Читать онлайн «История православия». Страница 136

Родился и воспитывался св. Авраамий в Смоленске в середине XII в. в многодетной семье (у родителей он был тринадцатым ребенком и первым долгожданным сыном). Он получил неплохое образование и с детских лет полюбил церковное пение и службы. Смоленск того времени считался городом духовно просвещенным – старшим современником Авраамия был знаменитый митрополит Климент Смолятич, «книжник и философ, какого в русской земле еще не бывало», второй после Илариона митрополит из русских. Авраамий смолоду готовил себя к монашескому служению, и потому категорически отказался от брака, несмотря на уговоры родителей. После их смерти Авраамий раздал немалое свое наследство церквам, монастырям и нищим, а сам «облекся в худые одежды и стал похожим на нищих, уподобился юродивым, насмехаясь над миром и прелестями его». Это юродство, возможно, было данью юношескому максимализму, а возможно, имело более глубокие корни; во всяком случае, он может считаться одним из первых среди многочисленных юродивых, сыгравших в XIV–XVII вв. значительную роль в истории русского Православия. Вскоре Авраамий постригся в иноки в Богородицком Селищенском монастыре под Смоленском. Более всего преподобный любил чтение душеполезных книг, среди которых выделял творения Антония Великого, Иоанна Златоуста, Ефрема Сирина, а также Печерских угодников Антония и Феодосия. Проведя в обители почти 30 лет простым монахом, Авраамий в 1198 г. по настоянию игумена принял сан священника. Однако вскоре кознями некоторых монахов, о чем уже говорилось, преподобный был изгнан из своего монастыря. В 1203 г. Авраамий поселился в смоленском Крестовоздви-женском монастыре и здесь история его гонений повторилась, но приняла гораздо более жесткие формы. Игумен и черноризцы говорили: «Откуда этот новый святой и учитель явился к нам. Лицеприятием и лже-словием своим всех обольстил». Далее в «Житии» читаем: «Сговорились они между собою и пришли на двор к епископу Игнатию (случилось же тогда и князю быть у епископа), и клеветали на Авраамия: иные говорили, что он еретик и волхв, иные же, что он скверный грешник и во многих беззакониях повинен и смертной казни достоин. Епископ и князь прислали слуг привести Авраамия, те пошли и, найдя преподобного в келии на молитве стоявшего, словно злодея, вели его, ругаясь над ним, толкая и словами хульными его осыпая… После многих разбирательств судьи не нашли никакой вины, но только клевету. Святой же стоял, словно агнец среди волков, одного только свидетеля своей невиновности имея – Бога и, молясь ему о своих клеветниках, повторял слова первомученника: «Господи, не вмени им греха сего!»… Епископ, чтобы усмирить мятеж клеветников, отправил преподобного в тот монастырь, где он принял постриг, запретив ему служить литургию».

За несправедливость к своему угоднику послал Бог на Смоленск великую засуху. Тогда призвал епископ к себе Авраамия и просил у него прощения, говоря: «Прости меня, раб Христов, в неведении совершившего против тебя! Прости граждан, которые послушали клеветников! Помолись за нас Богу, да помилует нас дождем». Услышал Господь молитву святого и послал обильный дождь. Вскоре после этого епископ Игнатий выстроил храм во имя Пресвятой Богородицы и монастырь при нем, а Авраамия пригласил в него игуменом и архимандритом. В нем преподобный прожил оставшиеся годы своей жизни, руководя монастырем и наставляя верующих ко спасению. Федотов справедливо замечает, что в XII в. богословствующему христианину нетрудно было уклониться от православного учения. Так, в соседней Болгарии в это время распространилось богохульная ересь, включавшая элементы манихейского дуализма. Недруги обвиняли Авраамия, и, возможно, не без основания, говоря, что он «голубинные (или «глубинные») книги почитает», – здесь, по-видимому, имеются в виду книги эсхатологического содержания, пророчествующие о конце света и, как правило, апокрифические. Для более четких соображений о богословских взглядах преподобного у современных исследователей нет достаточных оснований. Вообще же св. Авраамий обладал разносторонними талантами – он писал иконы для монастырских храмов, ему принадлежат «Слова», свидетельствующие о его незаурядном церковном красноречии.

Говоря о литературных шедеврах домонгольской Руси, имеют в виду прежде всего «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона, «Слово о полку Игореве» и творения св. Кирилла Туровского. О св. Кирилле упоминались ранее, приведем здесь лишь некоторые биографические подробности и краткие выдержки из его произведений в добавление к тому, что уже было сказано в предыдущем пункте.

Церковь Покрова на Нерли. 1158–1165 гг. Владимирская область.

Родился св. Кирилл в г. Турове, на реке Припяти, в богатой семье и получил хорошее образование под руководством, по-видимому, учителя-грека, которых немало тогда проживало в Киевской Руси. Об этом свидетельствуют характер и стиль его литературных трудов. Отказавшись от наследства, Кирилл принял монашество в туровском Борисоглебском монастыре. Кирилл с юношеских лет был склонен к аскетическим подвигам; не довольствуясь общей монашеской аскетикой, он по примеру великих столпников Востока, первым из русских начал подвизаться на столпе. Правда, архиепископ Филарет и Федотов в своих книгах пишут, что Кирилл «заключился в столпе», т. е. «затворился» в башенной келии, а не столпе, как принято в восточном столпничестве. Это предположение вероятно, если учесть суровость русского климата; хотя известен еще один русский столпник, живший также в XII в., – переяславский чудотворец Никита. Благочестие Кирилла, его образованность и смиренное поведение привлекли внимание князя и горожан, которые уговорили митрополита поставить его епископом туровским. Этот святительский сан преподобный занимал до 1180 г., после чего удалился в монастырь для уединенной молитвы и любимых им литературных занятий. Точная дата смерти святого не установлена. Известно только, что скончался он после 1183 г.

Литературное наследие преподобного Кирилла весьма обширно, о чем говорилось выше. Некоторые «Слова» и «Каноны» вошли в послания Андрею Боголюбскому и были написаны по просьбе великого князя. Блестящий стиль и богословская глубина сочинений св. Кирилла снискали ему славу «русского Златоуста, пресветлым учением своим осветившего все концы Руси, как солнце мрак и темноту, и просветившего их богоразумием».

Вот начало «Кирилла-монаха притчи о человеческой душе, и о теле. И о нарушении Божьих заповедей, и о воскресении тела человеческого, и о страшном суде, и о мучениях»: «Хорошо, братья, и полезно понимать нам смысл Св. Писания: это и душу делает целомудренной, и на смирение направляет ум, и сердце на стремление к добродетели заостряет, и самого человека делает благодарным, и на небеса к Божьим заветам мысль устремляет, и к духовным трудам тело укрепляет, и пренебрежение к этой земной жизни, и к богатству, и к славе дает, и все житейского мира печали отводит. Поэтому и прошу вас прилежно читать святые книги; давайте же не просто поговорим языком, написанное произнося, но, с рассуждением вчитавшись, постараемся делом исполнить это. Ибо сладко – медвяный сот, хорошо – сахар, обоих же лучше книжное знание, потому что оно – сокровище вечной жизни. Нашедший сокровище священных книг, а также пророческих, и псаломских, и апостольских, и самого Спасителя Христа сохраненных речей, ум истинный, размышляющий, – уже не себе самому на спасение, но и многим другим, внимающим ему».

Эта «Притча» была написана преподобным для Андрея Боголюбского, чтобы обличить его любимца женатого белого попа Феодора (Феодорца), человека авторитарного, пожелавшего основать новую Ростово-Суздальскую митрополию, независимую от Киевской, а самому получить в ней сан митрополита. «Слово на Вознесение Господне» св. Кирилла поражает высоким пафосом и взлетом фантазии; нарисованная им картина местами переходит границу допустимого Церковью: «Пойдем, братие, на гору Елеонскую и мысленно посмотрим на совершившиеся там преславные события. На ту гору пришел ныне Сам Господь Бог наш и там собрались чины всех святых: соборы праотцев, множество патриархов, полки пророческие, лики апостольские и толпы верных с семидесятью учениками Христовыми… Там же ныне ангельские силы и архангельские воинства: одни крыльями ветренными приносят облака для взятия от земли Христа, Бога нашего, другие готовят херувимский престол. Бог Отец ждет Того, кого от века имел с Собою в лоне Своем; Дух же Святой повелевает всем ангелам: «Возьмите врата небесные, да внидет Царь славы». Небеса веселятся, украшая свои светила, да удостоятся они благословения от своего Творца, возносимого с плотию на облаках сквозь врата небесные; земля радуется, видя на себе Бога, явственно ходящего, и вся тварь красуется, просвещаясь от горы Елеонской. Патриархи начинают песнь: «Это Бог наш возносится, соединив воедино земное с небесным»…