Читать онлайн «Десанты Великой Отечественной войны». Страница 45

Где-то в 06:00 буксир «Алупка», собрав все оставленные крейсерами баркасы, увел их в Одессу. Чуть позже район высадки покинули канонерская лодка «Красная Грузия» и сторожевой корабль «Кубань». Роль последнего в данной операции осталась непонятной. Для артиллерийской поддержки десанта в районе высадки остались три эсминца и несколько сторожевых катеров. Корректировка их огня осуществлялась высаженными с войсками десанта корректировочными постами.

Все это время на берегу происходило броуновское движение; войска приняли форму управляемой воинской части и заняли исходный рубеж для наступления только к 07:00. Ночью этого сделать не смогли, поскольку большинство баркасов шли от крейсеров и эсминцев просто к берегу, а не к назначенным пунктам высадки. Отдельные подразделения первых двух батальонов оказались разбросанными на сравнительно широком фронте и в темноте не могли найти друг друга. Тем более полк сформировали всего десять дней назад, многие толком не знали своих подчиненных и командиров.

Однако к 18:00 тех же суток 3-й полк выполнил поставленную задачу и к 06:00 23 сентября соединился с войсками OOP. Собственно войска десанта и обеспечили наступающим на приморском направлении частям 421-й дивизии выполнение поставленной задачи, наступавшая же севернее 157-я дивизия смогла решить только ближайшую задачу. Однако и в этих условиях противник лишился возможности обстреливать фарватер и порт.

Несмотря на безусловную успешность морской десантной операции, можно с большой уверенностью сказать, что залогом ее успеха стало отсутствие противника в районе высадки и как следствие — боя за высадку. Иначе последствия могли бы стать сродни петергофским.

Подводя итоги первых советских морских десантных операций, надо учитывать, что каждый флот варился в собственном соку, какие-то обобщающие опыт боевых действий документы появились лишь в 1942 году. Так что все учились исключительно на собственных ошибках.

Начнем с управления силами. На всех трех флотах оно вроде бы приняло единообразную организацию: командующий силами в морской десантной операции, командир сил высадки, командир войск десанта, командиры корабельных отрядов. Первым темным моментом в этом вопросе стала организация взаимодействия между действиями войск фронта, в интересах который проводились морские десантные действия, и войск десанта. Вся практика морских десантных действий напоминала дорогу в одну сторону: флот получал указание на разработку и проведение операции, исходящее из предполагаемых наступательных действий войск фронта, на основании этих указаний и предположений он и высаживал войска. Но если по какой то причине фронт оставался на месте, то десантники просто оказывались брошенными на произвол судьбы — никто не предусматривал их действия на случай форс-мажорных обстоятельств для войск фронта.

Практика десантных действий в 1941 году как бы подсказала пути решения этой проблемы. Во-первых, командующий силами в морской десантной операции должен являться заместителем по морской части при командующим войсками, в интересах которого и высаживают десант. Причем он должен если не сам находиться на КП армейского начальника, то хотя бы иметь там своего официального представителя. Только так можно было добиться оперативного обмена информацией и вовремя реагировать на изменение обстановки.

На самом деле и командующий Северным флотом, и командующий Балтийским флотом своих представителей в армейских штабах имели. Например, в Ленинграде существовала морская группа при командующем войсками Ленинградского фронта, которую в то время возглавлял капитан 2 ранга В. И. Рутковский. Эта группа являлась прямым наследником только что ликвидированного аппарата заместителя главнокомандующего войсками Северо-Западного направления по морской части, то есть всю кухню управления и штаба фронта Рутковский знал отлично. Несмотря на это, непосредственно к морским десантным действиям, к организации взаимодействия с войсками фронта он не привлекался, и так же, как Кутырев на Севере, скорее являлся консультантом и офицером связи.

Следствием первого вопроса мог стать второй: быть может, вообще не надо иметь командующего силами в морской десантной операции, а оставить лишь заместителя армейского командующего по морской части? Последний, с одной стороны, мог участвовать в планировании армейской операции в ее части, связанной с высадкой морского десанта, а с другой — организовывать взаимодействие между силами высадки, ВВС флота и береговой артиллерией. Одновременно план морской десантной операции пусть разрабатывает командир сил высадки под «покровительством» того же заместителя по морской части.

Как показал опыт, так часто не получалось, а в 1941 году не вышло ни разу. На Севере армейскую операцию проводил командир стрелковой дивизии, а командовать в ее рамках морской десантной операцией был вынужден лично командующий флотом — не было в то время там военачальника с подходящим штабом. На Балтике требовался командующий силами в морской десантной операции, поскольку командование фронтом вообще самоустранилось от данного вопроса, сведя все к постановке примитивной по форме боевой задаче. На Черном море морская десантная операция проводилась в рамках операции Одесского оборонительного района, который оперативно подчинялся командующему Черноморским флотом, так что ни в каком заместителе по морской части не было необходимости.

И еще один вопрос из этого блока: какова принципиальная разница между заместителем по морской части и командующим силами в морской десантной операции? Разница есть и очень существенная — командующий, в отличие от любого заместителя, принимает Решение, на основании которого управляет силами, и таким образом несет ответственность за результат действий.

На само понятие успешности морских десантных действий во многом влиял теоретический вопрос о рамках морской десантной операции и его основного этапа — боя за высадку. Действительно, возьмем морские десанты Ленинградской ВМБ. Все они погибли, но силы флота войска высадили, и с небольшими потерями. Если считать, что морская десантная операция завершилась с уходом войск от уреза воды, то все эти операции успешны, а если считать концом операций достижения ее целей войсками, то есть решение ими дальнейшей задачи, то — нет.

Дело в том, что в 1941 году морские десантные операции по большому счету не делились на этапы. То есть все знали, что имеют место сосредоточение войск и десантно-транспортных средств, посадка войск на десантно-транспортные средства, переход сил высадки морем, бой за высадку. А вот с действиями войск десанта на берегу при выполнении дальнейшей задачи — как раз все было неясно.

В НМО-40 и БУМС-37 имелись такие ключевые статьи: «После боя за высадку командир десанта для решения главной задачи поступает в непосредственное подчинение соответствующему общевойсковому командованию на берегу» и «После решения первой задачи на берегу (бой за высадку) командир десанта для решения главной своей задачи поступает в непосредственное подчинение соответствующего общевойскового командира». То есть по состоянию на 1941 год можно было считать окончание боя за высадку окончанием всей морской десантной операции. Осталось выяснить — а когда же завершается бой за высадку?

Опять же, вчитываясь в документы можно прийти к выводу, что результатом боя за высадку должно стать решение ближайшей задачи войск десанта, то есть захват плацдарма высадки. А вот тут проблема: во всех морских десантных операциях фактически никаких плацдармов не захватывали — так получилось! В ряде случаев — на Севере, под Григорьевкой на Черном море, 3 октября у завода пишущих машин под Ленинградом — и боя за высадку как такового не было, в том смысле, что противник вообще не противодействовал войскам. Вот и получалось, что реально этап морской десантной операции «бой за высадку» завершался с окончанием выгрузки войск десанта на берег, после чего силы высадки считали себя свободными. В районе могли оставаться лишь корабли для осуществления огневой поддержки действий войск на берегу.

Только в 1943 году в Наставлении по совместным действиям сухопутных войск с военно-морским флотом и речными военными флотилиями появляется деление операции на этапы: подготовка к десантной операции; посадка десанта; переход десанта морем; бой за высадку и высадка; решение десантом задачи на берегу; свертывание десантной операции или перегруппировка для последующей операции. Но это уже будет как раз учет появившегося практического опыта.

Морские десантные действия дали определенный опыт в вопросе формирования сил высадки. Правда, этот опыт опять же на каждом флоте оказался свой. На Севере силы высадки формировались из двух отрядов: десантно-транспортных и десантно-высадочных средств, куда входили мобилизованные рыболовные траулеры и мотоботы, а также малые охотники. Деление на десантно-транспортные и десантно-высадочные средства было условным, так как и те, и другие могли подходить к необорудованному берегу и высаживать на него бойцов сухими. При этом, с одной стороны, все бывшие рыболовецкие мотоботы имели достаточно высокую мореходность, а с другой — все события разворачивались в акваториях заливов и губ, то есть относительно защищенных от штормов. Отсутствие потребности у войск десанта в тяжелом вооружении и автомобильной технике снимало проблему в их доставке. Все корабли, а также малые охотники, параллельно использовались для огневого обеспечения высадки. Иногда для этих целей привлекались сторожевые корабли специальной постройки и эсминцы, но последние в состав сил высадки не входили, подчиняясь напрямую командующему силами в операции.