Читать онлайн «Боевые операции Люфтваффе: взлет и падение гитлеровской авиации». Страница 83

Численность зенитной артиллерии неуклонно росла приблизительно с августа 1943 года по июнь 1944 года. Росту способствовало изменение отношения со стороны Министерства авиации, когда на должность начальника штаба люфтваффе пришел Кортен. Сложность заключалась не только в отсутствии необходимых производственных мощностей, но и в нехватке личного состава. Последнюю проблему удалось решить отчасти за счет уменьшения численности личного состава на батареях, а отчасти путем привлечения новых людских резервов, основными из которых были:

а) Имперская служба труда, предоставившая после августа 1943 года личный состав примерно для 200 батарей зенитной артиллерии на территории Германии;

б) «Общество содействия люфтваффе», предоставившее около 75 тыс. учащихся средних школ для выполнения вспомогательных работ на батареях;

в) женщины (около 15 тыс. человек) для работы в штабах;

г) добровольцы из числа советских военнопленных (около 45 тыс. человек) и хорватских солдат (около 12 тыс. человек).

С появлением дополнительных ресурсов возникла возможность практически удвоить численность личного состава (естественно, не без ущерба для качества) и, таким образом, подвести кадровую базу под расширение зенитной артиллерии, необходимое для противодействия усиливавшимся дневным и ночным налетам на Рейх. Вооружение отдельных батарей, доведенное в 1943 году до 6–8 орудий, в первой половине 1944 года было увеличено до 8–12 орудий в батарее, а прожекторные батареи в целях увеличения освещаемой площади для облегчения действий ночных истребителях были увеличены до 16 прожекторных установок. В соответствии с новой стратегией, ставившей во главу угла оборону Рейха, части зенитной артиллерии выводились с Востока для перевооружения в соответствии с нуждами обороны Рейха. Так, после эвакуации Крыма располагавшаяся там дивизия зенитной артиллерии была переброшена в Верхнюю Силезию. Железнодорожные зенитные артиллерийские установки из Франции были отведены обратно в Германию, а также были дополнительно сформированы железнодорожные зенитные части для защиты эшелонов от ударов с малых высот, которые уже весной 1944 года наносились с целью ухудшения сообщения между Германией и Западом при подготовке к высадке в Нормандии. Однако основной характерной чертой стало наращивание выпуска вооружений, позволившее обеспечить в начале 1944 года резкое усиление зенитной артиллерии, составлявшее 30–40 батарей тяжелых орудий, около 10 батарей МЗА и 12 прожекторных батарей в месяц. Одновременно с этим усилением были усовершенствованы боеприпасы и появились орудия более крупного калибра, в результате чего по мере увеличения числа батарей росла доля тяжелых орудий (88-мм Flak 41 и 128-мм Flak 40). Наконец, каждой истребительной дивизии был придан офицер по взаимодействию с зенитной артиллерией, координировавший действия зенитной артиллерии.

В отличие от 1943 года, когда развитие зенитной артиллерии в основном шло в ответ на ночные налеты британской авиации, в 1944 году развитие и рост зенитной артиллерии в значительной степени определялись увеличением интенсивности дневных налетов американских бомбардировщиков на промышленные объекты в центре Германии и в особенности ударами по предприятиям авиационной промышленности весной 1944 года, вслед за которыми начались налеты, парализовавшие работу заводов по производству синтетического топлива. Смена приоритетов была обусловлена двумя факторами: во-первых, дневные налеты ВВС США приобрели угрожающие масштабы; во-вторых, применение британскими ВВС средств радиоэлектронного противодействия по-прежнему сильно ограничивало эффективность немецкой зенитной артиллерии в ночное время, и было выгоднее сосредоточиться на обороне от дневных налетов. Поэтому зенитная артиллерия, немалая часть которой не действовала по ночам, начала добиваться все больших успехов в дневное время (особенно при обороне заводов по производству синтетического топлива), и доля потерь ВВС США от огня зенитной артиллерии неуклонно росла. После первых налетов на предприятия топливной промышленности мелкие подразделения зенитной артиллерии были расформированы и сконцентрированы вокруг основных заводов в Лойна, Пелитце, Брюксе, Блеххаммере, Весселинге, Гельзенкирхене и Людвигсхафене. Планировалось довести число орудий вокруг каждого завода до 300–400 (до 600 для крупнейших заводов), включая множество 128-мм орудий. Такая организация обороны представляла серьезное препятствие для действий американской авиации, и о ее эффективности можно судить хотя бы по тому факту, что из 766 самолетов, участвовавших 25 ноября 1944 года в налете на завод в Лойна при облачности 10 баллов из 10, не менее 209 машин (т. е. 27 %) вернулись с повреждениями от огня зенитной артиллерии, и это не считая бомбардировщиков, сбитых зенитной артиллерией во время налета.

Оборона заводов по производству синтетического топлива, необходимость которой была обусловлена угрозой снабжению Германии топливом, осуществлялась в ущерб общим оборонительным усилиям, и концентрация зенитной артиллерии вокруг основных заводов приводила к ослаблению сопротивления на других участках. Также на обеспечение обороны Рейха зенитной артиллерией влияла подготовка к отражению ожидаемой высадки союзников на французском побережье, в рамках которой во Франции наращивались силы III зенитно-артиллерийского корпуса. Для этого на французское побережье еще до высадки 6 июня 1944 года было переброшено около 3500 легких и средних зенитных орудий, а после начала высадки 6 июня за ними последовали еще 50 батарей легких и 140 батарей тяжелых зенитных орудий, в том числе основная масса мобильных железнодорожных установок. Таким образом, высадка в Нормандии, которая (как мы уже видели) привела к быстрому краху немецкой системы применения ночных истребителей, отрицательно сказалась и на зенитной артиллерии ПВО Рейха, отвлекая на себя значительные ее силы. Последствия начали сказываться не сразу, поскольку в первые недели после высадки на континенте активность англо-американской авиации над территорией Рейха заметно снизилась. Однако после прорыва войск союзников с плацдармов и по мере их продвижения по Франции и Нидерландам зенитная артиллерия, равно как и дневная и ночная истребительная авиация, стала испытывать непреодолимые трудности, особенно если учесть тот факт, что помимо ударов 8-й и 15-й воздушных армий ВВС США и сил Командования бомбардировочной авиации против целей в прифронтовой зоне и коммуникаций в тылу немецких армий начала действовать тактическая авиация. Сосредоточенные действия авиации союзников, включая легкие бомбардировщики и штурмовики, на территории Рейха ознаменовали новый этап и новые проблемы, в том числе и для зенитной артиллерии, вынужденной теперь не только выполнять прежние задачи по обороне стратегических объектов, но и выделять все большие силы для обороны переправ, автомобильных и железных дорог, а также противостоять угрозе высадки союзниками воздушных десантов.

Дневные налеты американских бомбардировщиков, которые с начала 1944 года стали представлять наибольшую угрозу для военного потенциала Германии, в течение 1943 года постепенно усиливались, вынуждая противника все больше переходить от ночных действий к дневным (последствия этого перехода уже были рассмотрены выше в главе, посвященной применению зенитной артиллерии). Действия ночных истребителей к началу 1944 года вполне достигли ожидаемых немцами результатов, дневным истребителям, несмотря на более быстрый рост численности и постоянное укрупнение боевых частей, так и не удалось добиться сколько-нибудь продолжительного успеха. Как следствие, с середины лета 1943 года люфтваффе все больше усилий, производственных мощностей, планов и ресурсов направляли на борьбу с глубокими дневными налетами и прицельными бомбовыми ударами по промышленным объектам.

Именно в середине июля 1943 года немецкая авиация, осознав, что дневные налеты представляют непосредственную угрозу для способности Германии вести войну, вынуждены были пойти на радикальные меры. На протяжении первых шести месяцев 1943 года, со времени первого налета ВВС США на цель на территории Германии 27 января и вплоть до 17 июля, действия американской бомбардировочной авиации носили в основном экспериментальный характер. Из 40 налетов «крепостей» за этот период 27 были направлены против баз подводных лодок и складов снабжения, а остальные — против аэродромов и различных промышленных объектов, и основные удары приходились по-прежнему на военные цели на оккупированных территориях Западной Европы. Более того, интенсивность действий была умеренной, составляя в среднем 80–100 «крепостей» в течение всего периода при максимуме 250–300 машин в июле. Поэтому в течение указанного периода оперативный штаб люфтваффе, по-прежнему следовавший установке Ешоннека на максимальную поддержку действий на Востоке и на Средиземноморье, поручил оборону сравнительно немногочисленной группировке из 250–300 одномоторных истребителей, базировавшихся во Франции, в Бельгии и в Нидерландах. Эти части, действуя в традиционном ключе, регулярно поднимались в воздух и перехватывали бомбардировщики небольшими группами, не предпринимая ни малейших попыток скоординировать действия, и упорно стремились сбить бомбардировщики, даже если цель находилась на оккупированной территории. В результате традиционная тактика показала свою полную несостоятельность против американских бомбардировщиков в строю. Во-первых, обычное вооружение немецких истребителей (для Me-109 это по-прежнему были два пулемета калибра 7,9 мм и один 13-мм пулемет) было недостаточно для борьбы с хорошо бронированными и защищенными «крепостями». Во-вторых, немецкая тактика не позволяла сосредоточить силы, растянувшиеся тонкой защитной завесой от Гельголандской бухты почти до Биаррица, для борьбы с многочисленными «спитфайрами», сопровождавшими на раннем этапе налеты «крепостей» на цели вблизи побережья. Как следствие, немецкие истребители вступали в бой в условиях подавляющего численного перевеса противника (обычно всего 15–20 истребителей против строя бомбардировщиков с сильным сопровождением) и несли высокие потери. Последовавшее в результате ослабление немецкой истребительной авиации позволило увеличить дальность налетов «крепостей» за пределы радиуса действия истребителей сопровождения. Бомбардировщики без сопровождения, полагавшиеся при обороне от истребителей в первую очередь на плотность строя и координацию огня, совершали вылеты сначала в район Парижа, а затем в промышленный район южнее Лилля и даже в Голландию и несли при этом минимальные потери. В первой попытке привести тактику в соответствие с новыми условиями немецкие истребители старались воздерживаться от нападения на бомбардировщики до тех пор, пока их не покинут истребители сопровождения. Однако из-за слабого вооружения немецких истребителей потери американских бомбардировщиков были куда ниже ожидаемых, и казалось, что бомбардировщики в плотном строю без сопровождения могут безнаказанно действовать повсюду.