Читать онлайн «История православия». Страница 222

В выступлении Хрущева на XXII съезде КПСС в конце 1961 г., в инструкциях главного идеолога партии Суслова и в решениях июльского пленума ЦК КПСС 1963 г. четко прозвучала мысль, что отныне религия является главным и практически единственным легально существующим в стране идеологическим врагом марксизма. Главное внимание в этой борьбе советской власти с Церковью было уделено разрушению приходов – так, например, в Днепропетровской епархии с 1959 г. до конца хрущевской эпохи в 1964 г. число приходов уменьшилось почти в шесть раз, закрытые при этом церкви беспощадно уничтожались. Число монахов в стране за время хрущевских гонений сократилось в четыре раза. Под предлогом ремонта и реставрации в 1963 г. была закрыта Киево-Печерская лавра. Репрессии коснулись и верующих мирян: их увольняли с работы, студентов отчисляли из учебных заведений, наиболее «опасных» помещали в психиатрические больницы. Находясь в преклонном возрасте, патриарх Алексий I много раз говорил о желании уйти на покой, но продолжал нести свой крест, считая, что его уход может принести Церкви еще большие несчастья. Знаменательно, что со всех своих постов Хрущев был смещен в праздник Покрова Богородицы, 14 октября 1964 г. Уже через месяц после этого радостного для Русской православной Церкви события Верховный суд признал факты нарушения законности в отношении верующих и отменил ряд вынесенных ранее судебных приговоров, вернув на волю из мест заключения и ссылок некоторых из несправедливо осужденных. Стремясь осудить культ личности Сталина, Хрущев своим докладом на XX съезде партии развенчал в значительной степени саму коммунистическую идеологию, наглядно продемонстрировав ее утопичность, чего он никак не хотел. Здесь Хрущев, к счастью, как обычно плохо продумал результаты своих действий. Этот доклад и последовавшая за ним «оттепель» породили в Советском Союзе и, прежде всего, в странах Восточной Европы, где Сталин насадил свой режим, интенсивное движение диссидентов (от dissidentis – несогласный, противоречащий), людей, стремящихся искоренить наследие прошлого и утвердить новый порядок управления страной. В сталинское время такое движение было невозможно, поскольку его бы уничтожили в зародыше, – человек, только заподозренный в инакомыслии, тут же исчезал в тюрьмах и лагерях. Начались массовые волнения в Венгрии, Польше, Чехословакии, жестоко подавленные существовавшими там коммунистическими властями с помощью советских танков и войск, находящихся в этих странах в соответствии с Варшавским военным договором. В Советском Союзе кроме диссидентов, стремившихся изменить государственный строй, появились люди, которых можно назвать церковными диссидентами. Надо заметить, что в Европе XVI–XVII вв. диссидентами называли несогласных со взглядами и догмами господствующей Церкви. В Польше, например, это были православные и протестанты, во Франции – гугеноты. Пафос советских церковных диссидентов и, если можно так выразиться, нерв их деятельности был связан не столько с протестом против гонителей Церкви, сколько с обличениями в адрес священнослужителей, которые, по их мнению, не препятствовали и тем самым попустительствовали этим гонениям. Таким образом они возвращались, в некотором смысле, к позиции карловацких раскольников. В 1965 г. появилось «открытое письмо» московского священника Николая Эшлимана и дмитровского священника Глеба Якунина, адресованное патриарху Алексию I, и их же заявление В. Подгорному, в которых говорилось о «беззаконных действиях руководителей и уполномоченных Совета по делам Русской православной Церкви» и осторожно обвинялись священники, безучастно наблюдавшие эти беззакония, а иногда и принимавшие в них участие. Патриархия указала составителям «Письма» на недопустимость их действий, содержащих соблазн для священнослужителей и мирян. Священник Глеб Якунин упорствовал в своем неповиновении церковным властям, чем вынудил их сперва лишить его сана, а затем отлучить от Церкви.

Церковь Андрея Первозванного. 1749–1754 гг. Киев

Если Хрущев лично руководил антирелигиозной кампанией, то после него высшие должностные лица государства сами не занимались этой деятельностью, целиком отдав ее под контроль идеологическому отделу, которым руководил Суслов. В 1967 г. был организован Всесоюзный семинар по вопросам атеистического воспитания молодежи. Брежневские времена принято называть застойными. Состояние Церкви внутри страны в этот период можно охарактеризовать подобным же образом – согласно советской статистике, число верующих за время «застоя» несколько уменьшилось. Но контакты с внешним христианским миром продолжали активно развиваться. В конце 1964 г. делегация Русской православной Церкви участвовала в работе Всеправославного совещания, на котором было решено продолжить богословские дискуссии с католической и англиканской Церквами. В 1968 г. была образована подготовительная комиссия для организации великого собора православной Церкви, посвященного диалогу с нехалкидонскими Церквами. Миротворческой и одновременно экуменической была встреча делегации христианских Церквей Советского Союза с церковными деятелями США в 1969 г. В 1970 г. Священный синод Русской православной Церкви восстановил каноническое общение с отпочковавшейся от нее в свое время североамериканской митрополией. Затем были налажены отношения с Японской православной Церковью и причислен к лику святых равноапостольный епископ Николай, крестивший Японию и скончавшийся там в 1912 г. Тогда же в святцы Русской православной Церкви было внесено имя преподобного Германа Аляскинского. В апреле 1970 г. скончался святейший патриарх Алексий I. Местоблюстителем патриаршего престола стал митрополит крутицкий и коломенский Пимен (Извеков).

25 июля 1970 г. Священный синод постановил созвать поместный собор для избрания нового патриарха. Кроме Пимена претендентами на замещение патриаршего престола были предложены алмаатинский митрополит Иосиф, проведший в лагерях 25 лет, и ленинградский Никодим. Предсоборная комиссия рекомендовала оставить для избрания на престол патриарха московского и всея Руси единственного кандидата – митрополита Пимена, учитывая, что последнее десятилетие жизни первосвятителя Алексия I владыка Пимен был одним из его ближайших помощников. Поместный собор открылся 30 мая 1971 г. в Троицком соборе Троице-Сергиевой лавры. Главными темами, вынесенными на рассмотрение собора, были отчет о деятельности патриархии после поместного собора 1945 г. и избрание патриарха. Кроме архиереев Русской православной Церкви, а также клириков и мирян, на соборе были представлены автокефальные православные Церкви, инославные христианские Церкви и ряд экуменических организаций. Основные решения собора, касающиеся жизни Русской православной Церкви за прошедшую четверть века, выглядели следующим образом: «1. Одобрить деятельность Священного синода во главе с блаженнопочившим патриархом московским и всея Руси Алексием и местоблюстителем патриаршего престола Пименом по управлению русской православной Церковью в период от поместного собора 1945 г. и до сего дня. 2. Выразить удовлетворение по поводу решения Священного синода о даровании автокефалии ряду поместных Церквей, входивших в московский патриархат, а также о признании автономии японской и финляндской православных Церквей. 3. Отметить выдающееся историческое событие в жизни Русской православной Церкви – возвращение в Православие в 1946 и 1949 гг. греко-католиков Галиции и Закарпатья и прекращение Брест-Литовской и Ужгородской уний, в свое время насажденных силой. 4. Признать делом исключительной важности усилия, предпринятые патриархом Алексием и

Священным синодом по возвращению в лоно Матери Церкви отошедших от нее архиереев, клириков и мирян. Поручить высшей церковной власти русской Церкви продолжить усилия по воссоединению с Матерью Церковью так называемой русской православной Церкви за границей (Карловицкий раскол), Украинской автокефальной православной Церкви за границей и других рассеянных ее чад. 5. Одобрить деятельность патриарха Алексия и Священного синода по развитию взаимосвязей московского патриархата с поместными православными Церквами. 6. Одобрить деятельность патриарха Алексия и Священного синода во взаимоотношениях с неправославными христианскими Церквами и исповеданиями и в экуменизме. 7. Поместный собор высоко оценивает деятельность патриарха Алексия, Священного синода и всей русской православной Церкви в их служении современному человечеству, основой которого является постоянная и усердная молитва Владыке вселенной о мире всего мира». Основным событием последнего дня работы собора явилось избрание патриарха. Им стал, как и ожидалось, местоблюститель патриаршего престола митрополит Пимен. На заключительном заседании было принято «Послание преосвященным архиереям, боголюбивым пастырям, честному иночеству и всем верным чадам русской православной Церкви». На следующий день в Богоявленском соборе Москвы состоялась интронизация новоизбранного патриарха. Во время процедуры вручения патриарху Пимену Владимирской иконы Божией Матери митрополит таллинский Алексий, который займет через двадцать лет патриарший престол, сказал: «Актом единодушного избрания мы все выразили свою уверенность в том, что на престоле московских и всея Руси патриархов тебе предстоит быть не только хранителем апостольских преданий, столпом непоколебимым и Православия наставником, но и постоянным молитвенником за нашу великую Родину и ее народ, быть его христианской совестью и правилом веры для наших пастырей и пасомых». Патриарх Пимен старался продолжать тот путь, по которому шла Церковь во время первосвятительства Алексия I, но новая обстановка заставляла его иногда действовать иначе. Первые пятнадцать лет после избрания патриархом Пимена прошли для Церкви, как и для всего государства, сравнительно стабильно. Но эта стабильность представляла собой состояние неустойчивого равновесия, которое могло быть нарушено даже небольшими возмущениями. Близость «перестройки» уже ощущалась многими.