Читать онлайн «Генералы Великой войны. Западный фронт 1914-1918». Страница 138

Затем выдвинулась 4-я дивизия и взяла Фампюз под прикрытием огня гаубиц, передвигавшегося вперед на 90 м каждые 4 минуты. Ее продвижение было остановлено огнем тяжелых пулеметов на правом фланге, однако опять потери были невелики, взявшая Фампюз 12-я бригада потеряла только 147 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести и захватила 230 пленных и 24 орудия. Справа от нее 11-я бригада также продвигалась вперед и прошла 5,5 км, пересекла линию Оппи — Мерикур и даже взяла в плен германского генерала. Эта бригада также установила рекорд Западного фронта, сделав самый длинный рывок за один день для обеих воюющих сторон с момента начала окопной войны в 1914 году… и потеряв только 302 человека из 4 батальонов.

Большинство участков «Черной» и «Синей» линий были заняты без большого сопротивления и больших потерь. В центре войска Тинесайдской шотландской бригады (102-я бригада, 4 батальона Нортумберлендских фузилеров) взяла множество пленных, которые, казалось, рады были капитулировать, поскольку были деморализованы длительной предварительной бомбардировкой и шквальным пулеметным огнем, сметавшим их брустверы. Наступление на «Коричневую линию» севернее Фампюза развивалось, однако, не столь успешно, и некоторые ее участки не были заняты даже к вечеру.

Последняя дивизия XVII корпуса, левофланговая дивизия 3-й армии Алленби, была 51-я (хайлендерская) генерал-майора Джорджа Харпера. Ее наступление осложнялось частично тем, что германские оборонительные позиции — старый «лабиринт», доставивший французам столько неприятностей в 1915 году, — были по-прежнему целы и запутанны, а отчасти тем, что канадцы слева ушли вперед.

Харпер не верил в танки, и ни один из них не был придан его дивизии, которая наступала двумя бригадами в линию, каждую из которых поддерживал батальон резервной бригады. Это наступление испытывало трудности с самого начала, даже овладение «Черной линией», которое везде далось легко, здесь составляло проблему. Ужасная перестрелка произошла около «лабиринта», где взвод германской пехоты бился до последнего человека, и только после его гибели позиция была взята. Эта задержка лишила хайлендеров поддержки огневого вала, который ушел далеко вперед. Между тем огонь крупнокалиберных пулеметов подорвал силы наступающих батальонов между «Черной» и «Синей» линиями, и наступление к «Коричневой линии» вписано в «Официальную историю» как «глава катастроф». Правильнее было бы сказать «нелепостей».

Передовые батальоны — 7-й Аргайлский и Сатерлендский хайлендерский и 4-й хайлендерский Гордона — потеряли почти всех офицеров, сбились с направления и повернули поперек фронта другой бригады; один взвод хайлендеров двинулся вместе с канадцами и занял одну из целей последних, прежде чем занять свое место. Дивизия смогла установить связь с 1-й Канадской дивизией Карри, но не достигла конечной цели, что в будущем должно было создать большие проблемы для канадцев, сражавшихся, чтобы закрепиться на возвышенности Вими.

В целом, однако, первый день 1-го сражения на Скарпе прошел хорошо, план, разработанный Алленби и его корпусными командирами, позволил 3-й армии значительно продвинуться при незначительных потерях. Даже 51-я дивизия, не занявшая своей конечной цели, взяла 700 пленных и несколько орудий.

Британцы выучили и с успехом применили уроки Соммы, однако то же самое сделали и немцы. Постоянный рост интенсивности и тяжести огня английской артиллерии в последние месяцы был ими замечен, и были найдены средства противодействия, главным из которых было оставление линейных укреплений, которые под давлением такого огня не могли быть удерживаемы. Людендорф вследствие этого выработал новое построение обороны в глубину, основанное на системе аванпостов, дополняемой долговременными укреплениями и поясами колючей проволоки, закрываемой пулеметами и артиллерией и служащей фронтом сильных контратакующих дивизий.

Разумеется, если бы у них было достаточно орудий и мужества, британцы могли бы вклиниться в германскую линию. Могли ли они там закрепиться — уже другой вопрос. Противник потерял такое множество людей и орудий во многом потому, что старший на этом участке, командующий 6-й армией генерал фон Фалькенхаузен не понимал новых принципов обороны. Это, однако, вскоре переменилось. Битва на Скарпе еще только начиналась, а германский контрудар уже начал приобретать форму.

Сражение у гребня Вими рассматривается, и по праву, главным образом как битва канадцев, почти не связанная с Аррасским наступлением на их правом фланге. Хотя это фактически неверно, имеет смысл взглянуть на успехи 3-й армии Алленби до рассвета 9 апреля и посмотреть, чем канадцы расплатились под Вими. 3-я армия достигла значительных результатов, понеся, по понятиям Первой мировой войны, приемлемые потери. В первый день здесь было задействовано столько же дивизий, как и на Сомме восемью месяцами ранее, но сопоставление потерь довольно интересное. Роулинсон 1 июля 1916 года потерял 57 000 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Алленби потерял 8328 человек за первые три дня Аррасского сражения, и, если прибавить к этому потери также участвовавшей в деле под Вими 1-й армии, общий итог первых трех дней сражения под Вими-Аррасом (цифры по отдельным дням неизвестны) составляет 13 000 убитыми, ранеными и пропавшими без вести.

Хотя это благоприятное соотношение не могло сохраняться, достижения 3-й армии 9 апреля не следует преуменьшать. Некоторые дивизии дрались с большим искусством и использовали опробованные и испытанные методы — а также множество теперь доступных орудий и танков — с заметным эффектом. Английская артиллерия стала устрашающей, точной и эффективной, танки сделались по крайней мере полезными, а заградительный огонь пулеметных рот заставлял немцев пригибаться при приближении наступающей пехоты. Алленби мог быть груб на словах, однако его подчиненные под Аррасом вечером 9 апреля 1917 года мало в чем имели право упрекнуть его.

Несомненно, и германская армия под Аррасом не была так сильна, как на Сомме. Довольно часто немцы сдавались в плен, было взято более 5000 пленных, и весьма значительное число орудий попало в руки англичан. Упорное сопротивление было оказано только на линии Ванкур — Феши, и хотя они и не овладели всеми целями, войска 3-й армии и их генерал могли считать, что за день проделали хорошую работу. Однако эти хорошие вести затмили в коммюнике события, происшедшие рядом, чуть севернее, где Канадский корпус овладел бастионом возвышенности Вими за один день тяжелых, расчетливых боев.

Канадский корпус, как и оба корпуса АНЗАК, покрыл себя славой на Западном фронте. Поскольку эта глава касается двух наиболее значительных сражений, в которых они участвовали, может быть полезно рассмотреть причины, по которым эти соединения действовали столь успешно и заслужили такое уважение не только соратников, но и противника. Первая, очевидная, причина заключается в том, что это были хорошие войска, хорошо подготовленные, хорошо руководимые и с высоким боевым духом. Без этих качеств ни одна часть не сможет преуспеть на войне, хотя за последние двадцать лет они несколько омрачились нарастающим хором самовосхвалений, звучащим в Канберре и Оттаве, и в несколько меньшей степени в Веллингтоне, набирающим силу по мере того, как ветераны Великой войны умирают. Там твердят, что солдаты из Канады, Австралии и Новой Зеландии были сильнее, храбрее, умнее и имели лучшее командование, чем войска метрополии. На самом деле мало кто из ветеранов Великой войны из этих стран присоединился бы к этим голословным утверждениям, и при некотором размышлении становится ясно, что подобное простое объяснение совсем не обязательно правильное.

Большая часть этих заявлений делается под влиянием естественной гордости подвигами национальных армий во время Великой войны или объясняется стремлением поддержать республиканские настроения в этих странах. Вызывает, однако, сожаление, что некоторые историки в Канаде и Австралии пытаются преувеличить подвиги, совершенные их героическими предками в эпоху Великой войны, уничижая деяния и мужество их британских товарищей по оружию. Большинство солдат Канадского корпуса родились в Англии (о чем подробно сказано в 7-й главе), столь же значительную часть они составляли в АНЗАКе, так что шовинизм в значительной степени оказывается безосновательным. В 1914 году подавляющее большинство жителей Австралии и Новой Зеландии были британского происхождения; семейные связи были прочны и постоянно поддерживались; объем почтовой корреспонденции между Британией и Австралией был, как утверждается, «гигантский». Граждане доминионов в 1914–1918 годах были одновременно подданными — а многие из них и солдатами — Британской империи, и гордились этим.