Читать онлайн «Илион. Город и страна троянцев. Том 2». Страница 74

Происхождение этого силлабария окутано тайной. Пять лет назад в Transactions of the Society of Biblical Archaeology (V. I. 1876) я попытался проследить его вплоть до все еще нерасшифрованных хеттских иероглифов, которые были найдены в Алеппо и на местах, где находились Хамат и Каркемиш, хеттская столица, там, где теперь находится холм Джераблус (греческий Гиераполис) на Евфрате, в 16 милях к югу от Биреджика, также в Малой Азии. Но в то время единственными читаемыми хеттскими надписями, известными науке, были несколько коротких надписей из Хамы (или Хамата), которые, как оказалось, были сделаны позднейшей, иератической формой хеттского письма; в то время как древнейшие доступные нам формы кипрских знаков были те, что найдены в сравнительно поздних надписях на острове Кипр. Итак, мне пришлось сравнивать отдельные знаки кипрского силлабария с их поздними и особыми формами и столь же ограниченное число хеттских иероглифов, точно так же поздних и особых. Более того, я тогда еще не сделал важного открытия о хеттском происхождении скульптур и надписей, сфотографированных или скопированных Перро и другими в Эйюке и Богазкее (древняя Птерия) на Галисе, в Гяур-Калесси близ деревень Хойяджа и Кара-Омерлю в девяти часах к юго-западу от Ангоры (Анкира), на том месте, которое господствует над старой дорогой через Гордий от Анкиры до Пессинунта, и прежде всего в Кара-Беле в Лидии на соединении двух дорог из Эфеса в Фокею и от Смирны до Сард, где в 1879 году я имел счастье обнаружить хеттскую надпись, сопровождавшую одну из двух фигур, которые, по предположению Геродота (II. 106), являлись портретами египтянина Сезостриса. В Ликаонии, близ серебряных рудников Булгар-Дага, г-н Дэвис обнаружил хеттские скульптуры и надписи в Ибризе (или Иврисе), немного к югу от Эрегле, древней Кибистры, и в Булгар-Мадене (близ Чифте-Хана); в то время как г-н Эдмунд Калверт сообщил мне о другой хеттской скульптуре, состоящей из трех фигур, сопровождающихся хеттскими знаками, близ Фретина вблизи Ибриза. Фактически очевидно, что власть и влияние хеттов некогда чувствовались до самого Эгейского моря по двум большим дорогам Малой Азии, одна из которых шла на север через Каппадокию, Галатию и Мисию, – фактически это были те самые дороги, по которым шел Крез, когда отправился в поход против Кира, и другая, на юг через Ликаонию в Сарды. Эта последняя дорога была та, по которой отправились Ксенофонт и его десять тысяч в своем пути на родину.

Итак, хеттское искусство, характерной чертой которого являются толстые руки и ноги, любовь к округлым орнаментам и завиткам, крылатые солнечные диски и фигуры, увенчанные тиарами и туфлями с загнутыми концами, – это искусство, являвшееся по своему происхождению вавилонским, но которое было изменено совершенно особым образом художниками Каркемиша. Хетты принесли его народам Запада, когда оно стало своеобразным искусством Малой Азии и перешло, возможно через посредство лидийцев, в Грецию. До сих пор не объясненный элемент в раннем греческом искусстве, который нельзя возвести к финикийскому влиянию, на самом деле пришел именно из этого источника. Итак, надгробные камни, найденные доктором Шлиманом в Микенах, в общем и целом имеют хеттский характер; таковы же и львы над главными вратами акрополя, которые находят свой аналог в скальной гробнице в Кумбете во Фригии; в то время как головной убор фигурки из слоновой кости, обнаруженной в доисторических могилах в Спарте в Аттике, явственно хеттский.

Век, когда власть и культура хеттов распространилась далеко на Запад, возможно, относился к 1300–1200 годам до н. э. По утверждению Геродота, Нин, сын Бела, был предком династии Гераклидов в Лидии, которая закончилась Кандавлом. Первоначально считалось, что это относится к ассирийской оккупации Лидии, однако это предположение делает невероятным тот факт, что, согласно клинописным надписям, страна к западу от Галиса была неизвестна ассирийцам до царствования Ашшурбанипала. Однако культура, которая пришла к хеттам из Ассирии и Вавилонии и была передана ими Малой Азии, вполне объясняет эту легенду. Аммиан Марцеллин (XIV. 8) называет Гиераполис на Евфрате (то есть, как мы теперь знаем, Каркемиш) «древним Нином» или Ниневией (см. также: Филострат. Жизнь Аполлония Тианского. I, 19; Диодор. II. 3, 7). Если мы можем верить хронологии Геродота, то начало династии Гераклидов относится к периоду примерно за 500 лет до восшествия на престол Гигеса, то есть примерно к 1200 году до н. э. Эту дату подтверждает то, что ассирийский монарх Тиглатпаласар I (1130 до н. э.) утверждает, что мушки были достаточно сильны за 50 лет до того, чтобы отбить страны Алцу и Пурухумцу на верхнем Евфрате у ассирийцев; в то же время хетты захватили Субарти, или Сирию; в то время как египетские анналы показывают, что во времена Рамсеса II (1320 до н. э.) дарданцы и мисийцы помогли хеттам и что при Рамсесе III (1200 до н. э.) они считались союзниками хеттов.

Мы едва ли можем полагать, что, когда уроженцы Малой Азии восприняли искусство хеттов, они в то же самое время не приняли полностью или отчасти сопровождавшую ее систему письма. Итак, раз древнейший способ письма, который появляется у них, – это своеобразный силлабарий, обычно известный как кипрский, то возникает предположение, что этот силлабарий произошел из хеттских иероглифов. И это предположение подтверждает множество фактов. Во-первых, этот силлабарий отличает замечательная особенность: звуки b, p и ph, g, k и kh, d, t и th обозначаются одними и теми же знаками. Насколько я знаю, такое любопытное неразличение в произношении может быть приписано только одному племени в Западной Азии. Название хеттской столицы ассирийцы пишут Gar-gamis, евреи — Car-chemish и египтяне — Karu-kamaisha; другими словами, это имя произносилось так, что содержащийся в нем гуттуральный звук казался ушам ассирийцев g, ушам египтян – твердым k и мягким k (c) – ушам евреев. Во-вторых, хеттские надписи все написаны бустрофедоном; точно так же, как, кажется, дело некогда обстояло с карийским, поскольку некоторые карийские надписи написаны справа налево, надписи с Пафоса – слева направо, хотя Пафос был центром семитов, письмо которых идет справа налево, в то время как ассирийская клинопись всегда пишется слева направо. Таким образом, возникает объяснение тому иначе непонятному факту, что, в то время как древнейшие греческие надписи написаны бустрофедоном, все финикийские или арамейские надписи, написанные алфавитом, впоследствии переданным грекам, всегда пишутся справа налево. И в-третьих, у нас есть два положительных факта: что надпись, открытая Гамильтоном в Эйюке, была найдена в том самом месте, где хеттская скульптура и письмо оставили о себе выдающиеся памятники, в то время как цветная фигура воина, скопированная Тексье (Texier. Vol. II. Pl. 103) в Конье, или Иконии, – образец эллинизированного хеттского искусства, сопровождающийся знаками, которые, если можно доверять копии Тексье, принадлежат к какой-то форме хеттского силлабария.

Я весьма склонен полагать, что гравировка на точильном камне, найденном в Гиссарлыке, – это грубая попытка имитировать хеттскую надпись.

Итак, согласно имеющимся у нас на сегодня данным, мы с полным правом можем полагать, что хеттское влияние распространялось по всей Малой Азии в XIV или XIII веке до н. э. и принесло с собой искусство Ассирии и Вавилонии, в том виде, в котором оно было преображено в Каркемише вместе со знанием письма. Конечно, невозможно определить, действительно ли художники, следы деятельности которых были найдены в Каппадокии, Ликаонии и Лидии, на самом деле были настоящими хеттами или же обитателями области, которая простиралась от Черного моря до Сирии с одной стороны и от Армении до Галиса – с другой; и все они, если мы можем доверять свидетельству собственных имен, вместе с хеттами принадлежали к одной расе, говорили на родственных языках и разделяли общую цивилизацию. Действительно, еще два или три соображения делают еще более возможным, что это были собственно хетты. Скульптурные скалы в Карабеле говорят о военном вторжении и завоевании, на которое, скорее всего, был способен только такой могущественный народ, как хетты; связь, которая, как показывают египетские памятники, существовала между хеттами и обитателями Мисии, указывает в том же направлении; при этом многое говорит в пользу отождествления у г-на Гладстона гомеровских «кетейцев» (Κὴτειοι; Od. XI. 521) с хеттами[407]. Как бы то ни было, силлабарий произошел от иероглифов, которые использовали и, возможно, изобрели хетты, и он стал употребляться по всей Малой Азии. Пройдя многочисленные изменения и определенные преобразования в различных областях, в которых он был введен в употребление, этот силлабарий был в сокращенной форме перенесен с Киликии на Кипр и остался здесь в употреблении вплоть до сравнительно позднего периода.