Читать онлайн «Еврейские хроники XVII столетия. Эпоха «хмельничины»». Страница 44

§ 7. Petach teschubah («Врата покаяния») Габриэля бен Иошуа впервые напечатана в Амстердаме в 1651 г. Перепечатано Гурляндом (указ. соч., вып. VII, стр. 29–54), X. Полаком (Pressburg, 1897). Вышла также во французском переводе в издании гр. Кс. Браницкого, La porte de la pénitence. Elegie historique. Traduit par L. Wogue. Paris, 1879, XXVI 72). Об этом издании см. также на стр. 56.

§ 8. «Tit hajawen», буквально «Грязь тины» (Название это построено на игре слов: Javen значит не только «тина», «грязь», но и «грек», т. е. православный. Эта же игра слов, напомним, использована Ганновером для заглавия своего произведения.) Самуила-Файзел Натана была впервые напечатана в Венеции без указания года издания (приблизительно 1659). Перепечатана дважды Гурляндом (указ. соч., IV, стр. 3 — 19; VII, стр. 17–28) и Берифельдом (указ. соч., 111–157). Имеется в украинском переводе (см. указ. работу Маггида, стр. 270). Сокращенный перевод на немецкий дан М. st. (Шгейн) в статье «Der Zug d. Chmielnicki und der Zahl der (1648) nach Samuel b. Nathan’s „Tit hajaven“», Hebräische Bibliographie VII (1864),* стр. 36, сл.

§ 9. «Zaar bath rabim» («Горесть многих») Авраама б. Самуила Ашкенази, Венеция, без указания года издания. Уникальный экземпляр этой книжки имелся в библиотеке А. Фреймана (Франкфурт н/М). Современная рукописная копия этой книги имеется в Британском Музее, откуда перепечатана Гурляндом (указ. соч., II, стр. 11–19).

§ 10. Некоторые материалы можно найти в караимской хронике «Sepher sichronoth („Книга воспоминаний“) Аарона Луицкого, см. A. Neubauer, Aus der Petersburger Bibliothek, Lpzg, 1866, S. 130.

§ 11. Kinoh al geserath Ukraina („Плач на бедствия св. общины Украины“) Иосифа б, Элиезера Липмана (Ашкенази) Машеля (Вайнрайх считает указанное лицо переводчиком). Напечатано без указания места и года издания (Прага, са. 1648; второе издание — Амстердам без года издания). Перепечатано по уникальным изданиям, хранящимся в Бодлеанской библиотеке в Оксфорде, д-ром М. Вайнрайхом в его книге „Bilder fun der jiddischer Literaturgeschichte“, Вильно, 1928, стр. 198–209. В отличие от всех приведенных выше памятников „Плач“ напечатан на идиш (а не на древнееврейском языке).

§ 12. На идиш написан также и другой „Плач“, посвященный бедствиям, перенесенным еврейским населением во время событий войны (в том числе и разгрому Вильны войсками Алексея Михайловича в 1656 г.). Этот „Плач“ не имеет заглавного листа, начинается словами In libn weiber (без указания места и года издания, предположительно — Амстердам, 1656). Впервые напечатан по уникальному экземпляру, хранящемуся в Бодлеанской библиотеке в Оксфорде, Вайнрайхом (указ. соч… стр. 215–218). В этом „Плаче“ имеется любопытная гравюра, впервые публикуемая мною (см. иллюстрации на стр. 66).

§ 13. Библиографические справки о литургической литературе, посвященной жертвам крестьянской войны, весьма полно даны в книге М. Stein- Schneider, Geschichtliteratur der Juden, 1. Frankfurt a. M., 1905 (стр. 123–124). Указанный материал, имеющий весьма незначительную источниковедческую ценность, перепечатан частично в упомянутых работах Гурлянда и Бернфельда. (Ср. также книгу М. Литинского „Когoth Podoliah“ — Одесса, 1895, стр. 43–50. Несколько отрывков из упомянутых выше элегий имеется в польском переводе М. Балабана; см. его „Z historyi zydow w Polsce“, Warszawa, 1920, стр. 116, 119.

§ 14. Опубликованная в сборнике „Пережитое“ (т. III, СПб., 1911, стр. 378 — 79) в оригинале (на идиш) и в русском переводе „Народная песнь о казацкой резне в Баре 1648 г.“ (из бумаг Литинского) представляется нам литературным произведением относительно недавнего прошлого.

§ 15. Рассыпанные в различных произведениях еврейской литературы XVII–XVIII вв. отдельные свидетельства о событиях на Украине XVII в. до сих пор не собраны. Очень малая часть этого материала попала в сборники Гурлянда, несколько фрагментов приведено в указанной выше работе Магида. Отметим, что материалы такого характера особенно тщательно отмечались в незаконченном публикацией каталоге еврейских книг Азиатского музея Академии наук С. Винера — „Koheloth Mosche“, Catalogus, librorum hebreorum in Museo Asiatico… asservatorum». Петроград, 1891–1918.

§ 16. Особого внимания исследователя заслуживают исторические свидетельства, заключенные в литературе так называемых раввинских респонсов. Эти свидетельства являются незаменимым источником для истории социально-экономического положения еврейского населения Украины, Белоруссии и Польши и классовой борьбы в его среде. В некоторых случаях в респонсах можно встретить и свидетельства хроникального характера (см., например, рассказ о событиях в Тульчине в респонсах «Eithan haesrocht», Острог, 1796, § 22). Между тем исторические материалы респонсов до сих пор не только не собраны, они даже полностью не приведены в известность, и значительная часть их не введена в научный оборот. Особенно приходится пожалеть, что задуманное и частично подготовленное к печати Еврейским сектором Белорусской академии наук издание корпуса социально-исторических материалов респонсов, относящихся к белорусско-литовскому еврейству, оказалось неосуществленным. Часть материалов респонсов, относящаяся к событиям: украинско-польской войне, перепечатана в совершенно неудовлетворительном с научной и политической точки зрения сборнике Katz В., Lekoroth haiehudim, Berlin, 1899. см. особ. стр. 38–43. См. также публикацию Рубашова в «Historische Schriften», т. 1, Варшава 1929, стр. 125 и след. Неполные библиографические данные о литературе респонсов XVII–XVIII вв. см. в «Библиографии по истории евреев в Польше и Литве» — «История еврейского народа» (изд. «Мир»), т. XI, стр. 507–508.

§ 17. Постановления «литовского ваада», относящиеся к событиям крестьянской войны, опубликованы в «Областном пинкосе ваада главных еврейских общин Литвы», т. I, СПб., 1912, стр. 252 и след, (оригинал с параллельным русским переводом); лучшее издание протоколов литовского ваада (только в оригинале, но с большим научным аппаратом) опубликовано в 1925 г. Pinkass hamedinah, 1925, стр. 98 и след. Протоколы «ваада четырех стран» за годы хмельничины до нас не дошли.

Запорожская сечь является уже давно предметом пристального исторического изучения. В научном обороте находится большое число документов, освещающих отдельные моменты жизни этого своеобразного общественного организма. Всеже, все это кажущееся богатство материалов оказывается явно недостаточным для разрешения или даже постановки существеннейших проблем истории Запорожья.

«Евреи и Запорожье» и весь круг вопросов, примыкающих к этой теме, еще никогда не был предметом специального изучения. Отсутствие интереса к этой теме легко объясняется царившим в великодержавной российской и националистической украинской историографиях традиционным взглядом на Запорожье, как на своеобразный военно-монашеский орден, форпост православия и украинской (или русской — в зависимости от политико-национальной ориентации историка) национальной идеи.

Известный историк Запорожья, типичный представитель украинской национал-народнической историографии, Д. Эварницкий дал, в полном соответствии с историографической традицией, ответ на этот вопрос: «Резать, вешать, казнить и всячески истреблять ляхов и неразлучных с ними жидов составляло одну из существеннейших задач запорожских низовых казаков, всегда питавших симпатии ко всем заветам простого украинского народа и всегда твердо стоявших за предковскую православную веру и малороссийскую народность»[2].

Националистическая еврейская историография остается полностью на почве этой же схемы, внося от себя естественно иные оценки[3]. Проводя свои наивно-апологетические тенденции, она оперировала тем же материалом…

История еврейско-запорожских «отношений» сводится, таким образом, для одних к летописи подвигов, для других — к горестному мартирологу.

Общеизвестные исторические факты давали обширнейший материал для обоснования традиционной схемы еврейско-запорожских отношений. Аналогичный материал в большом изобилии поставляли и произведения так наз. «народного творчества». Нетрудно подыскать ряд достаточно выразительных цитат, напр.,

или

Не менее характерные параллели можно подыскать и в еврейском фольклоре[6].

Запорожская сечь была теснейшим образом связана с хмельничиной и гайдамачиной, и это полностью определило трактовку нашей проблемы.

Украинская крестьянская война XVII в., использованная в классовых интересах казацкой старшиной (хмельничина), и крестьянские восстания XVIII в. (гайдамачина) были направлены против польского дворянского землевладения и соучастников его в деле крепостническо-колонизаторской эксплуатации украинского селянства*— евреев арендаторов и еврейской торговой буржуазии. В этой жестокой и кровавой войне представители еврейских командующих классов были не «мучениками», а воюющей стороной. Их интересы полностью совпадали с интересами польских магнатов. В исторически сложившейся обстановке Украины той эпохи основной социальный конфликт осложнялся национальными и религиозными моментами. Социальная война обращается в национальную, и жертвой крестьянской войны становятся не только (точнее, не столько) социальные верхи еврейского общества, а вся масса еврейского населения.