Читать онлайн ««Русские – успешный народ. Как прирастала русская земля»». Страница 70

В конце царствования Александра I та часть Малой орды, что кочевала на территории Оренбургской губернии, получила новую систему правления. Ханская власть была упразднена; пространство кочевий разделено на части, переданные под управление старших султанов из числа феодальной знати. Но разбоя в степи стало только больше. Батыры нападали на караваны, обирали становища, а акыны слагали о них сказания. Султаны, пусть и старшие, не смели показаться в степи без русского конвоя. Казачьим отрядам, высылаемым в бескрайнюю степь для поимки разбойников, проще было бы искать иголку в стоге сена.

В 1833 г. на пост оренбургского военного губернатора и командующего Оренбургским корпусом был назначен граф В. Перовский. Граф прошел две войны и был человеком широких (как бы сейчас сказали, системных) подходов к освоению Средней Азии. Оренбург под его эгидой расцвел. В окружении графа находилась целая плеяда умных людей, «радеющих о процветании Отечества», в том числе В. Даль.

У Яна Виткевича, адъютанта Перовского, который пересек западную часть киргиз-кайсацких степей, читаем: «Ныне власть и влияние нашего управления простирается почти не далее пограничной черты Урала и не внушает ни кайсакам, ни областям Средней Азии особенного уважения… Вообще кайсаки, за исключением самых ближних и проживавших на Линии, не имеют никакого понятия о подданстве своем».[483]

Виткевич описал и те методы, с помощью которых хивинский Аллакули-хан «управляет» киргиз-кайсаками, де-юре находящимися в российском подданстве: «Хивинцы ездят по Сырдарье, до самого Ак-Мечета Ташкентского, где отделяется Куван от Сыра, и грабят беспощадно чумекейцев наших, которые зимуют здесь и прикочевывают на лето к Оренбургской линии между Орска и Верхнеуральска».

Хива, покупавшая пленников у немирных киргиз-кайсаков, постоянно стимулировала их набеговую активность.

В лихие налетчики подался и внук хана Средней орды Аблая, Кенесары, аулы которого кочевали в неуютной полынной пустыне между реками Джиланчик и Сарысу…

В 1832 г. род Кенесары Касимова ушел за водой в Ташкению, принадлежащую кокандцам, но, освежившись, стал устраивать набеги на киргиз-кайсаков, принявших российское подданство. После ссоры с ташкентским кушбеком род перекочевал на север, к горам Улытау, откуда стал нападать на русские конвои между Оренбургской и Сибирской линиями — немало казаков сложило головы в степи. У одного из султанов Средней орды Кенесары угнал огромный табун в 12 тыс. лошадей. А казаки отбивали у кочевых аулов, поддерживающих Кенесары, скот, за счет которого возмещались потери у мирных киргиз-кайсаков, ограбленных степными «свободолюбцами».

В 1835 г. оренбургский губернатор Перовский обосновал необходимость создания новой оборонительной линии, проходящей от Орской крепости до редута Березовского (неподалеку от Троицка) на реке Уй, впадающей в Тобол. Проект был утвержден Николаем I, и на всем протяжении новой линии начали воздвигаться укрепленные поселения — общим числом 30. Между ними ставились редуты и пикеты.

Создание линии, получившей название Новой, продолжалось до 1845 г., она поставила под контроль российских властей Новолинейный район. Здесь появилось несколько десятков казачьих станиц, получивших примечательные названия в честь побед русской армии.[484]

После экспедиций Г. Карелина на северо-восточный берег Каспийского моря в заливе Мертвый Култук было поставлено Нов о александровское укрепление, а на Мангышлакском полуострове — возобновлено укрепление Святого Петра под именем Новопетровское. Для поддержания сообщения между ним и Гурьевым, начальным пунктом Оренбургской линии, Перовский создал систему пикетов.

Строительство новых русских укреплений на первых порах лишь добавило азарта степным разбойникам. Когда они ухитрились захватить на Каспии четырехпушечный бот со всей командой, чаша терпения оренбургского губернатора переполнилась. Перовский направил в степь генерал-майора Дренякина с тысячей служилых башкир, которые настигли и изрядно отделали разбойников в 500 верстах от Оренбурга. Войсковой старшина Осипов с тремя сотнями казаков нашел в песках Туйсуйчана киргиз-кайсаков адаевского рода, напавших на Новоалександровское укрепление, и наголову разбил их. 550 уральских казаков под командой полковника Мансурова в Устюртской пустыне обнаружили и истребили еще одну крупную банду, нападавшую на пограничье. Множество пленников обрело свободу, и в степи ненадолго водворился покой.

В ковыльно-полынных степях, лежащих к востоку от Оренбургской губернии, возникла еще одна цепь укрепленных русских поселений — Кокчетав, Каркаралы, Аягуз, Баян-аул и Акмолинск.[485] В 1837 г., с возведением на юго-восточном направлении Актауского укрепления, устраивается пограничная служба на линии, проходящей от Актау до Петропавловска.

В 1830-х гг. русские посты продвинулись на 600–700 верст от Сибирской линии и достигли Голодной степи (эта огромная глинистая равнина позднее станет центром хлопководства).[486]

Но за пустынями и солончаками находились серьезные противники, издревле воюющие по своим законам.

«Пища азиатцев заключается преимущественно в мясе; скот гонится обыкновенно при войсках или добывается в степях грабежом… Во время похода Азиятец чрезвычайно умерен в пище, небольшого куска крута (овечьего сыра) бывает достаточно для него на несколько дней…»[487] Русским же офицерам предстояло провести через пустыни регулярное войско с артиллерией, с припасами.

Все помнили о гибели экспедиции Бековича, поэтому российские власти долго не решались на дальний поход в Среднюю Азию.

Наконец, зимой 1839–1840 гг. оренбургский губернатор Перовский предпринял экспедицию в Хиву силами 3,5 тыс. пехотинцев и 1,5 тыс. кавалеристов. Однако его отряд не справился с тургайскими степями и, не дотянув немного до Арала, повернул обратно, понеся существенные санитарные потери.

Не были удачны и попытки утихомирить Кенесары Касимова, хотя в отношении разбойного султана Перовский предлагал использовать договорную тактику. (По этому поводу у него даже возникли большие разногласия с западносибирским генерал-губернатором П. Горчаковым.)

В 1842 г. по ходатайству Перовского султан Кенесары получает прощение от государя вместе с указанием кочевать около Оренбургской линии. Перовский также выступает против конфискации скота у мятежных родов.

Но «волка» прикормить не удалось. Прощенный султан стал высылать разбойничьи шайки в Акмолинский, Кокчетавский и Аман-Карагайский округа. В 1843 г. он, напав на Екатерининское укрепление, увел оттуда 40 русских пленных. А июльской ночью 1844 г. Кенесары истребил целую группу киргиз-кайсацких султанов. После этого «подвига» бухарский и хивинский ханы разглядели в Кенесаре своего брата и назвали его киргиз-кайсацким ханом.[488]

В1845 г. было основано укрепление Оренбургское на реке Тургай и Уральское на реке Иргиз (позднее город Иргиз) — для препятствования переходу мятежников Кенесары на север, — и волнения в Малой орде прекратились. На Аральском море появляется русская флотилия.

Султану Кенесары вновь объявлено высочайшее прощение. Он отпускает русских пленников, но мятеж продолжается, хотя уже идет по затухающей.

Сдавленный укреплениями и пикетами, преследуемый казачьими отрядами, Кенесары со своими людьми уходит сперва в пески Барсуки, потом в кокандские владения.

И вот в 1847 г. ему приходит закономерный конец. В Чуйской долине Кенесары вместе со своими воинами изрублен каракиргизской конницей — султан-разбойник осточертел многим. Сын его Джафар пытался продолжить отцовские подвиги в Акмолинской области, но время большого разбоя уже кончилось. В1851 г. он был схвачен в Актау и вместо того, чтобы завершить беспутную жизнь на виселице (цивилизованные европейцы непременно оказали бы ему такую последнюю услугу), отбыл в березовскую ссылку.[489]

Большинство киргиз-кайсацких родов не поддерживало Кенесары и сочувствовало российским властям, чему способствовала система правления, выстроенная в Западно-Сибирском генерал-губернаторстве согласно «Уставу о сибирских киргизах», разработанному Сперанским. Управление поручалось самим кочевым общинам — аулам и волостям. Основной административной единицей являлась волость, возглавляемая выборным султаном. Волости группировались в два округа, во главе каждого из которых стояли власти, состоявшие из выборного старшего султана, трех русских заседателей и двух киргиз-кайсацких. Отправление суда и расправы было оставлено за биями — традиционными судьями.

После завершения восстания Кенесары около 3,6 тыс. желающих крестьян из центральных и малороссийских губерний были переселены в Кокчетавский уезд и зачислены в казаки. Среди них были поселены старые казаки — для обучения правильной казачьей жизни.