне, наступало затишье, отнюдь нет. Оборона должна держать противника в напряжении, она должна быть активной на всем ее протяжении, хотя бы для того, чтобы не позволить неприятелю перебрасывать силы с одного участка фронта на другой. В целом это можно сравнить с контратакой в боксе, когда боксер одним кулаком блокирует удар соперника и одновременно наносит удар другим кулаком. К несчастью для военачальников с обеих сторон, подобные атаки приводили к большим потерям у атакующих, но они не обеспечивали сколько-нибудь результативного перевеса над противником. И 4-я, и 6-я армии оказались не в силах осуществить прорыв обороны; то же самое относится и к англо-французским войскам, действовавшим против них. Если не считать небольших колебаний в ту или другую сторону, линия фронта оставалась стабильной, а сражение продолжалось, и потери росли. Для успешного прорыва нужно было бы иметь больше солдат, больше пушек и свежие, еще не истерзанные неделями боев войсковые соединения.

Поэтому Фалькенгайн принял решение сформировать еще одну армию, состоящую из трех корпусов и насчитывающую шесть дивизий. Командование этой армией поручалось генералу фон Фабеку, который до этого возглавлял XIII корпус. Фабеку также придавались кавалерийский корпус, шесть не объединенных в бригады батальонов пехоты и еще довольно значительное количество артиллерии, всего более 250 крупнокалиберных пушек. Эти силы, получившие название армейской группы Фабека, были размещены между и позади флангов 6-й армии, и перед ними была поставлена задача: пробиться через имеющий жизненную важность хребет Мессине — Витшэте и далее на плато Гелувельт. Наступление было намечено на 30 октября, и оно должно было проводиться силами правого фланга и центра 6-й армии, всей 4-й армии и силами армейской группы Фабека. В порядке подготовки к этому наступлению 29 октября, пока солдаты Фабека размещались на позициях в тылу 6-й армии, двум немецким армейским корпусам и Баварской резервной дивизии поручалось провести штурм Гелувельта.

В резерве у фельдмаршала Френча больше не оставалось никаких частей. IV корпус Роулинсона был расформирован, а сам Роулинсон вернулся в Англию, чтобы принять под свою команду 8-ю дивизию — подразделение регулярной армии Великобритании. Когда формирование этой дивизии будет закончено, Роулинсон приведет ее во Францию и, объединив ее с 7-й дивизией, создаст на этой базе новый IV корпус. Пока же 7-я дивизия вошла в состав I корпуса, а 3-я кавалерийская дивизия оказалась в составе кавалерийского корпуса. Согласно приказу Хейга, 7-я дивизия заняла позицию, оседлав дорогу на Менин, и здесь она находилась 27 октября, когда из Ставки главного командования к Хейгу пришла телефонограмма, сообщавшая, что, по данным перехваченной немецкой радиограммы, XXVII резервному корпусу приказано 29 октября провести атаку на Гелувельт.

Усилив свою линию обороны, сосредоточив артиллерию на вероятном направлении атаки в районе леса «Полигон» и поглубже зарывшись в землю на позициях по обе стороны от дороги на Менин, Хейг принял решение нанести упреждающий удар, и он стал сражением при Гелувельте, которое длилось три дня. При этом Хейг по-прежнему намеревался, если представится возможность, продолжать наступление на восток силами 2-й дивизии. В 5 часов 30 минут туманного утра 29 октября все эти мероприятия еще находились в различной стадии выполнения, когда на северо-востоке появились цепи атакующей немецкой пехоты. Немецкие солдаты быстро овладели позициями, которые занимали 1-й полк «Черной стражи» и 1-й Колдстримский гвардейский полк. Для англичан день складывался совсем неудачно, поскольку даже батальоны гвардии были отброшены от своих позиций. К вечеру 29 октября I корпус потерял 500 метров своих траншей, стратегически важное пересечение дорог в Гелувельте, и лучшая часть личного состава трех полков регулярной армии погибла под артобстрелом или в рукопашном бою. Части немецкой армии, «которые имели численное превосходство, лучше подготовленную оборону и у которых мощь артиллерийского огня возрастала день ото дня», остановили также и продвижение французских войск.

Ни одно из этих событий не обеспокоило фельдмаршала Френча. 30 октября он отдал приказы о продолжении наступления и сообщил Китченеру, что «если можно будет развить уже достигнутый успех, это обеспечит решающее превосходство», и добавлял, что «хотя и медленно, зато верно мы добиваемся победы на всех участках фронта». Остается только гадать, откуда фельдмаршал получал подобные сведения. Для того чтобы обеспечить подобный «успех», нужно иметь больше войск, и поэтому он намеревается снять II корпус с его позиций на фронте и перебросить на север. Однако свежие силы, имевшиеся в его распоряжении в ночь на 29 октября, были представлены Лондонским шотландским территориальным батальоном (14-й батальон Лондонского полка), который тем вечером прибыл в Ипр, и он находился в резерве к тому моменту, когда стала развиваться вторая фаза немецкого наступления. Вторая фаза представляла собой удар, наносившийся армейской группой Фабека, — начатое 30 октября наступление свежих пехотных дивизий, которые выступали с юго-восточного направления и имели задачу пробиться к дороге на Менин при поддержке 260 тяжелых и сверхтяжелых орудий.