Читать онлайн ««Проклятые вопросы» Великой Отечественной. Утерянные победы, упущенные возможности». Страница 50

Но, так или иначе, 22 мая 1945 года родился документ, озаглавленный «Операция «Немыслимое», план военных действий против Советского Союза. 80 дивизиям союзников, из которых 20 были танковыми, Советский Союз мог противопоставить 140 пехотных и 30 танковых дивизий, а также 24 танковые бригады. На самом деле количество советских дивизий было значительно больше, эта оценка базировалась на пересчете численности. 6700 самолетов западных союзников могли столкнуться с 14 600 самолетами Красной Армии. Вот эти цифры и заставили генералов усомниться в том, что военные действия могут принести успех. При этом в документе отмечались высокие боевые качества советских войск, пусть даже и измотанных долгой и тяжелой войной. Единственным аргументом в пользу союзников считалось качественное превосходство авиации (при вдвое меньшей численности) и ничтожные запасы высокооктанового бензина в Советском Союзе, что опять же не позволило бы советским самолетам действовать с полной эффективностью.

Кстати, в документе даже не упоминается ядерное оружие, что, в общем, можно понять. Нанести удар по советской территории у американцев не получилось бы, а сбрасывать атомную бомбу на Берлин или Париж, даже после захвата их советскими войсками, как-то глупо.

В общем, отнестись к этому документу совершенно всерьез трудно, слишком много в нем пустопорожних бредней. К тому же западные союзники были крайне заинтересованы в том, чтобы Советский Союз, как было оговорено на Ялтинской конференции, вступил в войну против Японии. Конечно, это не сыграло бы решающей роли в Тихоокеанской войне, как и высадка в Нормандии не решала исхода войны против Гитлера, но капитуляция Японии состоялась бы заметно раньше. Мимоходом заметим, что утверждение американских генералов, будто высадка в Японии будет стоить им миллиона жертв, оказалось фальшивкой, подготовленной американским Комитетом начальников штабов для обмана собственного президента и правительства, поэтому так ли уж необходимо было участие Красной Армии в заключительном наступлении на Японию, это вопрос. Зато информация об операции «Немыслимое» вполне могла подтолкнуть советское командование к активным действиям вне зависимости от наличия или отсутствия плана «Дойти до Гибралтара».

Примем за основу допущение, что советское командование сумело узнать о плане «Немыслимое», во всяком случае, некоторые авторы именно эти объясняют перегруппировку войск, которую затеял маршал Жуков в июне 1945 года. Действительно, если взглянуть на карту, то обнаружится, что положение советских войск весьма напоминает живописный хаос, в котором оказывались те же немцы после окончания победоносных кампаний осенью 1939 года в Польше и летом 1940 года во Франции. Нет единой линии фронта, тылы отстали, подразделения перемешались, они разбросаны по большой территории. Жукову требовалось подтянуть лучшие армии, все еще находившиеся в районе Берлина, а также войска из Чехословакии. Кроме того, три армии застряли на побережье Балтики.

Будем считать, что приказ из Москвы, о котором пишут российские историки, ссылаясь на историков английских (интересный вариант, не правда ли?), в равной степени удовлетворял и намерению выстроить оборону против нападения союзников, и желанию нанести удар по тем же союзникам. Кстати, в этом случае ни о какой отправке войск на Дальний Восток не могло быть и речи, но заключение союзного договора с Японией, которое привиделось британским генералам, мы рассматривать не станем по определению.

Теперь следует разобраться с тем, каких союзников сумел бы найти Сталин для предстоящей войны. С гитлеровцами сражались две армии Войска Польского, болгарская армия и несколько югославских, хотя не следует преувеличивать их боевую ценность, особенно югославских. Там маячила гражданская война, и маршалу Тито было не до внешних разборок. Впрочем, возможности французской армии, оказавшейся по ту сторону линии фронта, также не следует переоценивать. Кстати, англо-американские армии были разбросаны ничуть не меньше, например, 1-я канадская армия застряла в Голландии, 5-я американская — где-то в горах Тироля и так далее. Но предположим, что союзники также начали сосредоточение войск на предполагаемой линии фронта.

Самый тяжелый вопрос: как объяснить людям, почему вчерашний союзник вдруг превратился в противника? Но вот с Красной Армией это как раз не проблема. Вы читали статью Джорджа Оруэлла «Литература и тоталитаризм»? Почитайте. «Вот очевидный, самый простой пример: до сентября 1939 года каждому немцу вменялось в обязанность испытывать к русскому большевизму отвращение и ужас, после сентября 1939 года — восторг и страстное сочувствие. Если между Россией и Германией начнется война, а это весьма вероятно в ближайшие несколько лет, с неизбежностью вновь произойдет крутая перемена». Статья была опубликована 19 июня 1941 года!

Короче, 22 июня 1945 года советским людям объявили, что теперь нужно начать борьбу против англо-американского империализма, тайно поддерживавшего фашизм и вторгшегося в Европу с корыстными целями, предстоит освободительный поход, чтобы помочь французскому пролетариату сбросить иго капиталистического гнета. Что будут говорить американцы? Ну, это их проблема.

Изобретать какие-то хитрые стратегические планы маршалу Жукову, разработавшему план операции «Ермолов», совершенно не требовалось, направление главного удара было совершенно очевидным. Необходимо было захватить наиболее крупные порты Западной Европы — Гамбург и Антверпен, чтобы лишить союзников возможности беспрепятственно перебрасывать подкрепления на материк. Собственно, так пытались действовать немцы во время неудачной попытки наступления в Арденнах зимой 1944 года. На острие главного удара находились пополненные и переформированные 1-я и 2-я гвардейские танковые армии. Вспомогательный удар южнее на территории Чехословакии наносился силами 3-й и 4-й гвардейских танковых армий. При этом союзникам был подготовлен пренеприятный сюрприз: предполагалось впервые бросить в бой новейшие танки ИС-3, противопоставить которым союзникам было решительно нечего.

Главная идея операции заключалась в быстром разгроме англо-американских войск на линии фронта, после чего боевые действия фактически прекращались и начиналось простое выдвижение войск с целью занятия максимально возможной территории. Советское командование не без оснований считало, что быстро сформировать вторую волну армий союзники просто не сумеют, как это не сумели французы в июне 1940 года, даже воюя на собственной территории. К тому же советский Генеральный штаб правильно считал, что людские ресурсы Великобритании исчерпаны и после гибели 2-й и 8-й армий Англия уже просто не сумеет набрать необходимое количество солдат, особенно учитывая непрекращающуюся войну против Японии. Соединенные Штаты смогут сформировать новый экспедиционный корпус и доставить его в Англию, но это займет слишком много времени. К тому же совершенно неизвестно, осмелится ли американское правительство рисковать второй раз после столь крупных потерь. Ведь до сих пор все поражения американских войск можно было считать сугубо локальными неудачами, не связанными со слишком большими потерями. Даже на Филиппинах весной 1942 года капитулировало не более 25 ООО человек американских солдат, общее количество было много больше, но это были не американцы, а потери филиппинской армии американскую общественность совершенно не волновали. Если же будет уничтожена миллионная армия, это подорвет желание американцев продолжать войну, тем более что собственно американским интересам ничто не угрожает. Сталин намеревался сразу после того, как остатки англо-американских войск эвакуируются с материка, предложить мир. Вопрос о высадке в Англии даже не поднимался по весьма просто причине: у Советского Союза не было флота, который бы заслуживал названия «Флот», так, горстка устаревших и слабых корабликов. Экономическое положение страны не позволяло ей вести затяжную войну, ситуация с продовольствием была близка к катастрофе, а рассчитывать на запасы разоренной Европы явно не приходилось. Таким образом, оба противника сходились в одном: либо война будет скоротечной, либо ее не следует начинать вообще. Повторения шестилетней войны против Гитлера не вынесет никто.

Главную опасность, по мнению советских генералов, представляла авиация союзников, хотя и здесь положение было не столь плохим, как могло показаться на первый взгляд. Главной ударной силой союзников оставалась стратегическая авиация, однако

8-я воздушная армия так и не перебралась на материк за ненадобностью, а 15-я базировалась на юге Италии и тоже мало чем могла помочь в будущих военных действиях. Вдобавок в условиях динамичной маневренной войны стратегические бомбардировщики были малополезны, они могли разве что заняться разрушением того, что еще не было разрушено, — мостов, дорог, городов. Но теперь это не имело особого смысла. Вдобавок бомбардировщики В-29 «Сверхкрепость», бороться с которыми советские ВВС просто не могли по причине отсутствия высотных истребителей, были сосредоточены на Тихоокеанском театре, и их переброска в Европу не предвиделась. Оставались 2-я англо-канадская и 9-я американская воздушные армии, справиться с которыми представлялось возможным.