Читать онлайн «Евреи России. Времена и события. История евреев российской империи.». Страница 219

Среди беженцев оказались десятки тысяч евреев из прифронтовой полосы‚ однако‚ в отличие от прочих‚ их не выпускали из пределов черты оседлости. Увеличилась скученность в городах и местечках; началось массовое обнищание‚ голод‚ болезни и смерти; посыпались просьбы в Петроград‚ чтобы беженцев-евреев впустили во внутренние губернии России. С. Дубнов записал в дневнике: "Председатель совета министров... ответил: "Откуда у вас‚ евреев‚ берется такой оптимизм? Неужели вы думаете‚ что теперь вам всё дозволят?" А Кассо (министр просвещения) заявил‚ что процентная норма в учебных заведениях для него свята и нерушима. Так с нами говорят в дни‚ когда тысячи наших братьев лежат на полях Польши‚ Волыни‚ Подолии‚ сраженные в борьбе за Россию".

С первых дней войны в польских газетах появились статьи об "австрийской ориентации" евреев‚ которые якобы шпионили в пользу врага‚ встречали его хлебом-солью, снабжали провиантом. Обвиняли евреев и в "проявлении радости" при появлении немецких войск; писали о складах оружия в синагогах‚ о сигналах неприятельским аэропланам с крыш домов‚ а также о бутылках с планами военных крепостей‚ которые они пускали к немцам по течению реки Неман. Газеты сообщали со ссылкой на "свидетелей": "Евреи провели подземный туннель, через который гонят скот и живность в Германию. Сюда часто прибывает немецкий цеппелин… евреи наполняют его скотом и гусями, после чего воздушный корабль отлетает в Пруссию".

Находились "свидетели"‚ которые видели "собственными глазами"‚ как евреи откармливали гусей золотыми монетами и отгоняли их к врагу‚ как из Германии прилетали на цеппелинах мужчины в длинных лапсердаках для сбора денег; в газете "Новое время" сообщили читателям‚ что евреи в гробах – вместо покойников – переправляли врагу "сотни пудов" золота. Даже знание языка идиш ставили в вину: в отличие от прочих жителей евреи свободно разговаривали с немцами‚ а это вызывало подозрения. Не доверяли и евреям‚ которые перед началом войны побывали на немецких курортах‚ – их могли подвергнуть административной ссылке в Сибирь.

"Шпиономания" коснулась и военной цензуры: уничтожали письма‚ если в них обнаруживали слова на идише или иврите‚ летом 1915 года запретили газеты и журналы на этих языках; цензура не пропустила в печать сборник "Еврейская старина" на русском языке‚ так как в его научных статьях приводились цитаты на иврите. Газеты сообщали: "Приказом петроградского градоначальника от 24 июня подвергнуты штрафу в сто рублей или аресту на один месяц: Шлиома Скловский‚ Двейра Скловская‚ Нахман Равич и Иосиф Эльяшев за разговор на еврейском жаргоне..." – "Содержатель булочной Ицик Левит‚ 59 лет‚ за разговор по телефону на немецком языке‚ по повелению главнокомандующего выслан в Енисейскую губернию под надзор полиции на время действия военного положения..."

В 1914 году‚ во время наступления русской армии‚ казаки устраивали погромы в Галиции и Буковине; жестокий погром во Львове получил название "кровавое воскресенье". Летом 1915 года прошли погромы в прифронтовой полосе Гродненской‚ Ковенской‚ Виленской‚ Минской и Волынской губерниях. С. Дубнов, из дневника: "Казаки повсюду творят ужасы: кроме убийств и грабежей изнасилование женщин стало обычным… "Вспомни, Боже, что делается с нами! Посмотри на позор наш!"…" Немецкая пропаганда использовала эти факты, распространяла прокламации с призывом: "Евреи‚ вспомните дело Бейлиса! Вспомните Кишинев и другие погромы!"

С. Ан-ский, из книги "Разрушение Галиции" (1915 год):

"Евреи были признаны поголовно все шпионами – это открыто подтверждалось в расклеиваемых по стенам афишах. Всякий малейший успех австрийцев объяснялся исключительно еврейским шпионажем… В Любачеве, без всякого повода, был сожжен весь центр города, где помещались сотни еврейских магазинов. Капитан местного полка, не знавший, что я еврей, указывая на пожарище, сказал мне: "Это наши казачки постарались. Поджигали сами. И выбирали только еврейские магазины и дома. Видите, дома уцелевшие – это христианские"…

Грабежи, поджоги, убийства и насилия сопровождались издевательствами над еврейскими святынями и над человеческим достоинством евреев. Во многих местах синагоги предавались не только разгрому, но и поруганию, священные свитки разрывались, кидались в отхожие места. Раввинов избивали, тащили по городу за пейсы, отрезывали им бороды и пейсы, заставляли чистить выгребные ямы".

Верховный главнокомандующий русской армии великий князь Николай Николаевич и начальник его штаба генерал Н. Янушкевич разрешили выселять евреев из районов боевых действий‚ а также из тех мест‚ где их пребывание считалось нежелательным. Изгнали евреев из пограничных районов Царства Польского‚ предоставив на сборы несколько часов; корреспондент русской газеты сообщал с места событий: "Гродзиск‚ 25 января 1915 года. Стуком в окна с улицы подали евреям сигнал к выселению. В несколько минут этот муравейник высыпал на улицу и побежал с криком и плачем к поезду. Несли детей‚ несли стариков‚ несли узлы с кое-каким скарбом. Давили друг друга‚ взбираясь на поезд. Все площадки‚ все буфера‚ наконец‚ все крыши были облеплены людьми. Это была какая-то живая змея из человеческих тел..."

Еврей из Гродзиска рассказывал: "Забил барабан‚ и мы получили приказ покинуть город. Поднялся стон и плач‚ мы побросали свои лавки и квартиры и с детьми на руках пошли по грязи и болотам‚ под проливным дождем... Синагогальный служка‚ оставив жену и детей‚ с опасностью для жизни вернулся обратно. Каким-то чудом пробрался незамеченным в пустую синагогу‚ собрал все Свитки Завета‚ отнес их на чердак и остался сторожить. Три дня он пролежал на чердаке без еды и питья‚ пока не изменилось положение‚ а затем вывез святыни в Варшаву".

Выселяемые шли пешком‚ ехали на подводах; по пути на восток они встретили русский полк, стали взывать к еврейским солдатам: "Смотрите‚ братья‚ что делают с нами!.." Те плакали в строю и шли дальше к линии фронта, а в польской газете уже рекомендовали‚ чтобы покинутые евреями "позиции заняли полные энергии и инициативы поляки из Америки". Один из изгнанников писал в еврейскую газету: "Ненависть‚ страх и презрение клокочут кругом, выхватывают из нашей среды жертву за жертвой. Война со всеми ее ужасами разоряет нас и гонит из города в город‚ а помощи нет ниоткуда‚ и слов сострадания не услышишь".

О том же говорил М. Горький: "Вы не можете представить‚ что теперь делают с еврейским населением Польши!.. Высылали по пятнадцать‚ двадцать тысяч – всё еврейское население города – в двадцать четыре часа... Пропаганда ведётся успешно. Жить тошно..."

5

Война шла с переменным успехом. Русская армия взяла у австрийцев Львов и Галич, осадила крепость Перемышль; немецкие и австрийские войска подошли к Варшаве, но русские их потеснили и продвинулись до западных границ Польши. В октябре 1914 года начались военные действия на Кавказе против Турции; к зиме того года установилась сплошная линия фронта от Румынии до Балтики.

В начале 1915 года в Германии ввели карточки на хлеб‚ появились заменители продуктов питания – это восприняли в России как скорое и неминуемое поражение врага‚ который непременно погибнет от голода. Русские газеты с гордостью писали об изобилии в городских булочных‚ переполненных калачами‚ плюшками‚ сайками: "Как бедны они (немцы) во всех шелках и бархатах‚ как богаты мы в своем рубище..."

В марте 1915 года русские войска взяли Перемышль‚ захватили 100 000 пленных‚ и в Восточной Галиции установилось русское правление. Это вызвало новый патриотический подъем; по всей стране проходили торжественные манифестации в честь победоносного русского оружия‚ а в Германии – в поисках виновников поражений – заговорили о том, что евреи отсиживаются в тылу и наживаются на войне. Немецкий солдат сообщал с фронта о настроении его окопных товарищей: "У каждого из нас есть лишь одно желание – как можно быстрее окончательно свести счеты с этой бандой". Письмо подписал Адольф Гитлер.

Вскоре немецкие и австрийские войска начали контрнаступление и вновь заняли Галицию. Летом 1915 года немцы вторглись в Курляндию‚ захватили практически всю Польшу‚ взяли Варшаву‚ Львов, Ковно и Вильно‚ подошли к Риге и Минску‚ – были опасения‚ что они двинутся на Киев‚ и в Петрограде решали вопрос‚ следует ли эвакуировать мощи и прочие святыни из Киево-Печерской лавры. Генерал А. Поливанов докладывал на секретных заседаниях: "Считаю своим долгом заявить Совету министров, что отечество в опасности. Наше отступление развивается с возрастающей быстротою… Пользуясь огромным преобладанием артиллерии и неисчерпаемыми запасами снарядов, немцы заставляют нас отступать одним артиллерийским огнем…" – "Неприятель почти не несет потерь, тогда как у нас люди гибнут тысячами…" – "Деморализация, сдача в плен, дезертирство принимают грандиозные размеры…" – "Уповаю на пространства непроходимыя, на грязь невылазную и на милость угодника Николая Мирликийского, покровителя Святой Руси".