Читать онлайн «Всемирная история. Том 4. Эллинистический период». Страница 96

Почти во всех крупных городах Римского государства существовали невольничьи рынки. В самом Риме рынок рабов находился возле храма Кастора. Оптовая торговля рабами шла на острове Делос. Цены колебались в зависимости от притока рабов на рынок. В период крупных завоеваний цены резко падали. Однако цены на образованных рабов или рабов, обладавших особой квалификацией были значительно выше.

Огромное количество рабов и их дешевизна неизбежно приводило к вытеснению свободного производителя. Так как Италия продолжала оставаться аграрной страной, то здесь результаты этого процесса сказались, в первую очередь, в области сельскохозяйственного производства: прямым следствием его явилась, с одной стороны, концентрация земли, образование крупных рабовладельческих поместий, т. е. латифундий, и, с другой стороны, обезземеление и пауперизация крестьянства. До II в. до н. э. в большей части Италии преобладали мелкие и средние хозяйства, покоившиеся в основном на труде свободных производителей. По мере развития рабовладения в Риме эти хозяйства начинают вытесняться хозяйствами совершенно иного типа, основанными на использовании рабского труда и производящими продукцию уже не только для удовлетворения собственных нужд, но и для продажи.

Слабая связь с рынком крупных италийских имений была обусловлена тем, что все необходимое, включая и ремесленные изделия, производилось в них руками рабов, должников и клиентов.

В таких имениях наряду с землями, обрабатывавшимися трудом рабов, часть земель использовалась под огромные пастбища для скота, часть раздавалась небольшими участками клиентам. Но встречались и хозяйства средних размеров, где также работали рабы, а иногда, во время сенокоса, жатвы, сбора винограда, — свободные поденщики. Эти имения-виллы были гораздо теснее связаны с рынком.

На первый план выдвигается проблема товарности. При покупке имения внимание обращалось не только на плодородные почвы, но и на то, чтобы поблизости был значительный город, море, судоходная река или хорошая дорога; имелась в виду перевозка и продажа продукции.

Для Центральной Италии были типичны поместья средних размеров. На юге Италии, а также в Сицилии и Африке были распространены преимущественно огромные рабовладельческие латифундии. В этих имениях работало огромное количество рабов, причем положение их было крайне тяжелым. Часто, чтобы предупредить возможность побега, рабов заставляли работать в цепях и колодках, а на ночь их запирали в особые помещения казарменного типа — эргастулы, где они находились под строгим надсмотром.

Обезземеление и разорение крестьянства было оборотной стороной процесса развития латифундий. Мелкие и средние крестьянские хозяйства гибли, главным образом вследствие захватов земель крупными рабовладельцами. Разрушительное действие на крестьянские хозяйства оказали и беспрерывные войны III и II веков до н. э., на многие годы отрывавшие крестьян от их труда или непосредственно разорявшие их хозяйства.

Огромные массы разоренных крестьян хлынули в город. Меньшая часть из них занялась производительным трудом: превратилась в ремесленников, строительных рабочих и тому подобное. Они объединялись в специальные ремесленные коллегии, куда в дальнейшем наряду со свободными стали входить и рабы. Известны коллегии бронзовщиков, ювелиров, парфюмеров, портных, красильщиков, сукновалов, строителей. В это время наблюдается определенная специализация ремесла по городам. На севере Италии наиболее крупными ремесленными центрами были ряд городов Этрурии — Популония, Тарквиний и другие, а на юге — кампанские города, главным образом Капуя и Нола.

Но значительная часть обезземеленных крестьян не могла найти себе постоянной работы. Доведенные нуждой до крайности, они превращались в деклассированный слой населения, в античный люмпен-пролетариат. Они ничем не брезговали в поисках случайного заработка: продажей голосов на выборах, лжесвидетельскими показаниями в судах, доносами и воровством. Они жили за счет общества, жили на те жалкие подачки, которые перепадали им от римских богачей и политических деятелей, искавших популярности, за счет государственных раздач.

Широкому развитию внешней торговли содействовало превращение Рима в крупнейшую морскую державу. Если нужды римского населения в предметах ремесленного производства в основном удовлетворялись местными промыслами, то сельскохозяйственные продукты ввозились из провинций или из зависимых от Рима стран, а предметы роскоши — из Греции и стран эллинистического Востока. На Делосе, где встречались купцы различных стран, возникают ассоциации италийских купцов, главным образом кампанцев или южноиталийских греков, которые считались находящимися «под покровительством» того или иного божества.

На экспорт из Италии вывозились вино, оливковое масло, металлические изделия. Ввоз товаров в Италию всегда преобладал над вызовом. Однако в период республики, в период победоносных войн Рима это еще не могло привести к подрыву италийской экономики: преобладание ввоза над вызовом компенсировалось и даже во много раз перекрывалось постоянным притоком денег и других ценностей в Италию в результате завоеваний.

Завоевательные войны обеспечивали также непрерывный приток денежного капитала в Рим. После первой Пунической войны римская казна получила 3 200 талантов контрибуции. Военная добыча римских полководцев бывала колоссальной. Плутарх описывает триумфальный въезд в Рим победителя при Пидне Эмилия Павла. «Триумф длился три дня, в течение которых непрерывно проносили и везли на колесницах захваченные произведения искусства, драгоценное вооружение, огромные сосуды, наполненные золотой и серебряной монетой».

Вплоть до третьей Пунической войны Рим испытывал известный недостаток в серебряной монете, но после всех этих завоеваний, в особенности после захвата испанских серебряных рудников, Римское государство получило полную возможность обеспечить регулярный выпуск серебряных денег.

Таким образом сложились условия, которые привели к широкому развитию денежно-ростовщического капитала в Римском государстве. Одной Из организационных форм развития этого капитала были компании откупщиков, так называемых публиканов., бравшие на откуп главным образом налоги в римских провинциях, а также различные подряды на общественные работы в самой Италии. Они занимались и кредитно-ростовщическими операциями, причем особенно широко в восточных провинциях, где оставались в силе законы и обычаи, сохранявшие продажу в рабство за долги, и где ссудный процент был почти не ограничен и доходил до 48–50. Торговыми, откупными и ростовщическими операциями занимались преимущественно представители римского всаднического сословия. Они превращаются в новый слой римской рабовладельческой знати — в торгово-денежную аристократию.

Существовали и другие формы денежно-ростовщической деятельности. В Риме были довольно широко распространены меняльные конторы, владельцы которых назывались аргентариями. Они занимались не только разменом, но и ссудой денег под проценты, а также хранением денег и переводом денежных сумм одного вкладчика на счет другого. Это были главным образом вольноотпущенники и чужестранцы, часто греки. Профессия менял не считалась почетной, и представители высших слоев римского общества подобными операциями, во всяком случае открыто и непосредственно, предпочитали не заниматься.

После становления Рима как крупнейшей средиземноморской державы, старый государственный аппарат, сформировавшийся еще в то время, когда Рим был типичным городом-государством, оказался непригодным, не отвечающим нуждам и интересам новых общественных слоев.

Несоответствие республиканского государственного аппарата новым условиям впервые дало о себе знать еще при попытке разрешения проблемы управления завоеванной Италией. Римлянам не удалось создать единого, централизованного италийского государства, но пришлось лишь ограничиться организацией довольно пестрой федерации общин, среди которых Рим был лишь наиболее крупной, занимавшей господствующее положение, главным образом благодаря своим военным силам.

Организация управления римскими провинциями является еще более ярким примером устарелости республиканского государственного аппарата и несоответствия новым задачам. Когда Рим оказался обладателем огромных заморских территорий, то сразу обнаружилась полная неприспособленность государственного аппарата для рациональной эксплуатации этих территорий. Римская система управления провинциями ярко вскрывает картину бессистемности и примитивности методов управления провинциями.

В состав Римской державы в середине II в. до н. э. входило девять провинций: шесть на Западе — Сицилия, Сардиния, Корсика, Цизальпинская Галлия, Испания, Африка, и три на Востоке — Иллирия, Македония, Азия. Правовое положение городов в этих провинциях было различно: большая их часть относилась к категории зависимых общин, платящих налоги. Наряду с зависимыми общинами существовали «свободные общины», пользовавшиеся полной автономией и иногда даже освобождавшиеся от уплаты налогов. Права некоторых общин устанавливались специальными договорами, и такие общины назывались договорными.