Читать онлайн «Загадочные экспедиции». Страница 9

Плавание в северной части Тихого океана было в те времена очень опасным, но игра стоила свеч. Острова Берингова моря изобиловали котиками и каланами. Хватало там и песцов, а в лесах Аляски водились куницы, бобры, лисы и другие пушные звери. Охота и меновая торговля с аборигенами приносили доход, от которого захватывало дух. Удачный рейс одного небольшого, даже по тогдашним понятиям, корабля мог дать прибыль в 100, 200, 300 тыс. р. и даже более.

Однако таковы были результаты промысла в наиболее благоприятных районах, и неудивительно, что между сибирскими промышленниками вскоре возникла острая конкуренция за право ведения промысла в этих районах. С другой стороны, организация экспедиции к берегам Аляски требовала солидных средств. И наконец, в конце XVIII в. в районах русского промысла у берегов Аляски появились иностранные конкуренты (прежде всего англичане и американцы).

Все это побуждало русских промышленников создавать свои компании по совместной эксплуатации Аляски. Наиболее значительной по капиталовложениям и размаху деятельности была компания, созданная купцами Шелиховым и Голиковым. Она вела поиск новых земель, доступных для освоения, строила укрепления-фактории, устанавливала контакты с аборигенами и приводила их в русское подданство.

Для придания этому процессу должного размаха и защиты своих интересов от притязаний конкурентов Шелихов решил обратиться к помощи Петербурга. Комиссия о коммерции, рассмотрев его просьбы, выступила с ходатайством перед императрицей об удовлетворении оных. При этом комиссия констатировала следующее: во-первых, компания Шелихова и Голикова на собственные средства снарядила ряд морских экспедиций, в ходе которых были открыты и присоединены к российским владениям обширные территории, перспективные для освоения. Однако «достаток их (Шелихова и Голикова. — М. Ч.) не соответствует их усердию», т. е. компания нуждается в финансовой помощи.

Во-вторых, прочие российские компании, ведущие аналогичную деятельность на Тихом океане, руководствуются только корыстью, а не государственным интересом. Людей нанимают «распутного нрава», туземцев притесняют и вражду к россиянам им прививают. Мало того, все это они норовят творить на землях, открытых радениями компании Шелихова и Голикова. Последняя же печется не только о прибыли, но и о том, чтобы просветить диких американцев и сделать их добрыми подданными ее императорского величества.

В-третьих, для сохранения российских владений в Америке от притязаний иноземных конкурентов нужна сила — регулярные войска.

В-четвертых, господ Шелихова и Голикова следует наградить, дабы всем было видно, как ценит ее императорское величество старания своих подданных.

С учетом вышеизложенного предлагалось дать компании беспроцентный заем в 200 тыс. р. сроком на 20 лет и монополию на хозяйственное освоение открытых ею территорий. Кроме того, рекомендовалось выделить в распоряжение компании отряд регулярных войск численностью 100 человек, а ее учредителей наградить почетными шпагами, медалями и похвальными листами.

Здесь я позволю себе некоторые комментарии. В советской литературе, как научно-популярной, так и художественной, перспективность шелиховских начинаний и возможность в целом удержать Аляску в составе русских владений находят различные оценки. Я лично полагаю, что в военном, политическом, а главное — в экономическом отношении русская колонизация Америки была совершенно бесперспективна.

Семена Николаевича и всех его единомышленников покорнейше прошу сидеть смирно и свою образованность не показывать. На этой теме я позднее остановлюсь подробнее. А пока отмечу, что Екатерина II дала неплохо аргументированный ответ комиссии о коммерции. Суть его сводилась к тому, что казна пуста и просимую сумму выделить не может. А если начинания оных купцов действительно солидно обоснованы, почему бы им не обратиться к частному капиталу? С другой стороны, просимый заем — 200 тыс. р. без процентов, да еще на 20 лет, — явление в коммерции необычное и в высшей степени сомнительное.

При этом императрица напомнила членам комиссии анекдот, который вам, очевидно, знаком (с некоторыми различиями в деталях). Некий хитрец обещал своему богатому соотечественнику (монарху, покровителю) вручить слона грамоте в течение 30 лет за соответствующее вознаграждение, полученное заранее. Когда его спросили, реально ли то, что он обещает, и зачем ему именно 30-летний срок, хитрец ответил: за это время либо я, либо слон, либо тот, кто финансирует предприятие, непременно умрет. Далее императрица признала, что вооруженные силы компании нужны, но еще более они нужны Европе. И наконец, монополия, испрашиваемая Шелиховым и Голиковым, противна пользе государственной, а благие учреждения оных господ беспристрастными свидетелями не подтверждаются.

Быть может, господа Шелихов и Голиков действительно достойные люди, но таких людей и без них на Руси хватает. Закон должен охранять интересы всех и всем давать возможность для полезных коммерческих начинаний. Монополия же «суть стоглавое чудовище», и монопольные компании в Западной Европе разоряются одна за другой.

Как видим, Шелихов и Голиков потерпели в столице поражение. Впрочем, по одному пункту они добились своего: почетные шпаги, медали и похвальные листы им дали. На эти расходы Екатерина II пошла без колебаний.

Однако упомянутые купцы не пали духом, и дела у них со временем пошли на лад. Подозреваю, что либо, описывая свои финансовые затруднения, они несколько сгущали краски, либо последующее развитие событий позволило им получить солидную прибыль. Так или иначе, они расширили дело, взяв в долю купца Мыльникова, и их стараниями в 1797 г. (уже при Павле I) было создано повое предприятие, названное Российско-Американской компанией. Владения ее простирались на Аляске от 55° с. ш. до Берингова пролива. Кроме того, в них входили Алеутские, Курильские и ряд других островов на севере Тихого океана.

Компания имела свои флаг, деньги, промысловый и торговый флот, хозяйственные постройки, прочие виды собственности (движимой и недвижимой), а также право на ведение внешней торговли. Основой ее деятельности была торговля пушниной, т. е. сотрудники компании добывали и скупали меха, а затем продавали их на русских и зарубежных рынках. На все это компания добилась-таки монопольного права. Надо сказать, что русское население, несмотря на обширность территории компании, было крайне малочисленным. Например, в 1863 г. оно составляло 1524 мужчины и 1135 женщин (вместе с потомками от смешанных браков)[43]. Что же касается отношений русских с аборигенами, то они заслуживают более подробного описания.

Поначалу алеуты и индейцы встретили русских пришельцев враждебно (правда, в некоторых районах контакты были дружескими). Затем в результате умелой политики администрации компании были налажены в общем-то нормальные взаимоотношения. Показательно, в частности, мнение на этот счет Джеймса Кука. Будучи на Алеутских островах, он восхищался тем, насколько дружны русские с аборигенами. Ничего подобного он не видел в других колониях европейских государств[44].

И неудивительно, ведь инструкции Российско-Американской компании обязывали ее сотрудников не обижать туземцев, прививать им дружеские чувства к россиянам, а сам Шелихов предписывал своим людям не опутывать туземцев долгами. Мало того, он старался привить им навыки в сельском хозяйстве, а для детей их основал школу. В ней преподавались математика, чтение, письмо и пение, причем отличники получали от Шелихова гостинцы[45].

И наконец, губернатор Восточной Сибири (в его подчинении находилась и Аляска) дал указание совершенно невероятное по представлениям прочих европейцев той эпохи. Он предписывал поощрять смешанные браки. Впрочем, сотрудники Российско-Американской компании, не дожидаясь благословения свыше, начали родниться с аборигенами. Дети, рожденные от этих браков, нередко становились администраторами и исследователями края. Так, Александр Филиппович Кошеваров, сын русского крепостного крестьянина и алеутки, дослужился до капитана 1-го ранга.

Для сравнения напомню, что в соседних Соединенных Штатах блюстители «чистоты крови» наказывали своих сограждан плетьми за любую связь с туземками. Законный же брак между белым и краснокожей был там вообще невозможен.

Разумеется, я не хотел сказать, что отношения русских к индейцам и алеутам были идеальными и все население Русской Америки жило в достатке. Колония (а Русская Америка была таковой) есть колония. Тяжелый труд, скудное снабжение всем необходимым, социальное неравенство — все это имело место. Бросается в глаза и тот факт, что в отчетах компании о народонаселении имеется двойная графа: сколько живет русских и сколько креолов, т. е. какая-то разница в правах между этими категориями населения, очевидно, была.