Читать онлайн «Год 1944 — «победный»». Страница 93

Сталин и Берут — истинные защитники демократии!

2 октября Бур-Комаровский подписал акт о капитуляции, и бои в городе прекратились. В ходе варшавского восстания погибло 225 тысяч человек повстанцев и мирного населения. Оставшихся в живых немцы выселили из города, значительную часть бросили в концлагеря. Сама Варшава была почти полностью разрушена. Армия Крайова получила удар, от которого она уже не оправилась, что значительно облегчило Сталину работу по дальнейшей «демократизации» Польши. Надежды лондонского правительства развеялись как дым, Миколайчику советская сторона по всем вопросам предложила обращаться в Комитет национального освобождения.

В то время как помощь Варшаве оказывала одна 3-я пехотная дивизия, совсем рядом 14 стрелковых дивизий 47-й и 70-й армий день за днем упорно, кроваво и безуспешно атаковали модлинский плацдарм противника, который к тому же был им не нужен. Даже на видавшего виды Рокоссовского эта бойня произвела впечатление:

«Противник на всем фронте перешел к обороне (события происходят в конце октября). Зато нам не разрешал перейти к обороне на участке севернее Варшавы на модлинском направлении находившийся в это время у нас представитель Ставки ВГК маршал Жуков… Местность образовывала треугольник, расположенный в низине, наступать на который можно было только с широкой ее части, т. е. в лоб… С высоких берегов противник прекрасно просматривал все, что творилось на подступах к позициям, оборудованным его войсками. Самой сильной стороной его обороны было то, что все подступы простреливались перекрестным артиллерийским огнем с позиций, расположенных за реками Нарев и Висла, а кроме того, артиллерией, располагавшейся в крепости Модлин у слияния названных рек. Войска несли большие потери, расходовалось большое количество боеприпасов, а противника выбить из этого треугольника мы никак не могли. Мои неоднократные доклады Жукову о нецелесообразности этого наступления и доводы, что если противник уйдет из этого треугольника, то мы все равно занимать его не будем, так как он нас будет расстреливать своим огнем с весьма, выгодных позиций, не возымели действия. От него я получал один ответ, что он не может уехать в Москву с сознанием того, что противник удерживает плацдарм на берегах Вислы и Нарева. Для того чтобы решиться на прекращение этого бессмысленного наступления вопреки желанию представителя Ставки, я решил лично изучить непосредственно на местности обстановку… То, что мне пришлось видеть и испытать в ответ на наш огонь со стороны противника, забыть нельзя… Это был настоящий ураган, огонь вели орудия разных калибров, вплоть до тяжелых: крепостные, минометы обыкновенные и шестиствольные… Какая там атака!».

Рокоссовский пробыл «на местности» один день, а войска ходили по ней в бессмысленные атаки почти два месяца! Вот так, буквально до последней буквы и последнего солдата, товарищ Жуков исполнял приказы Верховного Главнокомандующего. Отсюда риторический вопрос: приказывал ли Сталин своему заместителю штурмовать Варшаву?

В октябре немцы контрударами, массированно применяя танки, стремились во что бы то ни стало ликвидировать плацдармы. Сталин приказал во что бы то ни стало их удержать. Удержали. Армия генерала Гусева продолжала устилать трупами модлинский треугольник. Бои здесь продолжались до 2 ноября.

Потери двух фронтов в сражении за наревский рубеж составили почти 160 000 человек убитыми и ранеными.

«В итоге пятого удара советские войска полностью освободили Белорусскую ССР, значительную часть Польши и большую часть Литовской ССР. Советские войска, продвинувшись на запад до 500–600 км, вышли на Вислу и Неман, подошли непосредственно к границам Германии. Разгром немецкой обороны в Белоруссии позволил организовать новые сокрушительные удары: 6-й сталинский удар на Западной Украине и 8-й сталинский удар в Прибалтике, заставляя врага метаться с одного участка фронта на другой и расходовать свои стратегические резервы по частям».

Эффективную поддержку сухопутным войскам при прорыве обороны, окружении и ликвидации крупных группировок немецких войск, форсировании рек и преследовании противника оказали ВВС, совершив свыше 153 тысяч боевых самолето-вылетов. Это позволило прочно удерживать господство в воздухе и сосредоточить основные силы воздушных армий на поддержке ударных группировок фронтов, дезорганизации планомерного отхода противника и уничтожении крупных группировок его войск. Быстрому продвижению наземных войск и освобождению Бобруйска и Пинска способствовали действия Днепровской военной флотилии.

Важное значение для обеспечения успешных боевых действий войск в ходе операции имело хорошо организованное взаимодействие фронтов, видов Вооруженных сил и родов войск. Советские войска наносили согласованные удары с целью одновременного прорыва вражеской обороны на широком фронте, окружали крупные группировки противника и преследовали его отходящие части на большую глубину. В операции в большом масштабе осуществлялось взаимодействие Советской Армии с партизанами.

Советские войска показали высокое искусство стремительного фронтального и параллельного преследования отходящего противника, которое велось высокими темпами и на большую глубину. Командование фронтов и армий широко использовало подвижные соединения и части для выхода на тылы отходившего противника, что лишало вражеское командование возможности заблаговременно занимать оборону на заранее подготовленных рубежах.

Тактика советских войск отличалась широким использованием передовых батальонов, высокой боевой выучкой и хорошо организованным взаимодействием всех родов войск, умелыми действиями их при штурме городов, форсировании водных преград, преодолении лесисто-болотистой местности.

«Багратион» — одна из красивейших и эффективных операций Красной Армии. К сожалению, в Европе советское командование вновь вернулось к стратегии лобовых ударов.

По утверждению адъютанта Гитлера полковника Никалауса фон Белова, именно после сокрушительного разгрома группы армий «Центр» в Белоруссии фюрер перестал верить в победу.

Успешные действия советских войск в Белоруссии создали к середине июля благоприятные условия для перехода в наступление 1-го Украинского фронта маршала Конева на львовско-сандомирском направлении.

На линии протяженностью 440 км, проходившей западнее Ковеля, Тернополя и Коломыи, большей частью своих сил занимала оборону группа армий «Северная Украина» под командованием генерала Йозефа Гарпе. В нее входили 1-я и 4-я немецкие танковые, а также 1-я Венгерская армии, всего 34 пехотные, пять танковых, одна моторизованная дивизии и две пехотные бригады. В них насчитывалось свыше 600 тысяч человек, 6300 орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий. При этом левофланговые соединения 4-й танковой армии противостояли войскам 1-го Белорусского фронта. Из состава 4-го воздушного флота привлекалось 700 самолетов. Этими силами германское командование рассчитывало удержать оставшуюся в его руках часть территории Украины, а также прикрыть направления, которые вели в южные районы Польши и Чехословакию, имевшие большое экономическое и стратегическое значение.

Потерпев поражение на Правобережной Украине и ожидая новых сталинских ударов, немцы настойчиво укрепляли и совершенствовали оборону, особенно на львовском направлении. Они создали здесь три оборонительные полосы, но к началу наступления полностью успели подготовить лишь две, образовавшие тактическую зону обороны. Пять танковых, одна моторизованная и три пехотные дивизии составили резерв командующих армиями и группой армий.

В состав 1-го Украинского фронта входили 1, 3-я и 5-я гвардейские, 13, 18, 38-я и 60-я общевойсковые армии, 1-я и 3-я гвардейские и 4-я танковые, 2-я воздушная армии, 4-й гвардейский, 25-й и 31-й танковые, 1-й и 6-й гвардейские кавалерийские корпуса, а также 1-й чехословацкий армейский корпус. Всего фронт имел 80 стрелковых и кавалерийских дивизий, 3 механизированных и 7 танковых корпусов, 4 отдельные танковые бригады, 18 отдельных танковых и 24 самоходно-артиллерийских полка — около 1 200 000 человек, 15 500 орудий и минометов, 1056 установок реактивной артиллерии, 1667 танков и 529 самоходных установок, свыше 3246 самолетов. Это было самое крупное фронтовое объединение из всех до сих пор создававшихся.

В связи с предстоящей операцией Верховный 23 июня 1944 года провел специальное совещание, на котором Конев доложил свое решение нанести два удара: на львовском и рава-русском направлениях. Это позволяло рассечь группу армий «Северная Украина», окружить и уничтожить противника в районе Бродов. План вызвал возражения со стороны Сталина, считавшего распыление сил на двух направлениях нецелесообразным. Он рекомендовал наносить один мощный удар — на Львов, вложив в него все силы. Конев доказывал, что удар на одном направлении позволит противнику широко маневрировать имеющимися у него в резерве танковыми и моторизованными соединениями и сосредоточить в одном месте всю авиацию. Кроме того, наступление одной ударной группировки на наиболее укрепленном направлении приведет не к прорыву, а про-грызанию обороны, выталкиванию противника от рубежа к рубежу и не даст больших оперативных выгод. В конце концов командующий фронтом отстоял свою точку зрения. 24 июня Сталин утвердил план операции, предложенный фронтом, но в напутствие сказал: «Имейте в виду, Конев, операция должна пройти безупречно и принести желаемый результат».