Читать онлайн «Азовский флот и флотилии». Страница 24

В военных успехах Донской армии, освобождении ею в короткий срок и при минимальных потерях Азовской крепости огромная заслуга Донской флотилии, которая не только прикрывала Азов со стороны моря, но и участвовала своей артиллерией в разрушении его укреплений и уничтожении живой силы противника.

При движении сухопутных войск генерал-фельдмаршала П. П. Ласси по северному побережью Азовского моря и при наступлении на Крым Донская флотилия перевозила воинов, вооружение и боеприпасы, обеспечивала их продовольствием, фуражом и питьевой водой.

В результате совместных действий Донской армии и флотилии военное искусство обогатилось опытом форсирования сложных водных преград.

Турецкий флот в Азовском море противодействовал наступлению русских войск, широко используя не только галеры, но и крупные парусные корабли, вплоть до линейных, имевших сильное артиллерийское вооружение. Русские гребные суда не раз вступали в бой с турецкими кораблями, но добиться ощутимого успеха не могли, так как противник имел значительное превосходство в силах.

Однако наличие большого количества мелкосидящих маневренных судов: ботов, каиков, шлюпок и лодок, действовавших в непосредственной близости от берегов, способствовало своевременной доставке Донской армии необходимых грузов. Доступ сюда крупных турецких кораблей был невозможен, а с мелкими вражескими судами русские моряки справлялись сами, да к тому же им на помощь нередко приходила войсковая артиллерия. Таким образом, если Доно-Азовская флотилия прикрывала армию со стороны моря, то и армия своими батареями постоянно охраняла флотилию, отгоняя своим артогнем вражеские корабли и суда.

Форсировав с помощью наплавных мостов из лодок и пустых бочек Генический пролив и Сиваш, русская армия совершила обход сильно укрепленных позиций противника на Перекопе и разгромила татарское войско на реке Салгир. При проведении этой операции русское командование умело сочетало действия авангарда и главных сил, хорошо организовало взаимодействие пехоты, конницы и военной флотилии. Немаловажное значение для разгрома врага имели дезориентация его, внезапность и превосходство в силах на главном направлений.

Помимо непосредственных военных действий против турок на море, перевозок вооруженных сил, снаряжения и продовольствия Доно-Азовская флотилия, руководимая вице-адмиралом П. П. Бредалем, провела большие работы по промерам, изысканию мест для гаваней и съемкам восточных, северных и частично западных берегов, в итоге чего появились карты Азовского моря, которые по своему качеству превзошли все предшествующие, в том числе и карты, составленные по материалам армий П. П. Ласси и Б. К. Миниха.

Боевые действия русской армии и флота на юге продолжались до сентября 1739 года, когда в Белграде был подписан мирный договор с Турцией, по которому Россия, возвращая ей Очаков и Кинбурн, получала небольшие территории на Правобережной Украине, а также право построить Черкасскую крепость на Дону. По условиям договора России возвращался также Азов, но без права возводить в нем укрепления. Оставался за Россией и Таганрог, но при условии уничтожения крепости. Начатые здесь восстановительные работы были не только прекращены, но все, что успели сделать за эти годы, подвергалось уничтожению в присутствии турецких комиссаров.

По Белградскому договору России запрещалось иметь на Азовском и Черном морях флот, строить на них гавани и верфи, вести на своих кораблях торговлю. В соответствии с договором Донская военная флотилия, которая к этому времени уничтожила большую часть судов, была расформирована.

В целом Белградский мирный договор был невыгоден для России. Он, по существу, ликвидировал военные завоевания России и лишал ее выхода к Черному морю.

Через четверть века после заключения Белградского договора отношения между Россией и Турцией вновь становятся напряженными. По указанию Екатерины Второй[55], взошедшей на царский престол в 1762 году, посол А. М. Обресков в Турции делал все возможное, чтобы оттянуть войну. Однако, у России и Турции было слишком много причин, вызывающих взаимную вражду: отсутствие четкой разграниченности южных территорий, стремление владеть Черным и Азовским морями, набеги крымских татар на южные города и села Украины и России, турецкий гнет близких России славянских государств, боязнь русского влияния на Крым и ее стремление проникнуть на Северный Кавказ, обоюдная заинтересованность в польских делах и пр.

25 сентября 1768 г. Турция, поддерживаемая Францией и Австрией, объявила войну России, которая не являясь неожиданностью, застала Россию врасплох. Предстояла длительная и упорная борьба, так как Порта скопила немалые силы. Особенно уверенно чувствовала себя она на Черном и Азовском морях. С помощью сильного флота турецкое командование могло беспрепятственно передвигать свои войска в любую точку побережья, поддерживать их корабельным огнем, бесперебойно снабжать боеприпасами и продовольствием.

Однако, несмотря лишь на частичную готовность вооруженных сил и флота к войне, Екатерина II была полна оптимизма и уверенности в победе над неприятелем. «Туркам с французами, — писала она военному министру графу З. Г. Чернышеву[56], — заблагорассудилось разбудить кота, который спал. Я — сей кот, который им обещает себя дать знать, дабы память не скоро исчезла… Мы всем зададим звону».

В связи с началом войны был создан Государственный совет, в который вошли видные государственные и военные деятели страны, принявшие решение вести наступательную войну, исходные позиции для которой определили у Днестра. Чтобы блокировать от турок Крым, требовался флот, для строительства которого решили возродить верфи на Дону и в Воронеже. Через неделю Адмиралтейская коллегия приняла специальное постановление о строительстве на бывших петровских верфях Донской флотилии.

Поскольку главная борьба ожидалась на побережье Азовского и Черного морей, по указу императрицы, 9 ноября 1768 г. была назначена комиссия, которой надлежало выяснить возможность «иметь на Азовском море военные суда, каковые б могли во всякое время быть годными в военном действии против тамошних флотов». Указ требовал изучить возможность «К, построению их и о изыскании места, где б их строить и содержать, чтоб могли во всякое время выйти в морс».

Во главе комиссии был поставлен одни из ближайших помощников Екатерины, талантливый боевой командир вице-адмирал Г. А. Свиридов[57] и крупный военно-морской специалист, только что назначенный руководителем Донской экспедиции, контр-адмирал А. Н. Сенявин[58].

Использовав извлеченные из архива данные экспедиции Бредаля и Дибриния 1736 года, комиссия в течение короткого времени подготовила и представила свои предложения Адмиралтейств-коллегии. В начале января 1769 года обобщенные коллегией материалы были переданы на имя императрицы.

Отвечая на ту часть указа, в котором Адмиралтейств-коллегии предлагалось высказать суждение о роде вооруженных судов для Азовского моря, рапорт гласил: «…Коллегия, невзирая на все приложенные старание и домышление, не могла иных судов изобрести, как только четырех родов: 1) о 16 пушках 12-фунтового калибра с осадкой без груза в 6, а с грузом до 9 футов; 2) о 14 пушках 12 фунтового калибра; 3) бомбардирские 8-пушечные и 4) 12-пушечные 6-фунтового калибра».

Исходя из существующих глубин Азовского моря, Адмиралтейств-коллегия предлагала строить суда с небольшой осадкой. А суда большего и лучшего образца, по ее мнению, можно будет строить при углублении дна гавани и расчистке фарватера.

В представленном рапорте приводятся довольно интересные рассуждения относительно выгод, которые могут дать мелководье Таганрогского залива и мелкосидящие суда. Во-первых, против турецких линейных кораблей, неповоротливых и больших, но обладающих крупнокалиберной артиллерией, удобно использовать быстрые маневренные галеры, вооруженные более легкими, но зато более многочисленными пушками, позволяющими вести массированный огонь. Во-вторых, при необходимости, мелкосидящие суда могут быстро уйти на такие глубины, куда доступ большим кораблям неприятеля невозможен.

И все же авторы рапорта высказывают уверенность, что на Азовском море можно будет строить крупные линейные корабли, для вывода которых из доков и гавани придется использовать камели (понтоны), а вооружение и оснащение проводить на рейде, а так как Азов и Таганрог в это время были заняты противником, контр-адмирал получил указание немедленно приступить к восстановлению полуразрушенных петровских верфей в Таврове, Павловске, Хоперске и других местах и заложить на них боевые суда.