Читать онлайн «Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 1». Страница 45

Так или иначе, но при Солоне количество корыстных преступлений угрожающе возросло.

Второй неоднозначный шаг — законодательное списание всех долгов граждан и запрещение впредь обращать в рабство свободного гражданина за долги. Не думаю, что кредиторы были в восторге от этого закона.

Правда, чтобы подсластить пилюлю, Солон ограничил полномочия народного собрания, создав в противовес ему сенат, состоящий из четырехсот членов, по сто от каждого из четырех сословий. Сенат обсуждал и утверждал законы до того, как они поступали на утверждение народного собрания, но без этого утверждения они не имели силы.

Создание верхней палаты афинского парламента послужило мощным сдерживающим фактором охлократии, власти толпы («охлос» по-гречески — «толпа»), которая время от времени воцарялась в Греции, родине классической трагедии.

КСТАТИ:

«Никто не знает, как поступит толпа, тем более она сама».

Томас Карлейль

Несомненно прогрессивным можно считать закон о праве на судебную защиту, о чем до Солона никто и понятия не имел.

Прекрасен его закон о праве на завещание, то есть праве человека распоряжаться на свое усмотрение собственным имуществом.

Специальным законом Солон освобождал сына от обязанности кормить отца, если тот не обучил его никакому ремеслу.

Потрясает своей мудростью закон, сурово осуждающий того гражданина, который во время какого-либо общественного катаклизма не примыкает ни к одной из противоборствующих сторон, выжидая тот момент, когда можно будет без всякого риска принять сторону победителя. Действительно, нейтралитет в общественных конфликтах — прибежище низких и подлых натур, так что не мешает сделать его опасным если не для жизни, то хотя бы для житейского благополучия.

КСТАТИ:

«Тот, кто слизывает мед с крапивы, платит за него слишком дорого»

Томас Фуллер

Не оставил без внимания великий законодатель и любовь, вернее, две такие формы несвободной любви, как брак и проституция.

Что касается брака, то Солон запретил давать за невестой какое бы то ни было приданое, кроме трех платьев и простой домашней утвари. Вообще браки по откровенному расчету классифицировались Солоном как тайная проституция, которая должна преследоваться по закону.

КСТАТИ:

«Девушки, которые надеются устроить свою жизнь с помощью юных прелестей и хитрость которых поддерживают расчетливые матери, хотят того же самого, что и гетеры; они только умнее и бесчестнее последних»

Фридрих Ницше

Солон был первым из греческих правителей, кто узаконил проституцию и определил ее место в государственной системе.

Внимание, которое Солон уделил проституции, было вызвано состоянием сексуального беспредела, в котором пребывала Греция того времени, в особенности женская часть ее населения. Это не могло не вызывать тревогу, и прежде всего потому, что беспрепятственное удовлетворение женщинами своих сексуальных капризов непременно приводит к деградации общества, пренебрегшего сословным отбором половых партнеров. Иными словами, беспорядочная половая связь нищих с принцессами умножает число нищих, но уж никак не принцев.

А вот связь принцев с нищенками гораздо менее опасна для общества, особенно если нищенка имеет официальный статус проститутки, что уже само по себе исключает множество проблем…

Солон ставил любовь непременным условием заключения брака, хотя, как известно, выявить наличие этого условия практически невозможно, как и проследить выполнение предписанного законодателем минимального количества супружеских половых контактов — три в месяц. Что ж, это, как говорится, по-божески…

Солон культивировал развитие особого учреждения, называемого «гинекономами». Это была своего рода полиция нравов, наблюдающая за поведением молодежи и свободных женщин.

По свидетельству Плутарха, Солон издал особый закон относительно выездов замужних женщин и поведения их на праздниках. При выездах женщина не имела права брать с собой более трех платьев, более определенного количества пищи и дорожную корзинку большей, чем это предусмотрено законом, вместимости. А ночью женщина имела право выезжать только в телеге и с зажженным фонарем впереди (телеги, естественно).

Солон решительно защищал институт брака, всемерно ограничивая свободу жен и предоставляя мужьям полное право удовлетворения сексуальных потребностей на стороне. Единственное ограничительное условие — не трогать свободных женщин. А вот несвободных, то есть рабынь, — сколько угодно.

Так как Солон отменил рабство свободных граждан за долги, то проституция стала уделом только рабынь-чужеземок. Он учредил несколько государственных борделей и купил для них рабынь, которые часть своих заработков должны были отдавать государству. Так родился солоновский «налог на проституцию», как и само понятие «государственная светская проституция», начавшая уверенно вытеснять религиозную.

Впрочем, контроль и учет в этой специфической сфере человеческой деятельности — понятия весьма и весьма условные. Ведь совершенно же бесспорно то, что добрая половина браков (и в те времена, и сейчас) — ни что иное, как закамуфлированная проституция, но поди докажи… А если мужчина знакомится с девушкой на улице и ведет ее к себе домой, то кто может знать доподлинно, давал ли он ей какие-то деньги при прощании, или же только лишь поцеловал?..

КСТАТИ:

Подвыпивший мужчина знакомится в баре с девушкой и приглашает ее к себе домой. Девушка отказывается под тем предлогом, что у нее «критические дни». Не сообразив толком, о чем речь, он уговаривает ее выпить пару крепких коктейлей, а затем, уже более сговорчивую, ведет к себе… Проснувшись поутру, он обнаруживает, что девушки уже нет рядом, и с похмелья начинает мучиться угрызениями совести:

— Нехорошо… Она ведь вдвое моложе меня… Вот из-за таких типов девушки и становятся на скользкий путь… И тут он взглянул на свои руки, густо вымазанные кровью.

— Боже, — ужаснулся мужчина, так я ее еще и убил! Вскочив с кровати, он увидел свое отражение в зеркале и пролепетал:

— Мало того, еще и съел!!!

А тут кто-то говорит о каких-то там налогах на соитие. Ну-ну… Между прочим, Солон говорил еще и такое:

«В великих делах всем нравиться невозможно».

Эта фраза весьма охотно цитируется теми, кто всерьез считает свои дела великими.

«Начальника, замеченного в пьянстве, наказывать смертью».

Сказано сильно, но на практике едва ли осуществимо, так как в этом случае не останется в живых ни одного начальника, а как же без них жить?

«Мне дороже всего жить под народовластием».

Звучит вполне естественно в устах человека, осуществляющего на практике это самое народовластие и фактически находящегося на под, а над ним. То же самое скажет любой депутат любого законодательного собрания (если только сможет выговорить слово «народовластие»).

А вот «советуй не то, что всего приятнее, а то, что всего лучше» — это уж кто как понимает, что «приятнее», а что «лучше»…

Древние греки однозначно почитали за лучшее плотские радости, ненасытное влечение к ним, которое ценилось гораздо выше объектов этого влечения, что в немалой степени способствовало укреплению института брака. Действительно, зачем же бросать жену и уходить к другой, когда дело вовсе не в ней самой, а в желании, удовлетворить которое окружающая жизнь предоставляла такое множество возможностей.

Греческая вазопись

Главенствующее место среди этих возможности занимала, естественно, проституция.

К тому времени уже сложилась и иерархическая система, которая предусматривала разделение проституции на различные ее специализации.

Самым низшим, примитивным звеном этой системы были бордельные и уличные проститутки. Они либо стояли, как в витрине магазина, у дверей публичного дома, либо бродили по улицам в поисках клиентов, которым отдавались прямо на улице, в каком-нибудь укромном уголке. Были и такие, которые промышляли, исключительно на больших дорогах — «дорожные» (прообраз мимолетных подружек современных шоферов-«дальнобойщиков»), на мостах — «мостовые» и даже на кладбищах — «кладбищенские».

Следующую категорию представляли проститутки, которых можно было бы назвать богемными.

В отличие от бордельных и уличных проституток, которые были по сути сексуальными автоматами, эти создавали определенную эстетическую атмосферу, в которой секс был не самоцелью, а естественным следствием восприятия искусства.

Они развлекали своих клиентов игрой на различных музыкальных инструментах, пением, танцами, театральными представлениями, они были традиционным элементом всех празднеств и просто сборищ мужчин в кабачках и банях. К этой же категории можно отнести и многочисленных цветочниц, которые в комплекте с розами зачастую предлагали покупателям и себя.